Цитаты

Цитаты в теме «огонь», стр. 76

Эдуард Асадов "О романтике"
Многоцветно и радостно слово - РОМАНТИКА.
В нём звенит что-то древнеантичное - АНТИКА,
И солидный РОМАН умещается в нём,
И хохочет весёлое слово - РОМ!
Кто же должен романтиком в мире зваться?
Да скорее всего, вероятно, тот,
Кто способен воистину удивляться
Блеску речки, рассвету, цветам акаций,
Где другой не оглянется и пройдёт.
Кто умеет (и это ему не лень),
Улыбнувшись, извлечь вдруг из сердца краски
И раскрасить вам будни в такие сказки,
Что становится праздником серый день.
Кто до смертного дня убежденно верит
В души звёзд или дерева вздох живой,
Кто богатство не золотом в мире мерит,
А улыбками, нежностью, добротой.
И не сложит романтика крыл тугих
Хоть в огне, хоть бы даже у чёрта в пасти,
Ведь она достояние молодых,
Ведь она удивительный ключ от счастья!
Юность - славная штука! Да вот беда,
Говорят она слишком уж быстротечна.
Пустяки! Кто романтиком стал навечно,
Тот уже не состарится никогда!
Отрывок из лирической повести "Галина"За окошком дальний звон гитары.
Сыплет с неба звездный листопад
Под луною всюду нынче пары
И везде о чувствах говорят.
«Я люблю"- взволнованная фраза.
Сколько тут загадочных огней!
Все ж, прошу, товарищи, не сразу,
Повстречавшись, обращайтесь к ней.
Не ханжа я. И нравоучения
Мне смешны. Но тут вот не смешно.
Слишком уж огромное значение
В этих двух словах заключено.
Мы ль суровы, или жизнь сурова,
Я не знаю. Только ты пропал,
Если вдруг, сказав большое слово
Чувств больших при том не испытал.
И когда придет к тебе иное
И объявит радостно: -Ты мой!-
Как ломать все то, что ты построил?
Как с другою поступить судьбой?
Все долой? Ведь тут пришло большое!
Но постой, товарищ, поглядим,
Может быть и это все пустое?
Может быть и это только дым!
Кто б ты ни был, женщина, мужчина,
Все продумай, прежде чем решать.
Что б кому-то у кроватки сына
Горьких слез потом не проливать.Прошу прощения, если есть неточности, записано по памяти.
Звездная тень
1) Не касайся замков из пепла
Они могут быть очень красивы, но в них нельзя жить.
2) Горели альбомы плохо. Конечно, сплошной пластик. Пришлось сходить в гараж и плеснуть на альбомы бензином. Я посидел у огня, грея озябшие руки, но дым был слишком едким.
Память — она всегда плохо горит.
3) Я верил в любовь и дружбу, в бескорыстие и преданность. Любовь сменилась расчетом, дружба — деловыми отношениями, бескорыстие обернулось удачным вложением капитала, преданность — просто предательством.
4) Один человек — уже слишком много, чтобы изменить мир. Мир — уже слишком мал, чтобы оставить его в покое. Да и нет для живых безмятежности. Только морю и небу знаком покой.
5) А ещё мне хочется — до дрожи в коленях, до кома в горле — того же, чем я был напичкан в детстве. Простоты и ясности мира.
И тогда я позволяю себе посмотреть в никуда: он скажет «возвращайся», а я подойду очень близко и ничего не скажу, даже думать перестану, потому что – запах, тепло от его плеча, дурацкая рубашка в белый цветочек и кожа совсем рядом. Можно даже заплакать, если захочется, но не захочется, потому что наконец-то все станет хорошо. И когда мы доберемся до постели, я первым делом засну рядом с ним, потому что безумно устала за это время. И только потом, когда проснусь и услышу, как он дышит рядом, я осторожно, чтобы не обжечься, загляну в его лицо, потому что глаза мои тосковали без его красоты и были как слепые. А чуть позже я протяну руку, прикоснусь подушечками пальцев, а потом очень медленно, ведь мои руки заледенели без его огня, позволю ладоням наполниться, вспомнить его тело постепенно – чтобы не обжечься. И он, наверное, проснется, и тогда уже мое тело, которое сейчас корчится от одиночества