Цитаты в теме «плачь», стр. 28
Умираю от голода над банкой с засоленными мужскими сердцами. Не потому, что голова в банку не пролезает, — есть у меня и серебряная вилочка на длинной ручке, и пинцет, обмотанный стерильной ваткой, чтоб вытирать с подбородка кровавый рассол. Просто никогда, никогда я не смогу себя заставить это есть. А они, уже бессердечные, но по-прежнему ранимые, уязвимые и чувствительные, корчась как устрицы под брызгами лимонного сока, строчат анонимные письма, дышат в трубку ночами. И тишина на том конце телефонного провода может значить только одно: ешь, дорогая, я страдал, я отдал тебе все А я голодна, и я хочу просто хлеба и просто молока — из рук человека, который счастлив любить меня. Хочу смеяться — просто так, потому, что весело, а не потому, что ничего другого не осталось. Хочу засыпать, не боясь, что меня разбудят слезы, горячие, как серная кислота. Такими слезами плачут только мужчины и только от одного несбыточного желания. Стать Единственным.
Самое важное, что я узнал на Тральфамадоре, — это то, что, когда человек умирает, нам это только кажется. Он все еще жив в прошлом, так что очень глупо плакать на его похоронах. Все моменты прошлого, настоящего и будущего всегда существовали и всегда будут существовать. Тральфамадорцы умеют видеть разные моменты совершенно так же, как мы можем видеть всю цепь Скалистых гор. Они видят, насколько все эти моменты постоянны, и могут рассматривать тот момент, который их сейчас интересует. Только у нас, на Земле, существует иллюзия, что моменты идут один за другим, как бусы на нитке, и что если мгновение прошло, оно прошло бесповоротно.
Когда тральфамадорец видит мертвое тело, он думает, что этот человек в данный момент просто о плохом виде, но он же вполне благополучен во многие другие моменты. Теперь, когда я слышу, что кто-то умер, я только пожимаю плечами и говорю, как сами тральфамадорцы говорят о покойниках: «Такие дела.»
Быть женщиной твоей, не плача и не каясь,
Хочу и не стесняюсь быть женщиной твоей.
Быть женщиной твоей--глотком воды в пустыне,
Покорной, как рабыня быть женщиной твоей.
Мне ничего не надо, мне ничего не надо,
Ни дорогих нарядов, ни золотых цепей.
Мне ничего не надо, была б одна отрада,
Была б одна отрада-- быть женщиной твоей.
Быть женщиной твоей, когда душе ненастно,
Когда вокруг опастность, быть женщиной твоей.
Быть женщиной твоей--не прихоть, не влечение,
Мое предназначение — быть женщиной твоей.
Быть женщиной твоей надежною и верной,
Свободной, вдохновенной быть женщиной твоей.
Быть женщиной твоей хочу зимой и летом,
Все ночи до рассвета быть женщиной твоей.
Самое страшное слово — «ждать».
Лучше — «забыть», «не вернуться», «уйти».
Лучше закрыть навсегда тетрадь,
Сердце спокойно хранить в груди.
О чувствах — молчать. Говорить — табу.
Голос срывать — запретить навсегда,
Чтобы потом не винить судьбу
В том, что уходят в пустую года.
Их не вернуть — не старайся, не плачь,
Просто отдай в никуда, в пустоту.
Время — суровый, но честный палач,
Рубит с плеча, на ходу, на лету.
Ждать — поддаваться ему сгоряча,
Спину открыть, подставляя под плеть.
Лучше, пока горит жизни свеча,
«Ждать» заменить на «верить и жить».
Он уходит и мир расколот на до и после,
Он уходит, не оставляя тебе тепла,
Так случилось, он был в судьбе твоей только гостем,
А ты глупо, чего-то большего все ждала.
Он уходит и по нему даже плачет небо,
Ты смеешься и наливаешь бокал вина,
Понимаешь, твой принц твоим никогда и не был,
Он уходит, а ты на кухне сидишь одна.
Гаснут звезды и боль ломает тебя на части,
Не спасает бутылка виски вслед за вином,
Он уходит и забирает с собою счастье,
Рай потерян и он отныне зовется — дном.
