Цитаты в теме «радость», стр. 96
На тротуаре сидел старичок в потертом пальто. Рядом с ним стояла картонная коробка с надписью: «Подарите мне радость».
К старику подошёл ребёнок. В его кулачке была зажата монета. Он хотел подать милостыню, но, приблизившись, изумлённо остановился. В коробке не было денег. Там лежали конфеты, самодельные игрушки, детские книги и много всякой всячины.
— Доброго дня, — улыбнулся старичок.
— Здравствуйте, — смутился мальчик. — А у меня только деньги.
— Так бывает, — сочувственно кивнул старичок. — Ты любишь сладости?
— Нет, мне нельзя.
— А читать?
— Я пока не умею.
— Тогда, может быть, тебе нравится надувать шарики?
Мальчик кивнул — вот это он действительно любил! Тогда старичок достал из коробки горсть разноцветных воздушных шаров и протянул ему.
— Что я за это вам должен? — недоверчиво спросил ребёнок.
— Эй, это я твой должник! — вскричал старичок. — Ведь ты подарил мне радость. Сделать кому-то приятное — чудесная возможность. И её, знаешь ли, никогда не стоит упускать!
Эти люди привыкли к нищете. И меня томит вовсе не жажда благотворительности. Я не ищу мази, которая смягчила бы боль незаживающей раны. Они истекают кровью, но боль их не мучает. А меня мучает урон, который нанесён человеческой сути, не одному человеку – весь наш род терпит ущерб. Не жалость щемит мне сердце, жалости не доверишься. Забота садовника мешает мне спать этой ночью. Я опечален не бедностью, с бедностью сживаются так же, как сживаются с бездельем. На Востоке люди живут в грязи, и грязь им в радость. Печалит меня то, чему не поможет бесплатный суп. Печалят не горбы, не дыры, не безобразие. Печалит, что в каждом из этих людей погасла искорка Моцарта.
Нам хочется, чтобы наши друзья и родственники интересовались тем, что мы сейчас делаем, чтобы они были рядом с нами в часы радости и печали, нам требуется их помощь при переездах или в уходе за маленькими детьми, они нужны нам, чтобы вместе поболтать или принять участие в общих развлечениях. Нам хочется, чтобы самые близкие люди знали нас так хорошо, чтобы моментально понимать, как мы себя чувствуем и что нам требуется. И нам самим хочется то же самое делать для своих близких и для тех, с кем мы общаемся. Человек — общественное животное, и нам нужна своя социальная группа.
– Какой скучный мир – отодвинув угасший кальян, прошелестел белолицый. – Я пребываю в нем всего-то два дня, но мне уже хочется забраться обратно под землю. В чем смысл ваших искусственных радостей? Вы кислы, как похлебка из дикого щавеля. Да, мы не знали, что такое самоездные колесницы, черные сундуки с движущейся картинкой, и не употребляли палочек, испускающих дым. Но наша жизнь была весела и разнообразна. Вы же заменили сладость женского тела надувными рабынями. Сделали пиво безалкогольным. Удаляете волосы на теле – наш признак храбрости. Я счастлив, что ваш мир гибнет. Он слишком фальшив, чтобы существовать.
Всему приходит свой срок в определенный момент. Даже христианству. Когда-то к смертным, отягощенным страхами, подозрительностью, суевериями, недоверчивостью, явился человек и сказал: «Любите друг друга! Вы — единственный род, созданный для братства: нет избранных, нет рабов, нет проклятых. Я освобождаю вас от ваших призраков, избавляю от ваших идолов и мнимой тяжести ваших долгов. Вы больше не найдете никаких ответов у ваших жрецов с их храмами и священными книгами; теперь вы должны сами спрашивать себя, даже понимая, что, может быть, и не найдете единственного ответа. Но вопрошай все время, лишь в беспрестанных поисках заключается ваше бытие и ваше освобождение.» В те дни мир шагнул вперед. Но затем Евангелие стало постепенно утрачивать свою силу и свой смысл, яркое, свежее вероучение превратилось в свод принудительных правил, где всякая радость жизни объявлялась грехом. Мессия служил эволюции, его Церковь мешает ей.
