Цитаты в теме «огонь», стр. 66
Удивительный вальс мне сыграл Ленинград
Без рояля и скрипок, без нот и без слов.
Удивительный вальс танцевал Летний сад,
Удивительный вальс из осенних балов.
Вальс всегда на «Вы», вальс речной волны,
Вальс мостов Невы, дальних стран.
Вальс растерянный, вальс расстрелянный,
Вальс Расстрелиевый, вальс-туман.
В удивительном вальсе кружились дома,
И старинные храмы несли купола,
И на лучших страницах раскрылись тома,
И звонили беззвучные колокола.
Вальс пустых дворцов, вальс былых венцов,
Вальс к лицу лицо, без прикрас.
Вальс военных дней, смерти и огней,
Вальс судьбы моей — жизни вальс.
Вальс старинных дам, вальс клаксонных гамм,
Вальс огней реклам, вальс дождей.
Вальс недвижных поз, вальс больших стрекоз,
Вальс травы в покос, вальс людей.
ПОСЛЕДНЯЯ ЗАПИСЬ В БЛОКНОТЕ
Приди, последней мукою карая,
О боль, в мою еще живую плоть:
Мой дух горел, теперь я сам сгораю
В тебе; нет, дереву не побороть
Огонь, чьи языки меня обвили;
Тебя питаю и горю в тебе.
И мучится теперь мое бессилие
В твоей безжалостной алчбе.
Как истинно, невозвратимо как
Уже взошел я на костер страданий,
Без будущего и без упований,-
Запас сердечных сил, увы, иссяк.
И я ли это в пекле мук моих?
Воспоминания мечутся в огне.
О, жизнь, о, жизнь, ты вся — вовне.
Я в пламени. Чужой среди чужих.
А друзьями быть не получится,
Потому что любовь, чувство гордое.
И она еще дышит, лучший мой,
Даже если разбита разорвана
Ты поверь, дружить не сумеем мы,
Когда дружат, легко взяться за руки.
Нас зачем-то любимыми нарекли
Губы жгут поцелуями жаркими.
Не сумею тебе я лишь другом стать,
Мы же лю у нас не получится
Губы смогут солгать, не солгут глаза:
Оба будем лишь тайно мучиться
Если наша судьба жить разлукою,
Стану лучше «никем» без любви огня.
Нам — друзьями?!. и жить этой мукою?
Не проси я так слишком еще тебя.
Я не была в твоей стране
Под солнцем жарким,
И наша встреча лишь во сне
В ладонь — подарком.
Во сне так просто и легко,
Не надо визы.
Из самолета в рук кольцо
Упасть сюрпризом.
Мне снился ты аэропорт
В огнях красивых.
И мы поехали к стенам
Иерусалима.
Я видела ночной Эйлат,
Как мир контрастов.
Где пальмы, пляжи, берега
Палитрой красок.
И в ресторанчике одном,
Держась за руки,
Лягушек лопали с вином
Французской кухни.
С ума сходили до утра
А на рассвете
От счастья плакали с тобой,
Как будто дети.
Желанье на двоих одно,
Монеткой в море.
Чтоб вместе навсегда вдвоем
В любви и в горе.
Я не была в твоей стране
И может статься,
Я прилечу чтоб навсегда
С тобой остаться.
Ученик философа Эмма, полный мрачных предчувствий и любопытства, пошел в сторону Полумесяца, поскольку этой дорогой должен был возвращаться Том, и по пути размышлял о таинственной природе физической любви. Что составляет ее? Почему она совершенно не похожа ни на что другое? Внезапно весь мир переориентируется, расположившись вокруг одной сверкающей точки, а все остальное оказывается в тени. Преображение телесного существа, тончайшая электрическая чувствительность нервов, нежное, ожидающее чувство, испытываемое кожей. Вездесущее призрачное ощущение касания. Зоркость сердца. Абсолютная потребность в присутствии любимого существа, категорический императив, одержимость. Жгучий огонь, расширяющееся солнце, красота всего сущего.
Нас развела её несмелость.
Когда весь мир стонал в огне
И содрогался так хотелось,
Чтоб кто-то думал обо мне.
О, равнодушье! Пусть измает,
Но если тело к телу вплоть,
То плоть твоя сама признает
Мою тоскующую Плоть.
Молил:"Останься!" Сердце стыло,
В крови гудел девятый вал.
Я заклинал рожденьем сына,
Землёй и небом заклинал.
Пусть будут муки и лишенья,
Пусть судят лживые уста.
Бог тоже шёл на прогрешенье
В рожденье своего Христа...
Просил, но умирало слово,
Исторгнутое из груди.
Вымаливал:"Роди такого,
Ты можешь, ты должна, роди!..."
...Расстались мы. И я не очень
Её, пугливую, виню.
С тех пор среди достоинств прочих
В любви я МУЖЕСТВО ценю.
Что-то зелье горчит приворотное,
Чёрный кот исподлобья глядит,
И погодушка нынче нелётная
Для таких вот, как я, Маргарит.
