Цитаты в теме «норма», стр. 7
Состояние? -
Средне-тяжёлое, без изменений.
ЧСС - выше нормы,
Давление тоже, увы.
Мозговой кровоток замедлён
Ну, а что вы хотели? -
Нет пока ещё в мире лекарств
От болезни с названием «любовь».
Будет жить ли? -
Конечно же будет!
Куда она денется?
Ну, поплачет ещё ну,
Немного ещё погрустит
А потом вдруг очнётся —
Наступит период ремиссии, —
и Иона будет ЖИТЬ,
Улыбаться и даже шутить
Будут ли обострения? -
Будут, конечно
Когда встретится ей
Возбудитель болезни —
Любови объект
Как её уберечь? -
Тут, поймите, одна
Лишь надежда —
Что в душе у неё к нему
Выработается иммунитет
Вам что делать? -
Не знаю Наверное,
Ждать терпеливо
И любить её так, как
Не смог её он полюбить
И возможно, когда-то
Она вдруг поймёт,
Что любила не того
И торжественно сердце
Своё вам вручит.
Два дня по комнате. Из Угла снова в угол.
Курить. Тьфу, снова мимо потушила
Твои страницы безупречно ищет Гугл.
Я никогда так не хотела. Отпустила
Прости. Назад. Давай. Сейчас. Прости.
Мой телефон от не отправленных — взрывается.
Я, может, глупо ошибалась — по пути.
Но мне одной никак не засыпается
В компьютер. От компьютера. К окну.
Я может разозлилась. Ослабела.
Я может правда так — возьму и сигану,
Чтоб так красиво было сверху мое тело.
Да ладно, детство. Сопли, суицид.
Гоню, конечно. Но в идее что-то есть
Все в норме. Просто где-то там болит
И даже рвется. Мне так страшно, жесть.
Устало кухонно по стенке в тишине.
Я дура. Нет, малыш, реально глупая.
Все дело в том, что мне мешает это «не».
«Я не люблю тебя». Вторые сутки в ступоре.
Пока душа не отлетела,
Как светло-белый самолет,
Она имеет форму тела,
Внутри которого живет.
Метафизического газа
Полна телесная сума,
И это не пустая фраза,
А вывод крепкого ума.
Все, чем, считается от века,
Богат и славен индивид,
Есть эманация молекул,
Душа из коих состоит.
Амбивалентная по сути,
Она из множества путей
Себе избрала перепутье
Свободы, Славы и Страстей.
В координатной этой точке
Пересечения всех драм
Душа, расставшись с оболочкой,
Стартует вверх иным мирам.
И там, во мраке вечной ночи,
Не зная отдыха и сна,
Она рыдает и хохочет,
Надежд несбывшихся полна,
По прав физические нормы,
Экстраполирует в века,
Как символ неизбывной формы
Существования белка.
Ну почему же так всё происходит?
По чьим законам наша жизнь течёт?
Не там мы ищем и не то находим,
Мы ждём одно, но всё наоборот.
Ну кто за нас решения принимает,
Кого любить и без кого нам жить?
[И почему нам жизнь не разрешает
Самим всегда свою Судьбу вершить?
И кто за нас все точки расставляет,
Возводит и разводит нам мосты,
Сердцами словно шашками играет,
Не спрашивая, что же хочешь ты?
Покорно всё мы в жизни принимая,
За всё судьбу свою благодарим,
Её несправедливость понимая,
Мы тихо только стонем и молчим.
Но вопреки всем нормам и законам
На счастье всё ж надеется душа,
И взглядом в небо долгим и влюблённым
Глядит и улетает, не дыша.
Что мне делать, ответь? У часов аритмия — запинаются стрелки, скрипят шестерёнки Октябрин, две таблетки, от боли — пойми, я не сильная. Голос по-прежнему звонкий, руки — тёплые, только глаза выгорают от пожарищ рябиновых, солнца и ветра. Что же делать, скажи мне? Скитаться по краю подмосковных бордюров? Ботинки и гетры, и на плечи накидка в шотландскую клетку, без зонта в эту морось, чтоб после — ангина. И от боли опять октябрин, две таблетки (всё равно не поможет), и в чае малина, и всё правильно вроде. Всё вроде бы верно — не болит голова и давление в норме, до апреля пройдёт.
И вообще, это нервное
Я люблю тебя, слышишь?
В хронической форме.
Когда из самых страшных наркотиков — только кофе
Без сигарет, и то лишь раз-два в неделю,
Когда своих бесов видел в анфас и в профиль
Они, между прочим, не так уж плохи на деле.
