Цитаты в теме «поезда», стр. 13
До тебя лабиринты из слов, что роятся эхом,
Из десятков стихов, тысяч строк, миллионов рифм.
Только я уж смирилась: куда б поезд мой не ехал,
Назначения пункт у него всё равно один.
До тебя сотни дней тишины, в горле ком обиды
От того, что твоя тишина – твой коронный ход.
Но мой поезд везет меня в город, в котором гидом
Будет тот, кто молчит, но отчаянно, верно ждет.
До тебя километры дорог, три десятка станций.
А потом вдруг выходишь на главной – и жизни треть
Позади той минуты, когда мы сомкнули пальцы,
Став друг другу Парижем – увидеть и умереть.
Ты сейчас едешь в поезде,
Ты сейчас куришь в тамбуре,
А за окнами бесятся деревья, дома и кусты.
И везешь с собой новости,
Только малость скандальные
Хорошо, когда новости обычны, банальны, просты
Если солнце забывчиво,
То холодные бусины
Будут биться безрадостно и даже немного скулить.
Ты посмотришь улыбчиво:
Все попутчики грустные.
Лишь картины промокшие и серое небо вдали.
Может вспомнишь нечаянно
Бледных губ моих линии.
Бледных губ моих линии, таких ты нигде не найдешь.
Улыбнутся печальные
Сине-белые лилии.
Ты кому-нибудь близкому их целую тучу сорвешь.
Может, это и к лучшему,
Что по нежному — лезвием.
Ведь сгоревшее пламенно повторится во сне.
День укроется тучами,
След от тени исчезнувшей
Пусть останется в памяти, как не выпавший снег.
Сола Монова, 1997
Осенний городА город роняет прощальные листья на мокрые улицы,
Ноябрьские дни утекают холодным песком между пальцами,
Вокруг горожане пьют утренний кофе и зябко сутулятся,
Невольно себя ощущая в бессонной столице скитальцами.
А город гремит без конца поездами, авто и трамваями,
Окутан рассветным туманом, неоном и дерзкими мыслями,
В нём люди находят, теряют друг друга, сбиваются стаями,
И день ото дня пополняют багаж непрочтёнными письмами.
А город спешит, наступает на ноги, бубнит и толкается,
Врываясь непрошеным ветром за краешек тёплого ворота,
Здесь время в цене, просто некогда плакать, ведь жизнь продолжается
Но я всё равно влюблена в переулки осеннего города.
Мне пришлось полюбить поезда,
Их ритмичное сердцебиение,
Ведь по сути любое «всегда»
Это микс из различных мгновений.
Мне пришлось научиться прощать,
Мне пришлось научиться прощаться,
Ведь по сути умение ждать,
Ходит за руку с целью дождаться!
Я уже не боюсь отпустить,
Все разлуки уже отболели,
Рельсы четко умеют чертить,
Наших судеб стальных параллели!
Нам с тобою уже не сойтись,
Не найти точку пересечения,
На мгновение остановись,
Мое громкое сердцебиение
Оборви навсегда провода!
Эхом хватит в груди отзываться,
Мне пришлось полюбить поезда,
Мне пришлось научиться прощаться.
Моя двадцать девятая весна,
И солнца свет запутался в ресницах,
Но где же птицы? Что за тишина?
На поезд с юга опоздали птицы
И кажется, что воздух онемел,
И кажется, что нас с тобой осудят,
За то, что ты найти меня посмел,
Среди других, все ждущих счастья, судеб
Так хочется совсем простых вещей:
Подснежников и ласточек прилета,
И хочется, чтоб ты любил сильней,
Так хочется опеки и заботы!
Так хочется, чтоб среди сотни лиц,
В моих глазах ты отыскал ответы,
В словах моих услышал пенье птиц,
(Они все ждут резервные билеты)
И хочется, чтоб даже холода,
Нам не мешали мартом насладиться,
И хочется, чтоб раз и навсегда,
Увидеть, улыбнуться и влюбиться.
