Цитаты в теме «облака», стр. 23
Пока ты спишь.
Пока ты спишь, притихли звёзды,
И чтобы сильно не шуметь,
В саду о чём-то шепчут розы
Цикады стали тише петь.
А месяц, заглянув в окошко,
Залюбовался, и застыл
Лишь щёчки, серебром немножко,
Тончайшей пудрой оттенил.
Коснётся пёрышка, ладошка,
И бровки сдвинутся слегка
Ты так прекрасна, моя крошка,
Как в ясном небе облака.
Как зайчик солнечный сверкаешь,
И замираешь, не дыша,
Ты и сама пока не знаешь,
Как ты безумно хороша.
И снова, нежно обнимая,
Теряю голову, малыш,
Я сладкий сон твой охраняю,
И рядом лишь, пока ты спишь.
ПАПИНА ДОЧКА
Нет больше в мире любимей комочка,
Лишь посмотрю — и опять в облаках
Сердце ликует, ведь папина дочка,
Сладко сопит у меня на руках.
Годы летят, как с деревьев листочки,
В парке прохожие спросят опять,
- Солнышко, чья ты? -Я папина дочка!
И прибежишь, чтобы крепко обнять.
В школе шутя назовут одиночкой,
Ты же, с улыбкой посмотришь им вслед,
С гордостью скажешь «-Я папина дочка!»
И ничего не услышишь в ответ.
Очень волнуюсь, - Ну как ты, цветочек?
Чмокнешь, прогнав от волнений следы,
- Папочка, знаешь, я папина дочка,
Значит всё выдержу, также, как ты.
Когда в морском пути тоска грызет матросов,
Они, досужий час желая скоротать,
Беспечных ловят птиц, огромных альбатросов,
Которые суда так любят провожать.
И вот, когда царя любимого лазури
На палубе кладут, он снежных два крыла,
Умевших так легко парить навстречу бури,
Застенчиво влачит, как два больших весла
Быстрейший из гонцов, как грузно он ступает!
Краса воздушных стран, как стал он вдруг смешон!
Дразня, тот в клюв ему табачный дым пускает,
Тот веселит толпу, хромая, как и он.
Поэт, вот образ твой! Ты также без усилия
Летаешь в облаках, средь молний и громов,
Но исполинские тебе мешают крылья
Внизу ходить, в толпе, средь шиканья глупцов.
«Отрава»
Порой вино притон разврата
В чертог волшебный превратит
Иль в портик сказочно богатый,
Где всюду золото блестит,
Как в облаках — огни заката.
Порою опий властью чар
Раздвинет мир пространств безбрежный,
Удержит мигов бег мятежный
И в сердце силой неизбежной
Зажжет чудовищный пожар!
Твои глаза еще страшнее,
Твои зеленые глаза:
Я опрокинут в них, бледнея;
К ним льнут желанья, пламенея,
И упояет их гроза.
Но жадных глаз твоих страшнее
Твоя язвящая слюна;
Душа, в безумии цепенея,
В небытие погружена, и мертвых тихая страна
Уже отверста перед нею!
Весна становится, как лимон:
Сидишь и маешься в пустоте -
Что ты не сделал, хотя и мог?
А может все таки не хотел?
Апрель ручьями легко течет.
Вот также было тебе легко,
Пока любовь не открыла счет,
Не оставляя тепла ни в ком.
Тебе покажется — мог еще терпеть
И скальпели, и ножи.
Но кто любовью хоть раз крещен,
В дальнейшем будет условно жив.
И равнодушные облака
Лениво щурятся на Луну,
Ее бессонницу расплескав,
В которой хочется утонуть.
Уйти на дно и не выплывать,
Чтоб в зыбком свете забыть на миг
Свои причала и острова,
Где одиночество так штормит,
Где дуют северные ветра,
И сны отчаянием знобит.
В которых ты, как всегда, не прав.
А кто неправ, тот виной убит.
Не откачают и не спасут.
Не скажут:" Хватит уже! Иди!»
Пока безжалостный самосуд
Выносит только такой вердикт.
И он, гуляющий по воде,
оставив рамки своих икон,
Возможно вспомнит: " А мальчик где?»
Себе ответив: "А был ли он".
Не имея возможность коснуться
Не имея возможность коснуться руками,
Твое небо мои не впускает печали.
Я люблю твое имя его облаками
И скучаю.
Дождь, как чья — то слеза,
Упадет на ресницы.
Только то, что утрачено,
Разве восполнишь.
Если ты до сих пор
Продолжаешь мне сниться,
Значит, помнишь
Я касаюсь твоей фотографии взглядом.
Я привыкла с тобой говорить без ответов.
Знаешь, я тебя чувствую.
Значит, ты рядом.
Просто где — то
Я все та же: наивна, немного беспечна
Иногда отдыхаю , любуясь прекрасным.
И когда — нибудь тоже
Приду в твою Вечность
С тихим: «Здравствуй».
