Цитаты в теме «рука», стр. 264
Как жадный до открытий Демиург,
Устав путями долгими пылиться,
Заехал я, однажды, в Петербург —
Известную культурную столицу.
Нашёл с трудом (под вечер) нужный двор,
А в нём — ни фонаря! И темнотища;
Споткнулся о поваленный забор,
Ступил ногою (раза три) в говнище,
Под чей-то (в темноте) отборный мат,
И выстрелы а после — звуки дрифта —
В парадном, наконец, был очень рад,
Когда рукой нащупал двери лифта.
Вошёл в него я, как на эшафот
И спичкой чиркнул: страшно было, честно!
А там — гляжу — сидит мужик, и срёт!
Серьёзный очень. Сразу видно — местный,
Едва успел подумать я: «Фартит »,
И то, что «про «культуру» — нас ведь дурят!»,
Мужик тот (сидя), как заголосит:
- Мужчина, эй! У нас в лифтах не курят!
Это трепет, перерастающий в глубину.
Это чувство, перекрывающее любовь.
Я задыхаюсь — буквально иду ко дну.
Я не хочу отчаянно никого, кроме тебя.
Я просто схожу с ума.
Мир перестал мгновенно существовать.
Помню лишь вскользь, что это была зима,
Этот твой взгляд и эту твою кровать.
Так происходит взрыв — вот и я горю.
Никто никогда такого не совершал.
Я дарю Тебе всю себя.
Забирай — дарю: не могу уже
Ничем потушить пожар.
Этот год начинается с губ Твоих,
Этих рук, что меня заставляют
Сладостно всё забыть —
Только ты, только этот нежно любимый звук
Голоса Твоего — нужнее воздуха и воды.
Да, можно смело обойтись без занудных клятв:
Я и так твоя. Без отсылок к календарю.
Я бы даже сказала Тебе сейчас,
Что люблю Тебя,
Только мне кажется:
Что-то большее, чем люблю.
Только Сплин так может, черт побери...
Я помню только комнату и стол,
И желтый свет над ним.
Я помню, как разбился на куски,
Твой глиняный кувшин.
Не спеши...
Нам остается сделать ход
На линию вперед,
И нам помогут молоко и мед
Молоко и мед.
От неба до последних этажей,
Совсем подать рукой,
Тебе давным давно пора забыть
О том , кто я такой.
Но постой...
Ты не бросай стихи в огонь,
Огонь их не возьмет,
Тебя согреют молоко и мед.
Молоко и мед.
Я помню только комнату и стол,
И кисть дрожит в руке.
Как будто я опять забыл зажечь
Фонарь на маяке.
Вдалеке...
Уже сигналят корабли,
Весна растопит лед,
И к нам вернутся молоко и мед,
И нас согреют молоко и мед,
И нам помогут молоко и мед ,
Молоко и мед.
Иди по головам, иди через гранит,
Переступи черту, впервые за сто лет,
Взгляни на красоту, взгляни на этот свет,
Шагая в темноту.
Скажи, что я её люблю,
Без неё вся жизнь равна нулю,
Без неё вся жизнь равна нулю.
И дождь сквозь плащ и капюшон,
И пробегает дрожь, и страшно и смешно,
И тесно облакам и кругом голова,
По буквам, по слогам возьми мои слова
И брось к её ногам.
Скажи, что я её люблю,
Без неё вся жизнь равна нулю,
Из-за неё вся жизнь равна нулю.
Постой, преодолевший страх,
Пропавший под водой, затерянный в песках.
Нарисовавший круг, опять в последний раз,
Неуловим для рук, невидимый для глаз,
Я превращаюсь в звук.
Скажи, что я её люблю,
Без неё вся жизнь равна нулю,
Без неё вся жизнь равна нулю,
Из-за неё вся жизнь равна нулю.
Однажды,
Точнее - когда-то и где-то,
С голодным Котом
Повстречалась Котлета.
Котлета, представьте,
Всплеснула руками:
- Ах, как же я счастлива
Встретиться с вами!
Ах, если б Вы знали,
Как жаждут Котлеты
Узнать Ваши тайны
И Ваши секреты!
Скажите скорее,
Какого вы рода?Вернее -
Какого Вы времени года:
Кот осени Вы? Кот весны?