Мне все равно, что завтра будет дождь,
Мне все равно, что нас с тобой осудят,
Со мной приезда птиц ты подождешь,
А дальше? Там посмотрим. Будь, что будет
P. S.
Весна, вокзал, заполненный перрон,
И милая кокетка — проводница:
«Вы ждали птиц? Ну что ж седьмой вагон!
Встречайте! Прямо с юга! Ваши птицы»
Мы женщины до кончиков волос,
Мы женщины по сути и по духу!
Мы женщины, а значит не вопрос,
Мы сотворим слона из мелкой мухи!
Мы женщины, а значит, мы их тех,
Кто не горит в огне, в воде не тонет,
И коль на кон поставлен наш успех,
Мы остановим поезд, что нам кони
Мы женщины! Мужчинам не понять,
Как при ноге, размера тридцать восемь,
Мы купим туфли тридцать шесть и пять,
И свято верим, что потом разносим!
Мы можем родину продать за шоколад,
Но день и ночь мы «вроде» на диете
Мы плачем и смеемся невпопад,
Мы в сентябре уже грустим о лете,
Нас может иногда попутать бес,
На ровном месте мы устроим драму!
Но все-таки, мы чудо из чудес!
Мы дочери, подруги, сестры, мамы!
Мы женщины! Мы, как вина глоток,
Пьяным собой без видимой причины,
Мы женщины, и да хранит нас Бог,
Как не крути, он все-таки мужчина.
Пуржит, метелит снег по подворотням,
На стеклах вновь зима рисует сны,
Я видел в них по-моему сегодня,
Как проплывали белые слоны...
Шли рядом: слон, слонихи и слоненок,
Спокойно, друг за другом в полумгле.
Не замечая ветреных поземок,
И ртутных изменений на шкале...
Достаточно закрыть глаза...
Ты снова здесь,
Мы снова вместе...
Дорога, поезд и вокзал,
И ты на лестнице в подъезде...
Достаточно задать вопрос
Внутри себя
И ты ответишь...
Ты как цветок внутри пророс,
Ты как лампада в сердце светишь...
Огромные и добрые животные
Исчезли в белоснежной пелене...
Счастливые, веселые, свободные,
Живущие в придуманной стране...
И если долго будешь вдаль смотреть,
И думать в этот миг ночной про нас...
Люби проездом родину друзей.
На станциях батоны покупая,
О прожитом бездумно пожалей,
К вагонному окошку прилипая.
Все тот же вальс в провинции звучит,
Летит, летит в белесые колонны,
Весна друзей по-прежнему молчит,
Блондинкам улыбаясь благосклонно.
Отходят поезда от городов,
Приходит моментальное забвение,
Десятилетия искренних трудов,
Но вечного, увы, не откровения.
Да что там жизнь! Под перестук колес
Взбредет на ум печальная догадка,
Что новый недоверчивый вопрос
Когда-нибудь их вызовет обратно.
Так, поезжай. Куда? Куда-нибудь,
Скажи себе: с несчастьями дружу я.
Гляди в окно и о себе забудь.
Жалей проездом родину чужую.
Адище города окна разбили
На крохотные, сосущие светами адки.
Рыжие дьяволы, вздымались автомобили,
Над самым ухом взрывая гудки.
А там, под вывеской, где сельди из Керчи —
Сбитый старикашка шарил очки
И заплакал, когда в вечереющем смерче
Трамвай с разбега взметнул зрачки.
В дырах небоскребов, где горела руда
И железо поездов громоздило лаз —
Крикнул аэроплан и упал туда,
Где у раненого солнца вытекал глаз.
И тогда уже — скомкав фонарей одеяла —
Ночь из любилась, похабна и пьяна,
А за солнцами улиц где-то ковыляла
Никому не нужная, дряблая луна.
Речь перед выпускниками Дармутского колледжа в июне 1989 года. Я не желаю вам ничего, кроме счастья. Однако будет масса темных и, что еще хуже, унылых часов, рожденных настолько же внешним миром, насколько и вашими собственными умами. Вы должны будете каким-то образом против этого укрепиться; в чем я и попытался вам помочь здесь моими малыми силами, хотя этого очевидно недостаточно. Ибо то, что предстоит вам — замечательное, но утомительное странствие; вы сегодня садитесь, так сказать, на поезд, идущий без расписания.
