Цитаты в теме «секунда», стр. 24
Уходящему ГодуКонец декабря И совсем исхудал календарь,
Часы на стене начинают обратный отсчёт,
Осталось чуть-чуть И в окошко ворвётся Январь,
А так же — шальной и хмельной Наступающий Год.
Осталось чуть-чуть, чтоб наполнить шампанским бокал,
Желая чего-то, свой взгляд устремить в небосвод
И знаешь, не важно, что скоро наступит финал,
Нас ждёт на пороге никем неизведанный Год!
Осталось чуть-чуть И секунды нельзя удержать,
А стрелки часов ни на миг не замедлят свой ход!
Обратный отсчёт Это самое время сказать:
«Спасибо за всё, Дорогой Истекающий Год!»
И вот сегодня я загляделся на рыжеватые сапоги кавалерийского офицера, который вышел из казармы. Проследив за ними глазами, я заметил на краю лужи клочок бумаги. Я подумал: сейчас офицер втопчет бумажку сапогом в грязь — ан нет, он разом перешагнул и бумажку и лужу. Я подошёл ближе — это оказалась страница линованной бумаги, судя по всему, вырванная из школьной тетради. Намокшая под дождём, она вся измялась, вздулась и покрылась волдырями, как обожжённая рука. Красная полоска полей слиняла розоватыми подтёками, местами чернила расплылись. Нижнюю часть страницы скрывала засохшая корка грязи. Я наклонился, уже предвкушая, как дотронусь до этого нежного сырого теста и мои пальцы скатают его в серые комочки И не смог.
Секунду я стоял нагнувшись, прочёл слова: «Диктант. Белая сова» — и распрямился с пустыми руками. Я утратил свободу, я больше не властен делать то, что хочу.
Помните! Через века, через года,- помните!О тех, кто уже не придет никогда,- помните!Не плачьте! В горле сдержите стоны, горькие стоны.Памяти павших будьте достойны! Вечно достойны!Хлебом и песней, мечтой и стихами, жизнью просторной,Каждой секундой, каждым дыханьем будьте достойны!Люди! Покуда сердца стучатся,- помните!Какою ценой завоевано счастье,- пожалуйста, помните!Песню свою отправляя в полет,- помните!О тех, кто уже никогда не споет,- помните!Детям своим расскажите о них, чтоб запомнили!Детям детей расскажите о них, чтобы тоже запомнили!Во все времена бессмертной Земли помните!К мерцающим звездам ведя корабли,- о погибших помните!Встречайте трепетную весну, люди Земли.Убейте войну, прокляните войну, люди Земли!Мечту пронесите через года и жизнью наполните! Но о тех, кто уже не придет никогда,- заклинаю,- помните!
Как я могу это знать, почему я так непоколебимо убежден, что смерть не разлучает нас с теми, кого мы любим?
Потому что ты, кого я люблю сегодня потому что она и я умирали уже миллионы раз до этого, и вот мы снова в эту секунду, в эту минуту, в этой жизни снова вместе! Смерть не более разлучает нас, чем жизнь!
Глубоко внутри души каждый из нас знает вечные законы, и один из них состоит в том, что мы всегда будем возвращаться в объятия того, кого мы любим, независимо от того, расстаемся ли мы в конце дня или в конце жизни.
Я где-то читал, что самая сильная женская страсть — участие в чужой судьбе. Вспомоществование, мать его! Помните, как в школе, когда одну из девчонок ребята доводили до слёз, все остальные её окружали и принимались лицемерно утешать? Приносили воду, жаловались учительнице, строго выговаривали обидчикам, и всё такое. На самом деле легче никому не становилось, зато они получали громадное удовольствие от вовлечённости в процесс. Это вроде того как позвонить приятелю из Лондона, и, услышав, что его компания обанкротилась, спросить: «Я могу тебе чем-то помочь, брат?», зная, что ты находишься за тысячи километров и ничем помочь не можешь. Ощущение того, что ты проявил участие к чужой беде, — кайф, сравнимый с наркотическим. Твоя душа поёт! Она за секунду пролетает тысячи километров, разделяющие Москву и Лондон, приземляется на плечо человеку, нуждающемуся в помощи, осматривается и улетает обратно.
– Я ведь шел голодный, так что, сам понимаешь, на третий день сердце начало сдавать Ну и вот, ползу я по круче, подо мной – обрыв, пропасть, пробиваю в снегу ямку, чтобы сунуть кулак, и на кулаках повисаю – и вдруг сердце отказывает. То замрет, то опять работает. Да неуверенно, неровно. Чувствую – помешкай оно лишнюю секунду, и я свалюсь. Застыл на месте, прислушиваюсь – как оно там, внутри? Никогда, понимаешь, никогда в полете я так всем нутром не слушал мотор, как в эти минуты – собственное сердце. Все зависело от него. Я его уговариваю – а ну-ка, еще разок! Постарайся еще Но сердце оказалось первый сорт. Замрет – а потом все равно опять работает Знал бы ты, как я им гордился!