Кот зимы? А может Кот лета,
Как мы?А может быть даже,
Вы Кот-Круглый-Год? А может быть,
Может быть, вы - анекдот?
Кот лишь улыбнулся ей
Вместо ответа.
И сразу куда-то
Исчезла Котлета.
Ей оставалось сделать только шаг,
Но, как свинцом, налились сразу ноги,
Она застыла молча на пороге,
Не в состоянии сдвинуться никак
Произнести осталось только — Да,
Но, как в замок, сцепились крепко зубы,
И не сумели разомкнуться губы,
Оставив слово в сердце навсегда.
Глаза кричали болью и бедой,
И в горле комом замерло волнение,
Души её растерянной смятение
Не пролилось нечаянно слезой.
Душа немела и молила — Верь!,
Часы свой бег на миг остановили
Но опустились руки от бессилия,
Когда со скрипом закрывалась дверь.
Кляня в душе саму себя за страх,
Она стремительно ушла от двери,
Взвалив на плечи горькую потерю.
Ей оставалось сделать только шаг.
Любимым женщинам несут цветы,
Стихи свои, надежды и признания,
Приходят в сновидения, мечты,
На нежные желанные свиданья.
Любимым женщинам приносят боль,
Сильней, пожалуй даже, чем чужие
И осторожно с ран смывая соль,
Целуют так, как будто бы впервые.
Любимых женщин берегут от бед,
От одиночества и расставаний,
Тепла и понимания ждут в ответ,
И не боятся разочарований.
Любимых женщин носят на руках,
Их мысли уважая, чувства, мнение,
И признаются им в любви в стихах,
Их верность воспевая и терпенье.
Им отдают доверие, душу, кровь,
По ним с ума в порывах нежных сходят,
На высший пьедестал подняв Любовь!
Но от любимых женщин не уходят.
Ты, душа, ничего не страшись!
Из полосочек соткана жизнь,
Вслед за чёрною будет белая,
Улыбайся светло и держись!
Ты же — женщина! Значит-смелая
Ты, душа, только всё понимай!
Жизнь подарком небес принимай!
Будь счастлива каждой минуткою,
Радость щедрой рукой раздавай!
Ты же, женщина! Значит-чуткая
Ты душа, выше в небо лети!
Крыльев белых размах обрети,
Не расстанься с мечтою заветною!
Никогда не о чём не грусти
Ты же женщина! Значит-светлая
Ты, душа, только крепче люби!
Свет надежды в себе не губи,
Будь открытой и доброй по-прежнему,
За собою мосты не руби,
Ты же — женщина! Значит-нежная.
Я всегда буду знать — где ты есть, что с тобой,
Это чувство внутри, даже если не надо,
Поселились во мне твои радость и боль,
С полувздоха со мной ты уже, с полувзгляда.
Даже если ты будешь за тысячи вёрст,
И тогда я тебя непременно услышу!
Словно шёпот твой тихий мне ветер принёс,
Или дождь настучал по скучающим крышам.
Даже если ты будешь в огромной толпе,
Я родные глаза среди тысяч узнаю,
Словно только вдвоём мы идём по тропе,
Просто сердцем твой взгляд в один миг угадаю!
В моих мыслях живёшь ты, в мечтах и делах,
Ходишь за руку рядом со мною повсюду.
Говорим обо всём мы во снах и стихах,
И поверить не можем ещё в это чудо.
Ну, а если вдруг эта случится беда —
Что Любовь твою душу когда — то покинет
В моём сердце останешься ты навсегда —
А его у меня уж никто не отнимет!
Пока мы, как воздух, друг другу нужны,
Так чувства пока горячи и нежны,
Доверив мне сердце, и мне доверяй,
Меня ты, пожалуйста не потеряй.
А если вдруг сердце устанет мечтать,
Душа равнодушно захочет лишь спать,
Меня посильнее тогда ты встряхни,
Но в гневе, пожалуйста не оттолкни.
Когда закручусь я в потоке забот,
Терпенье моё вдруг совсем подведёт,
От зла и обид ты меня уведи,
И только, пожалуйста не подведи.