ХОРОШО И ПЛОХО Мастер неплохо разбирался в том, что происходит в мире. Однажды его попросили объяснить его любимое изречение: Хорошо человеку или плохо — решает он сам. Он ответил: - То, что люди называют давкой в поезде, в ночном клубе становится атмосферой! В качестве иллюстрации той же аксиомы он рассказал, что как-то ребенком нечаянно услышал, как его отец — видный политический деятель — резко критиковал одного переметнувшегося к оппозиции члена партии. - Но, папа, еще вчера ты очень хвалил человека, который ушел из оппозиции и вступил в твою партию. - Сынок, тебе нужно как можно скорее понять одну простую истину: тот, кто переходит в другую партию, — предал своих. Тот, кто вступает в наши ряды, — поменял свои убеждения.
Жизнь — это поток событий, идущих из прошлого в будущее. Что, на самом деле, люди живут в настоящем, но поскольку они думают только о прошлом и будущем, у них ничего и не получается.
Если бы люди думали о своем настоящем, то они могли бы менять свое будущее. А в настоящем, действительно, есть только мелочи! Но все зависит именно от этих мелочей. Наше завтра зависит от того, что мы сделаем сегодня. Именно поэтому нельзя откладывать свои решения на завтра, на вечный «понедельник».
Если хочешь чего-то добиться — решайся и делай это прямо сейчас. Создавая свою жизнь, не жди попутного поезда. Все равно неизвестно, какой из них и куда идет. «Действуй!»
Моменты, когда можно было сделать выбор и пустить жизнь по другому руслу, кажутся теперь недосягаемо прекрасными. Хотя бы потому, что невозможно вернуться туда, откуда ты однажды ушёл. В решающий момент – и это потом особенно терзает – одно слово, один жест, одно движение – и всё, поезд жизни пошёл по другому пути. Сказать «Да» вместо «Нет» или, напротив, сказать «Нет» вместо «Да». Или уйти, или не уйти. И вот человек потом всю жизнь раз за разом возвращается памятью к этому моменту и совершает ТОТ САМЫЙ ПОСТУПОК.
Ты проводила на войну сыновей, — если не ты, так другая, такая же, как ты, — иных ты уже не дождешься вовеки, а если эта чаша миновала тебя, так она не миновала другую, такую же, как ты. Но если и в дни войны у людей есть кусок хлеба и есть одежда на теле, и если стоят скирды на поле, и бегут по рельсам поезда, и вишни цветут в саду, и пламя бушует в домне, и чья-то незримая сила подымает воина с земли или с постели, когда он заболел или ранен, — всё это сделали руки матери моей — моей, и его, и его.
Над Сеной горели, утопая в темноте, многочисленные огни, и когда я глядел на них с моста, мне начинало казаться, что я стою над гаванью и что море покрыто иностранными кораблями, на которых зажжены фонари. Оглянувшись на Сену в последний раз, я поднимался к себе в комнату и ложился спать и тотчас погружался в глубокий мрак; в нём шевелились какие-то дрожащие тела, иногда не успевающие воплотиться в привычные для моего глаза образы и так и пропадающие, не воплотившись; и я во сне жалел об их исчезновении, сочувствовал их воображаемой, непонятной печали и жил и засыпал в том неизъяснимом состоянии, которого никогда не узнаю наяву. Это должно было бы огорчать меня; но утром я забывал о том, что видел во сне, и последним воспоминанием вчерашнего дня было воспоминание о том, что я опять опоздал на поезд.
в сущности, никакого счастья нет, есть только сознание счастья. Или, другими словами, есть только сознание. Нет никакой Индии, никакого поезда, никакого окна. Есть только сознание, а все остальное, в том числе и мы сами, существует только постольку, поскольку попадает в его сферу. Так почему же, думаю я снова и снова, почему же нам не пойти прямо к бесконечному и невыразимому счастью, бросив все остальное? Правда, придется бросить и себя. Но кто бросит? Кто тогда будет счастлив? И кто несчастлив сейчас?
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Поезда» — 326 шт.