Ты похож на Martini. С таким сладковатым вкусом,
От которого горечь на час оседает в горле
От которого сердце, на миг позабыв о боли,
За секунду до взлета пускается новым курсом.
Ты опасен для жизни, когда ты вошел в привычку.
Ты похож на Martini — по капле, но прямо в душу
Я упрямо твержу, что ты, в общем-то, мне не нужен,
Только пальцы по-прежнему нервно ломают спички.
И пора бы прощаться, но жизнь почему-то против,
Так настойчиво сводит И снова столкнула лбами.
Чтобы ты сомневался, шутил и играл словами
Чтобы поняли мы однажды, что происходит.
Что-то мне подсказывает, что я схожу с ума
И теряю себя каждой ночью в ванильных снах
И днем тоже. у меня с тобой вообще в душе сто лет, как весна
В голове — пробел и безумный блеск в глазах
Что-то мне подсказывает еще, что я теряю рассудок
Могу весь день, например,
Пялиться в одну точку
Или, закрыв глаза, рисовать твой образ,
Не считая часов дней суток
Очень хочется сохранять все секунды
С тобой остановить время взять у него отсрочку
Мне бы читать тебя запоем, рисовать круглосуточно
Пересказывать себе самой
Заново вечера наши встречи разговоры шуточки
Окунуться в тебя целиком с головой без рассудочно
И петь «нам так светло, вечер мой, по воде танцуем»,
Давно заученную в общем
Что-то мне подсказывает, что я неизлечимо
Страдаю тебя, недостачей тебя, нехваткой тебя, манией
Вот угораздило, это просто уму не постижимо
Хотя ты просто моё исключение из всех правил.
Город замерз, уснул до последнего фонаря тихо
Вспоминаю тебя, скучаю по тебе очень, безумно, дико
Только ты так можешь заставлять думать
О себе ежеминутно,ежесекундно
И теперь все кажется каким-то не моим,
Пустым, посторонним ,нудным
Этот мой, твой, наш февраль обволакивает ветром,
Согревает в — 30 снегом своим
И дрожу, как продрогшая-промокшая осенью кошка,
Вспоминая руки Твои
И я могу листать Тебя,
Как любимую книгу, хоть 5 часов подряд,
Разрываясь от килотонн мыслей,
О которых только наедине/в глаза говорят
Твой гипнотический шепот часами бы слушала,
Затаив дыхание, сохраняя наши секунды на век,
С закрытыми глазами, в молчании,
Не поднимая усталых век
Ни в силах сказать ни слова,
Ни выдохнуть-ни вдохнуть (разве только Тебя)
Улыбаюсь, смеюсь, хохочу
(Наверно, от счастья) как дитя
Я просто по уши в Тебе,
Целиком я с тобой в такт
Как тебе это удается, скажешь? как?
P. S. Любимый тебе посвящаю.
От тебя так кружится голова.
От тебя так сложно оторваться.
И ты уезжаешь, а мне метаться
По всем четырем углам.
И ты говоришь — до завтра,
И я говорю — до встречи.
А впереди целый вечер.
Мне бы его пережить.
Я открываю окна,
Забираюсь под одеяло.
Мне думается —
Как светло с тобой стало.
Мне думается — Боже мой,
Как мне тебя не хватало.
Мне думается — за что мне
Такая нежность.
Мне без тебя не жить,
В моем декабре занавешены шторы.
Задвинуты ставни,
На паузе дыхание.
Мы разные, но мы такие равные
В каждом отзвуке нелепых зимних стуж.
И если бы время могло отстановиться,
А пространство могло сузиться
До самых малых величин,
Я бы ни секунды не раздумывая
Оставила нас вдвоем,
Так ты мне нужен.
И этому нет ни какой причины,
Ни объяснения.
Это где-то в области сердца, так и стучит.
Так и рвется наружу,
От твоей нежности голова кружится,
От твоих рук дыхание
Останавливается.
От твоих рук я тихо схожу с ума.
Вдохнуть! и! не! ды! шать!
1) Интернет несет читателю тонны мусора и крупинки золотого песка, и умение выбрать самое интересное становится весьма востребованным талантом.
2) Но мой бортовой самописец, не способный воспринимать подобную информацию, сам себе нажал Reset.
3) А потом я передумала его любить. Любовь приходить и уходит, а кушать хочется всегда.