А город никого не узнает,
Подставив солнцу выгнутые крыши.
И истина, чем ближе до нее,
Тем меньше тех, кто шепот ее слышит
Дороги оставляют на висках
Серебряные отблески лишений.
И кажется ты так устал искать
В других глазах похожесть отражений.
А небо за основу выбрав сталь,
Не помнит о готовящемся лете.
Душа так одинока и пуста,
Что сквозь нее легко гуляет ветер,
Листая неприкаянность молитв,
Запутавшись среди осколков грусти,
Где прошлое как-будто не болит,
Но никуда отныне не отпустит,
Хоть ты его оторванный листок,
Потерян, безнадежен и случаен средь тех,
Кто совершенное не то, и тех,
По ком отчаянно скучаешь
И прячешь в глубине своих снегов
Не пройденное, давнее начало,
Их контуры далеких берегов,
Которые не ждут тебя к причалу.
А в час, когда темнеют облака,
Душа твоя под лунным перламутром,
Наплачется у Бога на руках,
И тихо возвращается под утро.
Я не могу понять, как можно ненавидетьОстывшего к тебе, обидчика, врага.Я радости не знал — сознательно обидеть,Свобода ясности мне вечно дорога.Я всех люблю равно любовью равнодушной,Я весь душой с другим, когда он тут, со мной,Но чуть он отойдет, как, светлый и воздушный,Забвеньем я дышу — своею тишиной.Когда тебя твой рок случайно сделал гневным,О, смейся надо мной, приди, ударь меня:Ты для моей души не станешь ежедневным,Не сможешь затемнить — мне вспыхнувшего — дня.Я всех люблю равно любовью безучастной,Как слушают волну, как любят облака.Но есть и для меня источник боли страстной,Есть ненавистная и жгучая тоска.Когда любя люблю, когда любовью болен,И тот — другой — как вещь, берет всю жизнь мою,Я ненависть в душе тогда сдержать не волен,И хоть в душе своей, но я его убью.
Нет неба, нет солнца без тебя...
Нет неба, нет солнца без тебя.
Как поле зимой без снега, душа моя.
И где-то бродит вещий сон, мой сон.
Так тревожен он, беспокоен он.
Дай твоих мне родников
Речей испить до дна. Забери в объятья,
В плен твой жаркий — не сбегу.
Уберечь смогу, исполнить,
Все что было, все что помню.
Снова жизнь мою наполни.
Уберечь смогу — исполнить.
Нет неба, нет солнца без тебя.
Как брошенный пес на дороге, душа моя.
И снова бродит вещий сон, мой сон.
Так тревожен он, беспокоен он.
Дай надежд мне облаков седых над головой.
Только ветер мне доносит свыше голос твой.
Море, слышишь, брат мой вечный,
Ты забудь свою беспечность.
На волнах своих всесильных
Ты верни меня к любимой.
Нет неба, нет солнца без тебя.
Вот идет он вальяжной походкой, твой юный Бог,
Как открытую книгу читает тебя опять,
Укрепляла позиции долго, а он вот смог
Без ключей и отмычек с сердца замки сорвать.
И ты падаешь снова в пропасть едва дыша,
Ты училась быть стойкой долго, да толку ноль,
От него сердце в пятки и к облакам душа
И извечная тема — на ране открытой соль.
Ты почти что поверила, в то, что внутри гранит,
Что ты сможешь спокойно, прямо смотреть в глаза,
Но когда от касаний внутри тебя все горит,
Забываешь про обещания и тормоза.
И казалось бы, уже взрослая и куда?
Потянуло тебя, как девочку, с головой
В этот омут, где поджидает одна беда,
А расплата — на век потерянный твой покой.
Девочка падай ниже
Прямо до февраля,
Он ведь чужой, пойми же,
А ты сама не своя.
Больно душе до дрожи,
Крыльев нет за спиной,
Ты ему: "Мой хороший" —
Хороший Да только не твой.
Ты ему: "Ну постой же!"
А он всегда впереди
С той, что ему дороже,
Так что не подходи,
Память терзай упрямо
Шаг за порог и в ад,
Чувства к нему, как яма,
Что тянет тебя назад.
Память твоя больная
Пеплом лежит в руках,
Вчера, в двух шагах от рая,
Вчера еще в облаках.
Вчера еще — жизнь прекрасна,
Сегодня — на эшафот
И в общем-то был напрасным
Блистательный твой полет.
Сильней кулаки сожми же
Когда из-под ног земля и
Падай девочка ниже
Прямо до февраля.
Сегодня в городе моём – тоска.
С утра закрыты казино и клубы,
И воет ветер в водосточных трубах,
Вдыхая с улицы седые облака,
От упоения этой музыкой слегка
О жесть свои поранив губы...
Сегодня я к себе гостей не жду.
Мой город скрылся за густым туманом.
И запил друг, который лучший самый,
А я не в силах разделить его беду...