Если всем людям вместе суждено определенное количество счастья и горя, то чем хуже будет у вас на душе, тем беззаботнее будет чья-то радость, просто по той причине, что горе и счастье возникают лишь относительно друг друга.
Весь двадцатый век мы, русские дураки, были генератором, вырабатывавшим счастье западного мира. Мы производили его из своего горя. Мы были галерными рабами, которые, сидя в переполненном трюме, двигали мир в солнечное утро, умирая в темноте и вони. Чтобы сделать другую половину планеты полюсом счастья, нас превратили в полюс страдания
Быть Заратустрой — это значит, что вместо ступней у вас крылатые божества, пожирающие гору и превращающие ее в небо, а вместо коленей катапульты, где стрела — все ваше тело. Это значит, что в животе у вас бьют барабаны войны, а в сердце раздается победный марш, и в вас вселяется такая устрашающая радость, что вынести ее обычный человек не в состоянии; быть Заратустрой — значит владеть всеми силами этого мира только потому, что вы призвали их и способны в себя вместить, это значит перестать касаться земли, вступив в прямой диалог с солнцем.
Он взял ее за плечи, и Медвянка тут же подалась к нему и уткнулась заплаканным лицом ему в грудь. Явор обнял ее, прижал к себе ее голову и глубоко вздохнул — не словами, хоть так он мог обещать ей свою защиту и утешение. И Медвянка не противилась, не рвалась из его рук, как вчера на забороле, а сама обхватила его, крепче зарылась лицом в его рубаху. И все вдруг изменилась, тоска отступила, ослабела, растаяла. Тепло и сила его объятий дали ей чувство защищенности и покоя, спрятали от пустых глаз Жели и бледного лика Морены. И слезы ее превратились в слезы радости, благодарности Матери Макоши за священный спасительный дар. Грубоватая заботливость, сердечное сочувствие, которые ожившее сердце Медвянки угадало за сдержанными неловкими словами Явора, сделали ее счастливой, — ведь она любима им, и даже сам Змей Горыныч не вырвет ее из его крепких рук.
Вошла и Анна Сергеевна. Она села в третьем ряду, и когда Гуров взглянул на нее, то сердце у него сжалось, и он понял ясно, что для него теперь на всем свете нет ближе, дороже и важнее человека; она, затерявшаяся в провинциальной толпе, эта маленькая женщина, ничем не замечательная, с вульгарною лорнеткой в руках, наполняла теперь всю его жизнь, была его горем, радостью, единственным счастьем, какого он теперь желал для себя; и под звуки плохого оркестра, дрянных обывательских скрипок он думал о том, как она хороша. Думал и мечтал.
Я видела, как маленькие девочки екуана трех-четырех (а иногда и меньше) лет брали на себя все заботы по уходу за малышами. Было видно, что это их любимое занятие, однако оно не мешало им заниматься другими делами — следить за костром, ходить за водой и т. д. Так как они возились с настоящими детьми, а не с куклами, им это никогда не надоедало. По-видимому, забота о младенцах — самое сильное проявление континуума, и бесконечные терпение и любовь, необходимые младенцам, заложены в каждом ребенке, будь то девочка или мальчик. Хотя малышей довольно редко надолго вверяют попечению мальчиков, они обожают брать их на руки и играть с ними. Каждый день юноши-подростки, закончив свои дела, ищут малышей, чтобы с ними поиграть. Они подбрасывают младенцев в воздух и ловят их, звонко при этом смеясь и разделяя радость игры с малютками-соплеменниками, довольными новыми ощущениями и чувством собственной привлекательности.
Жить в краю этом хмуром,
В Евразии сумрачной трудно.
Всё же есть здесь и радости.
И у меня их немало.
Например, здесь рябина
Пылала по осени чудно.
Например, я тебя, мой родной,
Поутру обнимала.
Сыновей напоила я чаем
Со сдобным печеньем.
А когда уходили,
Махала им вслед из окошка.
Нынче день отличался
Каким-то особым свечением.
Разве есть на земле
Неприметная мелкая сошка?