Когда нестабильность больше, чем просто норма,
Когда из себя выдираешь с корнями рифмы
Как зубы больные, потом остаешься порван
Как будто тебя растерзали когтями грифы,
Когда твои дни распластались как будто блины на блюде,
Когда кроме тебя самого никто не дает ответа,
Когда уже не страшит совсем, что кругом осудят
Тогда делай выдох поглубже и сам выползай из кювета.
— Ребенок не вполне соответствуют стандарту «человека», если подразумевать под «человеком» того, кто cформировал свой разум и действует в соответствии с ним. Ребенок — начальная фаза «человека», лишенная концепций и норм. Очевидно, содержимое психики ребенка отличается от психики взрослого. Но форма тела у детей и взрослых одинакова. Кукла девочки не заменяет настоящего ребенка, но она и не для практики в воспитании. Дело, определенно, не в этом. Скорее, игра с куклами похожа на воспитание.
— О чем это вы?
— Воспитание — быстрый метод для взрослых воплотить древнюю мечту — создать искусственного андроида, подобное себе существо. Это всего лишь мое мнение.
— Но дети не куклы!
— Рене Декарт не проводил границы между людьми и машинами, органическим и неорганическим миром. Когда его любимая дочь 5 лет умерла, он заказал куклу, в точности похожую на нее. Он назвал ее Франсин и заботился, как раньше заботился о дочке. Такая вот история.
— Я не понимаю, как люди могли всего за один год так одичать.
– Ты просто никак не вырвешься из плена старых заблуждений, – ответил тогда мудрый восточный царь. – Ты до сих пор веришь, что люди когда-то были цивилизованными.
– Я всегда думал, что нормальных людей большинство. Не так уж много в те времена было тех, кто по религиозным соображениям отказывался получать ИНН или употреблять продукты со штрих-кодом.
– Норма изменчива, а большинство в любой массе составляют конформисты. Я тоже удивлялся, когда в конце восьмидесятых советские люди валом повалили креститься.
– Я никогда не верил в Бога и во все эти сказки, но мне всегда казалась, что религия в основе своей нацелена на созидание.
– В основе своей религия ни на что не нацелена, – покачал головой Царь Востока. – Воинственный ислам может быть религией сугубо мирных людей, а миролюбивое христианство – благословлять воинов на безжалостное истребление врагов. Просто религия наиболее удобна, чтобы делить людей на своих и чужих. Тот, кто верит и молится иначе, чем ты – чужак, и потому недостоин жалости. А когда ломается прежняя жизнь и еще не устроена новая, особенно важно держаться поближе к своим и опасаться чужих.
Мы уделяем снам слишком большое внимание. Вещий сон. Дурной сон. Сон в руку. «Дорожная карта» сновидений. Путешествия в мире грез. Проникновение в иные реальности. Астрал, ментал, эфир За всем этим фейерверком кроется страх – банальный, скучный, как вид из окна на стройплощадку. Когда мы в сознании, когда бодрствуем – мы ясно чувствуем, как привычки, стандарты и нормы огораживают нас защитным кругом. А во сне? Во сне к нам могут подкрасться, и мы не услышим. Во сне нас обидят, а мы не успеем защититься. Беззащитность сна, уязвимость сна; доверчивость, которая расшатывает опоры настороженности. Давайте увешаем ее медалями и орденами, нарядим в загадочный костюм, наденем маску с длинными носом и ушами, похожими на нетопырей; придадим страху оригинальности, добавим тайны, как перчику в суп Сон любят сравнивать со смертью. Еще один слой шелухи.
Женщины жарки, мужчины жалки.
Дети желанны мне скоро тридцать.
Гляжу, на глаза натянув ушанку,
В синее небушко Аустерлица.
Мне скоро тридцать. такую цифру
Нельзя опустить. подводя итоги,
Я замечаю: проблемы с циклом -
То ли гормоны чудачат, то ли
Простая усталость; Москва жиреет -
На карте собою Ижевск закрыла;
Смышленым лютиком в оранжерее
Расту, воспитав ощущение тыла
До уровня нормы; внутри копаясь,
Я стала видеть кусок вселенной
И понимать, что порезать палец -
Намного смелее, чем резать вены,
Пачкая кафель мне скоро тридцать.
Три ноль в мою пользу крутые бедра.
Вот только отвыкнуть бы материться
И можно сразу рожать ребенка.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Норма» — 137 шт.