Когда моя жизнь превратится в пустяк,
И в бездну отчаянный сделаю шаг,
Сердцем чутким меня пойми и прости,
Лишь руку, пожалуйста не отпусти.
И если беда захлестнёт нас всерьёз,
И мы онемеем от боли и слёз,
Ты нитку надежды совсем не руби!
Меня ты, пожалуйста не разлюби.
Не выразить, не описать,
Не удержать в себе руками,
Горячим сердцем не объять,
Что в нас стучит сердце биением
Тревожит и болит в тиши,
Читаем мы, как откровение,
В глазах, как в зеркале души.
В глубинах глаз живёт молчанье,
Оно совсем не может лгать,
Мечты далёкой очертание,
Которую не удержать.
Скрываемая тщетно нежность,
Что у души на самом дне,
И мыслей сложных неизбежность
В раздумьях вечных о судьбе.
В них искренность и вдохновение,
Свет звёзд и отголоски снов,
В них вечность и одно мгновенье,
Лишающие сразу слов.
В глубинах глаз — истоки чувства,
И отражением — его суть,
Читать его — любви искусство,
Прекраснейшее из искусств!
В БУДУЩЕМ ПО МОБИЛЬНОМУ ТЕЛЕФОНУ БУДУТ ГОВОРИТЬ КОНКРЕТНО, ПОЧЕМУ АБОНЕНТ НЕ МОЖЕТ ОТВЕТИТЬ:
Абонент не отвечает, потому что находится в розыске.
Абонент не отвечает и всё, нах, больше не звони сюда.
Абонент не отвечает, попробуйте перезвонить в следующей жизни.
Абонент не отвечает, а не уже руки моет".
Абонент не отвечает, потому что не хочет возвращать ваш долг в 2000 долларов.
Абонент не отвечает, но по-пацански говорит, что делает все возможное.
Абонент не отвечает, потому что... ага, Коля, давай еще!
Войди в неё медленно, осторожно,
Лелея ещё не рождённый стон.
Не нужно вопросов, пустые «можно»
Всегда подождут до иных времён.
Войди — и ты станешь другим и новым,
Забудь всё, что было — есть только миг,
Забудь даже слово, которым скован —
Да и какое тут, к чёрту, слово,
Когда мир огромен и многолик,
Когда ты томительной жаждой полон,
И в эту минуту почти что бог,
Когда твои руки рождают волны,
И волны исполнены силы тёмной,
И силе не нужен уже предлог.
Войди в неё - м е д л е н н о, осторожно,
Откройся навстречу и донага.
Не медли больше, справляясь с дрожью,
Не прячь свою жажду, она - река.
Маетное
Да я не знаю, чего мне хочется!
Отстань, не спрашивай!
Помолчим мне не отчаянно одиночество,
Я с ним давненько уже без отчества.
Ты знал и прежде — ко мне
Ключи искать опасно.
Да, заморочная, больная,
Странная и ничья,
Малозначительно много строчная,
С не обозначенной червоточиной
По центру тайного бытия.
И вот охота тебе так маяться,
Лелеять, холить, тянуть на свет
Из тьмы болотной душонку-пьявицу,
Во мне так много чертей лукавица,
Что омут тесен и перегрет.
Но ты упорен, поскольку любящим
Дано сторицей, и за двоих.
Под лаской чуткой задремлют чудища,
И птица детской мечты о будущем
Вспорхнёт бесстрашно из рук твоих.
Да, я не знаю, как дальше сложится —
Мы лишь фотоны в его зрачке,
И хмурым небом мой мир тревожится,
Но ты губами по тонкой кожице
Рисуешь солнце моей руке.
Если слушать его внимательно — это выглядит занимательно:
Я почти понимаю истину, он легко говорит о ней,
Но теряю истоки таинства в повторениях восклицательных,
Мне так трудно сдержать эмоции под прицелом его идей.
Если слушать его мечтательно, получается познавательно —
Сразу пишется на подкорку. Возвращаясь в тревожных снах,
Пробивает заслоны рацио, изливаясь строкой мерцательной
Аритмии, и поселяется в не открытых пока стихах.
И я слушаю. Бессознательно отмечаю: « очаровательно»,
Наблюдая свою улыбку, отражённую в зеркалах,
И когда становится истина поглощающей и касательной,
Тихо млею чеширской кошкой — просто кошкой — в его руках.