Будет утро, работа, мама, друзья и кто-то,
Кто поможет держаться ровно в борьбе с судьбой,
Будет лето Но сердце ежится, ведь всего-то —
Он уходит и забирает его с собой.
Плачет мать,покинутая сыном
И этот груз с собой не унести
Так дай ей Бог не дюжинные силы
Вселенной боль одной перенести
Стонет мать,склонившись над могилкой
Шепчет тихо,где ты ангелок?
Застелила я кровать тебе простынкой
Что б уставший отдохнуть ты мог
Я игрушек накупила много
Самосвалы,лего,пистолет...
Ты не бойся,всё что хочешь,трогай
Настоящих ружей рядом больше нет
Возвращайся,солнышко,не мучай
Мама без тебя не проживёт
Можешь облачком,а можешь просто тучкой
Или дождиком,что по весне идёт
Хочешь деревцем,а хочешь тихим ветром
Я тебя почувствую везде...
Но только с этим горьким белым светом
Не оставляй меня наедине
Сидела мать склонившись над могилкой
Платок руками нервно теребя
Весь мир окутан, траурной косынкой
И кто поможет этим матерям?
Моя душа от боли ноет,
А сердце рвётся из груди.
Моя печаль, что не со мною,
Что далеко от меня ты.
Ты там, я здесь и вновь разлука.
Так одиноко без тебя
И эта жизнь как буд-то мука —
Невыносимо без тебя.
Хочу кричать, рыдать и плакать,
Бежать на край Земли к тебе.
Хочу избавиться от мрака
От серых будней на челе.
Твои объятья, поцелуи,
Твой облик я храню в душе.
Тебя люблю я и ценю я,
С каждым мгновеньем всё сильней.
Любимый мой, желанный, милый
Скорее приезжай ко мне,
Ведь это же невыносимо
Любить, когда ты вдалеке.
Очарована, околдована,
С ветром в поле когда-то обвенчана,
Вся ты словно в оковы закована,
Драгоценная ты моя женщина!
Не веселая, не печальная,
Словно с темного неба сошедшая,
Ты и песнь моя обручальная,
И звезда ты моя сумасшедшая
Я склонюсь над твоими коленями,
Обниму их с неистовой силою,
И слезами и стихотворениями
Обожгу тебя, добрую, милую
Отвори мне лицо полуночное,
Дай войти в эти очи тяжелые,
В эти черные брови восточные,
В эти руки твои полуголые.
Что не сбудется — позабудется,
Что не вспомнится, то не исполнится.
Так чего же ты плачешь, красавица,
Или мне это просто чудится.
Ком в горле, больно.
Черт и курить бросила, а зачем?
Осенью. Когда даже железные крыши плачут.
Слышишь?
Дождь бередит прошлое,
Грязное и не нужное
Ты не мой суженный?
Нет? Может, все же поженимся?
В подворотне
Оденемся в красное и кричащее
/Зато без притворств — настоящее/
Дождь, мы с тобою разные
Но оба — с небес чистые, на земле грязные
Ты — мой грустный жених,
Я — невеста сегодня в знак протеста.
Вальс? Обними ливнями
Руками такими теплыми,
Руками такими сильными
Что ж Мой муж теперь дождь.
Будешь со мной? Не уйдешь?
Пора? Обещай на прощание
Выполнять все мои желания
Я не прошу невозможного,
Просто будь осторожнее
И приходи вечером —
Мы ведь с тобой обвенчаны!
Осенью Черт, жаль
Курить бросила.
Детка, ну сколько можно?
Плачешь какую ночь.
Кажется невозможно
Боль эту превозмочь.
Детка, ведь ты ж не дура,
Просто пойми сама —
Детка, с твоей фигурой
Сотни сводить с ума!
Ярче бери помаду
И почернее тушь.
То, что он лучший самый,
Знаешь сама, что чушь!
Лучший вот так не смог бы.
Просто бы не посмел!
Детка, не делай Бога!
Должен же быть предел
Всем этим нервным срывам.
Только б хватило сил!
Детка, ты, правда, красива —
Просто не тот ценил.