Что ни особь, то чудо и дар,
И судьба, и явление.
Разве может такое простой
Домовиной кончаться?
После жизни земной обязательно
Ждёт нас продление,
Да и здесь на земле
Неземное способно случаться.
Вдруг показалось человеку,
Ему на свете тяжко жить.
Решил последовать совету,
Что крест свой можно заменить.
Так перед Господом, в уныние,
Он на колени робко встал.
Просил, чтоб бремя заменил он,
Лишив, столь тяжкого, креста
Бог предложил ему на выбор
Любой избрать по-жизни крест.
В хранилище, как в море рыбы,
Крестов, аж негде и присесть.
Глаза невольно разбегались,
Пускай не сразу, но нашёл,
Крест самый маленький, на радость,
Что, наконец, вопрос решён!
Спросив у Бога разрешения,
Забрать сей малый крест с собой,
В ответ услышал — с умилением —
«Ты с ним пришёл, он снова твой!»
Тот выбор был предельно ясен
И чуда Бог не совершил.
Настолько человек несчастен,
Насколько сам себе внушил!
Здравствуй дочка, мой котёнок.
Стала взрослая совсем
Знаешь, ты ещё с пелёнок
Приносила радость всем.
Я у вас сейчас проездом,
Вот, решила навестить,
И с тобой перед отъездом
По душам поговорить.
Знаешь, там такие крыши,
В храмах красота внутри,
Ты опять меня не слышишь
Вот, котёнок, посмотри.
А сейчас в Милане сухо,
Здесь по-старому дожди
Что ж я правда, как старуха
О погоде Подожди.
Как там папа, как Серёжка?
Знаешь, если захотят
Ты права, прости, ведь кошки,
Не уходят от котят.
Солнышка кудряшки
Сладко спится доченьке,
Снятся ей ромашки,
По плечам рассыпались
Солнышка кудряшки.
В садик так не хочется
Рано просыпаться,
В зеркале в колготках
Утром красоваться,
И пока проснувшись
Хлопают реснички,
Солнышка кудряшки
Заплетут в косички,
Поцелуют Солнышко
Чтобы не грустила,
И она от радости
Сразу всё простила.
Нет на свете радостней,
И красивей дочки,
Очень папе нравятся
Розовые щёчки.
На руках у папочки, и в руках ромашки,
По плечам рассыпались
Солнышка кудряшки.
После беспокойной ночи,
Очень быстро день летит
Мой малюсенький комочек,
На руках моих лежит.
Глазки смотрят удивлённо,
Слюнка по щеке бежит
Сердце бьётся учащённо,
Лишь слегка он закряхтит.
А за окнами чуть слышно,
Голос мужа, и друзей,
- "Я люблю тебя, малышка!"
- "Покажи его скорей!"
И тихонько, чтоб не плакал,
Сына поднесу к окну, -
"Посмотри, малыш, твой папа,"
И сквозь слёзы улыбнусь.
Весь в цветах, и апельсинах,
Муж от радости не свой...
Папы жить должны для сына,
Хорошо, что мой такой...
Что приготовить для любимой утром?
Чтоб радостью наполнились глаза,
И чтоб улыбка нежным перламутром
Могла всё вместо слов мне рассказать.
Быть может, приготовить вкусный завтрак,
Немного гренок, кофе с молоком,
И чтоб кофейный разносился запах...
Но это можно сделать и потом.
Так хочется, чтобы она проснувшись,
Светилась мягким, любящим теплом
К моей щеке, губами прикоснувшись,
Забылась лёгким и приятным сном.
Я положу тихонько на подушку,
Букет весенних полевых цветов,
И прошепчу едва дыша, на ушко,
Что ждать её всегда готов.
А посмотрев, залюбовался снова...
Что приготовить для тебя, малыш?..
Ведь для любви рецепта нет другого
Я буду думать, лишь пока ты спишь.
И ласково поцеловав запястье,
Своей любви бескрайней не тая,
Я приготовлю для любимой счастье,
Лишь для неё одной готовлю я...
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Радость» — 2 215 шт.