Не гадается и не колдуется,
Вся моя ворожба невпопад.
Русским духом не пахнет на улице —
Добры молодцы дома сидят.
Мне всего ничего — триста лет в обед!
Гляну в зеркальце: «Ох, хороша!»
Говорят, что у ведьм и души-то нет
Но чего-то ведь просит душа!
То ль царевнам (в обличье старушечьем)
Красных яблок пойти раздавать,
То ль надеть снова кожу лягушечью,
Да стрелу на болоте-то — хвать!
То ли грянуться в землю сырую-Мать,
То ль самой себя сжечь на огне
То ль гусей-лебедей за тобой послать:
Пусть немедля доставят ко мне!
Маме посвящается.
Прости за все, моя родная,
Я на Земле живу лишь раз.
Много сперва не понимая
Ошибок натворила враз.
Наперекор твоему слову
Бесстрашно верила лжецам.
На поводу у чувств и взору
Я шла не ведая куда.
Пусть твоя грубость душу жало,
Но это несравнимо с тем,
Как ложь мне сердце разбивало
От близких, но чужих людей.
Я падала, потом вставала
Опершись на твое плечо.
Невыносимо я страдала,
А ты, — «Все будет хорошо!», —
Твердила мне не уставая
И строгий тон звучал вблизи.
Огонь в глазах не потухая
Искрился от твоей души.
Так мало нам с тобою надо
Всего лишь в искренности жить.
И нет чудеснее награды
Здоровой и счастливой быть.
Прости за все, моя родная,
В чем была, может, не права.
И знай, что самая родная
На все Земле ты у меня.
Как сложно верить вновь словам,
Когда в словах звучал обман.
Неискренность в глазах мелькала
И речь пустая вновь звучала.
Красивых фраз не перечесть.
Конечно это была лесть.
Любовь фальшивая играла
И сердце верное страдало.
«Не верь!», — душа просила вновь, —
«Ведь снова испытаешь боль.
Будет опять пылать огонь
И выжигать твою любовь».
И в этой жизни не иначе
Глаза тускнеют вновь от фальши,
Ведь разум путается вновь,
Не верит он больше в любовь.
Конечно все покажет время,
Укажет оно путь к спасенью.
Наставит, в добрый путь возьмет,
А прошлое уже не в счет.
Как жаль, что время пролетая
Свой горький опыт набивает
И шрамы в сердце оставляет,
В душе надежду убивает.
Но мы живем и верим в чудо
Оно случается по всюду
Особенно, когда не ждешь,
Судьбу свою не проведешь.
Что суждено, то и случится
Пусть даже это и не снится.
Однажды счастья не тая
Полюбишь ты, а он тебя.
Открой меня ключом скрипичным...
Я только домичек кирпичный
Покрытый крышей черепичной,
Но выгляжу внутри прилично -
Открой меня ключом скрипичным.
Да, штукатурка отвалилась,
Крыльцо куда-то наклонилось,
И два окна давно разбилось,
Но прояви ко мне ты милость.
И все во мне тебя обнимет,
И мысли черные отнимет,
И ты зажжешь огонь в камине,
И полежишь чуть на перине.
И колокольчиков коснешься,
И звона сладкого напьешься,
Увидишь на картине рощу,
Что в небе волосы полощет.
И взор твой прозевает вряд ли
Из спичек сделанный кораблик,
Коснешься пианинных клавиш...
И, может, я тебе понравлюсь.
И вдруг начнешь ты улыбаться,
Решив во мне навек остаться,
И на машине не умчаться,
И со своим дворцом расстаться.
Хоть я лишь домичек кирпичный,
Покрытый крышей черепичной,
Осыпанный весь трелью птичьей -
Открой меня ключом скрипичным...
Разорвал молчание колокольный звон,
Мне в который раз уже снится тот же сон,
Как икона бледная, в небесах луна,
Маленькая девочка среди звёзд одна.
Шепчут губы детские, глядя в небеса,
И примолкли жуткие тёмные леса.
Ангелы, как голуби, кружатся над ней,
А на крыльях ангелов тысячи огней.
От молитвы девичьей расцвели сады,
Растворились мёртвые вековые льды,
Маленькая девочка в звёздном храме сна: —
Чем ты озабочена, почему грустна,
Что ты просишь, девочка, небо?— Говорю.
Не прошу, помилуйте, я благодарю!
Мне в который раз уже снится тот же сон,
Слышу голос девочки, как церковный звон,
Она держит звёздную ожерелья нить,
Учит не просить меня, а благодарить!
В лоне царствия земного
Среди пьянства и утех
Изменился лик святого —
Модным стал сегодня грех.
Поклоняемся желаньям,
Чувствам, стилю и семье,
Без любви стремимся к знаниям,
Ходим днём в ночном белье.
Ритуалам бьём поклоны,
К боли ближнего остыв,
Просим счастья у иконы,
Бога в сердце позабыв.