Детка, давай последним
Будет вот этот стих.
Детка, и без истерик —
Бросали и не таких.
Родишь ребенка, а он поэт.
Ты его кормишь грудью,
На руках носишь в туалет,
Когда у него жар,
Тратишь на него все деньги
И всё свободное время.
Мечтаешь, что будет у него
Школа с золотой медалью,
Работа интересная,
Красивый автомобиль,
Веселая свадьба,
Трое детишек и собака.
А он, с*ка, вырастает поэтом,
И всё у него плохо.
И он пьет горькую
И пишет грустные стихи,
А тебе уже шестьдесят,
И ты уже отдал ему всё,
Что у тебя было,
И больше у тебя ничего нет.
А он пишет и пишет, с*ка,
А ты читаешь и плачешь.
Он меня украдет целиком.
Без вещей, со стихами и страхами.
Чтоб из горла вынула ком,
Чтобы только от счастья плакала.
Он зовет на краю земли
Сок березовый пить из баночек,
В деревянной избушке жить
И сачками ловить бабочек.
Он мечтает, чтоб дочь и сын
Собирали ромашки охапками.
Он на свете такой — один,
Может горькое сделать сладким
Я решила. К нему. Тебе
Я записку черкну в две строчки,
Мол, не в силах уже терпеть,
Не срослось, не сбылось. И точка.
Налегке. Далеко. Босиком.
От того, с кем вся жизнь — к нулю.
Голос твой — по душе кипятком:—
Не пущу. Не уйду. Люблю.
А ты клянись, что больше ни один
Мужчина плакать горько не заставит,
Что разлюбивший станет нелюбим,
Что обманувший — в миг ненужным станет.
А ты клянись, что если не срослось —
Найдешь причину искренне смеяться,
Что если вместе больно, лучше — врозь,
Что если вместе горько — вырвать с мясом.
А ты клянись — не будешь набирать
Заветный номер, если глухо в трубке,
И до утра мозги перетирать
В муку из ревности, отчаянья и муки.
Не будешь впредь доверчивой, слепой,
Наивной куклой, дурой безнадежной.
Прогонишь боль поганою метлой,
И вместо омута — по гальке осторожно.
А ты клянись. Хоть сотни тысяч раз.
Но эту клятву — не сдержать вовеки.
Ведь человек — доверчивый дурак,
Когда влюблен в другого человека.
Однажды понимаешь: все достало!
на правила плюешь и этикет...
И вот ты с ним уже под одеялом
И в нужности его сомнений нет.
Ты слышишь: вот он, самый нужный запах,
Его вдыхаешь грудью, животом,
Лежишь в его родных мохнатых лапах
И страшно, что не знаешь, что потом...
И этого сказать никто не может,
Хоть плачь, хоть смейся или там...молись.
Ведь что потом - решать мужчина должен.
Все очень просто, детка, это жизнь.
Проходит день, и ночь, и снова утро.
Ты робко отправляешь смс.
Тот "самый нужный" позвонил...кому-то.
Так что ты плачешь? Он ведь в этом весь.
Нет-нет, не упрекаю, милый, не в чем.
И знать не знай, что у меня в душе!
Я сделаю хоть сто шагов навстречу!
А вслед,- уволь! - ни одного уже...
Тебе не наскучило каждому сниться,
Кто с князем твоим горевал на войне?
О чем же ты плачешь, княгиня зегзица,
О чем ты поешь на кремлевской стене?
Твой Игорь не умер в плену от печали,
Погоне назло доконал он коня.
А как мы рубились на темной Каяле —
Твой князь на Каяле оставил меня.
И впору бы мне тетивой удавиться,
У каменной бабы воды попросить.
О том ли в Путивле кукуешь, зегзица,
Что некому раны мои остудить?
Так долго я спал, что по русские очи
С каленым железом пришла татарва,
А смерть твоего кукования короче,
От крови моей почернела трава.
Спасибо тебе, что стонала и пела.
Я ветром иду по горячей золе,
А ты разнеси мое смертное тело
На сизом крыле по родимой земле.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Плачь» — 1 841 шт.