На мягких шкурах у камина вином невинно забавлялись, трещал огонь, и саламандры за чем-то призрачным гонялись, а вечер плыл, и стало мало касаний лёгких и летящих, и думалось уже неясно, и нравилось сильней и чаще.
Ты целовал, я отвечала. Томительно рыдали свечи, и руки чуткие искали на теле путь, конечно, млечный. И мне хотелось прикасаться, змеей в объятьях извиваясь, а ночь, сойдя на землю в полночь, просыпала на мир стеклярус, и стали звёзды путеводней, и руки чуточку искусней, и я покусывала губы, ведомая тобой и чувством.
А после ты стонал, сжимая в кулак остатки сил и воли, а я вела всё ниже вектор, и мир висел на нити, что ли, и нас качало, нас штормило, и я уже рвалась с катушек, а ты держался из последних, когда мой пульс в запястьях слушал.
Уходя, зацепился за сердце.
Оно лопнуло и разошлось по шву
Было больно, но почему-то я до сих пор живу
И, как оказалось, по-настоящему, наяву,
Хотя очень не хочется в это верить.
Обернулся, попал навылет.
Пошатнулась, но до сих пор стою,
Как оловянный солдатик — всегда в строю,
И не имеет значения, что на самом краю.
Равновесие как-то не принято мерить.
Попрощался. и оглушил словами.
Онемела, не двигаясь ни на шаг —
Кто тебе разрешил так ранить,
Словно самый заклятый враг?
В другой раз забирай с собою и память.
Мне тут с ней не ужиться — дело мое табак.
Никогда не проводила реанимаций
А тут взяла себя в руки, и, кажется, все же смогла
И казалось бы — удачная операция! -
Наложены швы — даже нашлась игла.
Сердце почти как новое,
Не считая рубцов и шрамов
Вот только
Сплошная линия вместо кардиограммы.
Трудно быть богом и направлять корабли,
Галс выбирая, да так, чтобы точно, а гавань.
Встав на обочине пыльных дорог судьбы
Трудно устроить пикник среди разнотравий.
Трудно быть богом и осень сменять зимой,
А на весну рассаживать ландышей россыпь,
Чтобы потом их своей всемогущей рукой
Отогревать от снегов и крещенских морозов.
Трудно быть богом, труднее самим собой,
В море житейских страстей уметь оставаться,
Чтобы вести корабли свои твердой рукой
К гавани тихой, и в ней же пришвартоваться.
Трудно прожить, никогда не жалея о том,
Что среди сотен предложенных богом маршрутов,
Ты выбрал верный, оставив сомнения в том,
Что был рожден ради этой счастливой минуты.
Мне хочется гулять по ноябрю,
Укутав плечи теплым, белым шарфом.
Позвольте мне пройтись, ведь Вам не жалко,
Я Вас потом стихами одарю.
Мне хочется дышать туманом,
И хмель его, глотая жадно ртом,
Идти по улицам от счастья пьяной,
Под ярко разукрашенным зонтом.
Мне хочется коснуться Ваших губ.
Озябшими от ноября руками,
И образ Ваш, мой нереальный друг,
Дорисовать реальными стихами.
Кристаллы инея, роняя на листву,
Ноябрь шел со мной туманным утром,
По городу, в котором не живу,
Но рвусь к нему душой ежеминутно.
Я люблю одиночество лунных ночей,
И неспешный поток в них струящихся мыслей.
Запах воска оплавленных, тонких свечей,
И мелодию в танце кружащихся листьев.
Не тревожно, неспешно, своим чередом,
В запоздалых шагах одиноких прохожих,
Проявляется жизнь за раскрытым окном,
Монотонностью звуков меня не тревожа.
Одиночество каплей хрустальной дрожит,
Проливаясь меж строк наготой первозданной.
Горлом крик многоточий стена заглушит,
И прорвется в стихах амплитудой хрустальной.
Одиночество сжалось до боли в висках,
Воздух в крепкие кольца сжимает запястья,
Боль проходит, оставив следы на руках,
И медово горчит послевкусием счастья.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Рука» — 5 967 шт.