Разобщились по сектантствам,
Где б повыгоднее в рай,
Внешней формой и убранством
Скрыть ли сумрачный сарай?
Молим к тем, в кого не верим,
Веря тем, кто снимет боль,
По науке душу мерим,
Разбавляя знанием соль.
Чей-то истиной стреляем
Уловленные сердца,
В тьме кромешной доверяем
Лишь злотым огням тельца.
По причине беззаконий
Охладеет в нас любовь
Отсекая хвост драконий
Снова пустим чью-то кровь?
Пространство рассекает мысль, как птица,
Взлетая ввысь к познанию бытия;
И каждый к совершенству вех стремится,
Вникая в смысл и тайны жития.
Когда-то укусив плодов познания,
Мы мечемся во Змеевом кругу;
Даны нам для развития страданья,
Ключи грехов отосланы врагу.
Зачем мы здесь? — извечные вопросы,
Решаем каждый сам в рутине дня;
Мы, жаля, погибаем словно осы,
Неся тепло, сгораем от огня
И от познания никуда не деться,
Но как спастись, не сразу дан ответ,
А спешка, в звёзды не даёт вглядеться,
Чтоб истины постигнуть яркий свет
Как будто сверху посланы желанья,
Чтоб души воскрешались ими вновь,
От дьявола даны оковы знания,
От Бога во спасение — любовь!
Куда мне без тебя, куда
В какую тишь каких пространств.
В какие страны, города,
В посконный рай, в буддистский транс.
Куда мне без тебя, куда
Сидеть смотреть «Реал Мадрид»
И не бросать кусочки льда,
В среду, что пьется и горит.
Заткнуться, выйти из игры
Вот так, за здорово живешь,
В какой излом земной коры,
В какую ложь и безнадежь
Найти б одну из ойкумен
Где есть закат и есть рассвет,
Где есть понятие «взамен»,
А боли не было и нет.
Ушел под воду знак огня
И наш Париж не стоит месс,
Всё что осталось у меня,
Какого беса, если без.
Сны...
Накроет ночь все темным одеялом,
И я смогу придти в чужие сны,
В которых, кто-то, ищет идеалы,
А кто-то жаждет милые черты,
И блеск огней, богатство, vip и славу
Да, до чего же жаден этот мир,
В сны Ваши заглянул как раз не даром,
Сейчас в них запущу все нити тьмы.
А это что за сны? В них столько боли,
В них виден четко жизненный процесс,
И в эти сны я запущу свои ладони,
Но чтоб добавить радужных чудес.
Лишь детский сон всем чарам не подвластен,
Не потому, что не хватает просто сил,
А потому, что в этих снах другое счастье,
Совсем другой, красивый, яркий мир.
Да, мы взрослеем, забывая то святое,
Чем дорожили с детства, с ранних лет,
Снов чудеса меняем на пустое,
С пустым же сердцем встретим вновь рассвет.
Танец белого снега
В танце белого снега, с замиранием сердца,
Тихо тают минуты в чьих-то теплых руках,
Вот и ночь опустилась, но душе не согреться,
И ковер серебристый заиграл в облаках.
Не спешите расстаться, может быть, что напрасно
Вы теряете счастье, по которому шли,
Ведь назад не вернуться, время нам неподвластно,
Вы друг другу шепните: «Только не уходи»
Сохраните, что было, и конечно, что будет,
И зима пусть подарит только яркие дни,
Пусть зажгутся огнями, фейерверками судеб,
Те пути и дороги, по которым идти.
Делать, что ли, нечего
В этот вечер мне?
Нагрубил я вечером
Всей своей родне!
Папе, маме, бабушке,
Братику в игре,
И, играя в ладушки,
Маленькой сестре!
Тете, дяде, дедушке,
Другу — ай-ай-ай!
В ад хочу я? Нетушки!
Выбираю рай!
Я перед иконами
В тот же вечер встал,
И про грех с поклонами
Богу рассказал.
Прошептал за ужином
Всем, что виноват
Нет, совсем не нужен нам
Этот самый ад!
Там, я слышал, поедом
Всех огонь ест злой.
Грешников такое там
Ждет, что ой-ой-ой!
Грубости и зависти
Места с Богом нет.
Буду так себя вести,
Чтоб не ведать бед.
Значит, вы увидите
С завтрашнего дня,
Даже коль обидите,
Нового меня!
Лепет, трепет, колыханье,
Пляска легкого огня,
Ангел мой, мое дыханье, -
Как ты будешь без меня?
Как-то там, без оболочки,
На ветру твоих высот,
Где листок укрылся в почке,
Да и та едва спасет?
Полно, хватит, успокойся!
Над железной рябью крыш,
Выбив мутное оконце,
Так и вижу — ты летишь.
Ангел мой, мое спасенье,
Что ты помнишь обо мне
В этой льдистой, предвесенней,
Мартовской голубизне?
Как пуста моя берлога -
Та, где ты со мной была!
Ради Бога, ради Бога,
Погоди, помедли, погоди.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Огонь» — 1 527 шт.