И, вроде бывшая всё время на виду,
Так быстро постарела мама...
В такие дни приходится признаться,
Что как бы не благоволил мой век,
Всё меньше адресов, где я могу остаться,
Не заплатив за ужин и ночлег.
Сегодня в городе моём – печаль.
От ощущенья неземной свободы
Как будто распахнулись двери небосвода,
Но на земле ещё так многого мне жаль...
И я смотрю в обетованную мне даль,
Не зная выхода и входа.
В такие дни приходится признаться,
Что как бы не благоволил мой век,
Всё меньше адресов, где я могу остаться,
Не заплатив за ужин и ночлег.
Судьбой мне, видно, напророчена
Была еще одна гроза.
В цвету вишневом Белгородчина
И этой женщины глаза.
Глаза спокойной поднебесности,
Как лета раннего лазурь,
Меня пугали неизвестностью,
Давно уставшего от бурь.
И на беду ль себе, на горе я
Безумным облаком седым
Все плыл за ней по Белогорию
И обнимал ее, как дым.
Она была такой послушною,
Доверчивою, как во сне,
И не дыша, все песни слушала
И руки целовала мне.
Но все, что в жизни идеальное,
Виденьем тает на ветру.
И с тихим звоном, как хрустальная,
Она исчезла поутру.
Такая странная история.
Приходит лето — я грущу
Брожу холмами Белогория
И эту женщину ищу.
Порвать обои, поцарапать мебель.
Быть с чудесами мелкими на «ты»,
Пока в февральском неспокойном небе
Спят облака — пушистые коты.
Уметь легко купировать отчаянье.
Пьянеть от валерьянки, но скрывать.
С любого места комнаты случайной
Одним прыжком запрыгивать в кровать.
Не говоря ни с кем, поскольку не с кем,
Часами видеть снег и слушать дождь,
Висеть в окне, вцепившись в занавеску,
И ждать, что ты когда-нибудь придёшь.
Но притворяться, что ждала не очень,
В твоё уткнувшись мокрое пальто
И даже самой-самой тёмной ночью
Не становиться серой — ни за что.
Не бывает напрасным прекрасное.
Не растут даже в черном году
Клен напрасный, и верба напрасная,
И напрасный цветок на пруду.
Невзирая на нечто ужасное,
Не текут даже в черной тени —
Волны, пенье, сиянье напрасное
И напрасные слезы и дни.
Выпадало нам самое разное,
Но ни разу и в черных веках —
Рожь напрасная, вечность напрасная
И напрасное млеко в сосках.
Дело ясное, ясное, ясное —
Здесь и больше нигде, никогда
Не бывает напрасным прекрасное!
Не с того ли так тянет сюда
Сила тайная, магия властная,
Звездный зов с берегов, облаков, —
Не бывает напрасным прекрасное! -
Ныне, присно, во веки веков.
ПОНИ БЕГАЕТ ПО КРУГУ
У пони длинная челка
Из нежного шелка,
Он возит тележку в такие края,
Где мама каталась, и папа катался,
Когда они были такими, как я,
Такими, как я, Такими, как я
Туда, где водятся слоны и бегемоты,
Орангутанги и другие чудеса,
Летают раз в неделю самолеты,
Потом плывут неделю пароходы,
Потом идут неделю вездеходы,
А пони довезет за полчаса,
А пони довезет за полчаса.
У пони длинная челка
Из нежного шелка,
Он возит тележку в такие края,
Где мама каталась, и папа катался,
Когда они были такими, как я,
Такими, как я, такими, как я
Я днем бы и ночью на пони катался,
Я дедушкой стал бы, а с ним не расстался,
А с ним не расстался.
Всегда прекрасен самолет под облаками,
И корабли прекрасны все до одного,
Но трудно самолет обнять руками,
И трудно пароход обнять руками,
А пони так легко обнять руками,
И так чудесно нам обнять его.
И так чудесно нам обнять его!
За не влюбленными людьми
Любовь идёт как привидение,
И перед призраком любви
Попытка бить на снисхождение —
Какое заблуждение
Любви прозрачная рука
Однажды так сжимает сердце,
Что розовеют облака
И слышно пенье в каждой дверце.
За не влюблёнными людьми
Любовь идёт как привидение,
Сражаться с призраком любви,
Брать от любви освобождение —
Какое заблуждение
Все поезда, все корабли
Летят в одном семейном круге,
Они сообщники любви, её покорнейшие слуги.
Дрожь всех дождей, пыль всех дорог,
Соль всех морей, боль всех раз лук, —
Вот её кольца, крыльев прозрачных свет и звук.
За не влюблёнными людьми
Любовь идёт как привидение,
В словах любви, в слезах любви
Сквозит улыбка возрождения.
И даже легче, может быть,
С такой улыбкой негасимой
Быть нелюбимой, но любить,
Чем не любить и быть любимой.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Облака» — 573 шт.