4) Память вообще странная штука. Казалось бы это событие останется с тобой навсегда, но проходит какое то время и ты видишь его, как через мутный иллюминатор. Какие то фигуры на секунду возникают из небытия и изчезают, и ты не успеваешь увидеть их лица. Или сосредоточившись ты видишь одного человека и его лицо, но события вокруг погружаются в сумрак.
И эта внутренняя игра света становится второй биографией, более реальной, чем внешняя. Потому что каждая такая световая вспышка побеждает время, показывая, что его нет.
Стою, прячу глаза в чашке с утренним кофе, боюсь посмотреть окну в грустное лицо.
Ты считаешь, что любишь. Но что такое «любить» – не знаешь и сам. Можешь ли ты честно сказать, что не ищешь своих удовольствий? Не раздражаешься, готов принимать человека и в болезни, и в дурном настроении, готов бесконечно терпеть? Прощать несовершенство, ошибки, недостатки? Некрасивость, появляющиеся морщины, портящиеся постепенно зубы? Всегда отдавать, ничего не получая взамен? Любовь – это бесконечные мелкие жертвы. Крупные жертвы от тебя будут требовать редко, а вот мелкие – каждую секунду. И если ты к ним не готов, не готов и к любви. Назови свое чувство как-нибудь иначе и не пачкай хорошего слова. Оно и так сейчас испачкано вконец.
Сквозь сон она тихо говорила со мной. То был лепет ребенка и шепот возлюбленной — слова, которые боятся дневного света и в обычной, спокойной жизни редко звучат даже ночью; слова печали и прощания, тоски двух тел, которые не хотят разлучаться, трепета кожи и крови, слова боли и извечной жалобы — самой древней жалобы мира — на то, что двое не могут быть вместе и что кто-то должен уйти первым, что смерть, не затихая, каждую секунду скребется возле нас — даже тогда, когда усталость обнимает нас и мы желаем хотя бы на час забыться в иллюзии вечности.
Ведь что значит сказать, что дела идут не ахти? Не ахти по сравнению с чем? Вы тут же ответите: да хотя бы по сравнению с тем, как они шли пару часов назад или пару лет назад. Однако, суть-то совсем не в этом. Если взять две машины без тормозов, несущиеся прямо на кирпичную стену, и одна из них врезается на мгновение раньше другой, разве можно сказать, что второй машине повезло больше? Беда и смерть. Каждую секунду нашей жизни они нависают над нами, стараясь нас достать. По большей части промахиваясь. Тысячи миль по скоростному шоссе и ни одного прокола в переднем колесе. Тысячи вирусов, проползающих сквозь наши тела, и ни один так и не зацепился. Тысячи роялей, летящих на мостовую, через минуту после того, как мы прошли мимо. Или через месяц, без разницы.
Проснулась, совершенно одна, и сразу начала представлять свою мать в постели с Хулио. Я испытываю отвращение, воображая родительский или полуродительский секс; возмущение от имени отца; эгоистичный оптимизм при мысли о тридцати годах внебрачной страсти, которые мне ещё предстоят (не без помощи обращения к примерам Голди Хоун и Сьюзен Сарандон); но все же в основном – невероятное чувство ревности и горечи из-за того, что в воскресенье утром лежу в постели одна, как идиотка, в то время как моя мать, которой за шестьдесят, возможно, собирается заняться этим прямо сейчас, в данную секунду О, боже. Не могу вынести таких мыслей.
– Знаете, больше всего я радуюсь, когда спасаю человеку жизнь. И вот что мне интересно: какой, черт побери, смысл их лечить, если им все равно так или иначе суждено погибнуть?
– Смысл есть, не сомневайтесь, – заверил его Данбэр.
– Есть смысл? Так в чем он?
– Смысл в том, чтобы как можно дольше не дать им умереть.
– Да, но каков все-таки смысл их лечить, если им все равно придется умереть?
– Вся штука в том, чтобы вообще об этом не думать.
– Штука штукой, а в чем же, черт побери, смысл? Данбэр секунду поразмыслил и сказал: – Дьявол его знает.
Ни для кого на свете земля не означает так много, как для солдата. В те минуты, когда он приникает к ней, долго и крепко сжимая её в своих объятиях, когда под огнем страх смерти заставляет его глубоко зарываться в нее лицом и всем своим телом, она его единственный друг, его брат, его мать. Ей, безмолвной надежной заступнице, стоном и криком поверяет он свой страх и свою боль, и она принимает их и снова отпускает его на десять секунд, — десять секунд перебежки, еще десять секунд жизни, — и опять подхватывает его, чтобы укрыть, порой навсегда.
Каждый человек в глубине души думает: «Я, на самом деле, лучше, чем кажусь. Я могу добиться большего, нежели добился. У меня есть таланты, о которых никто не подозревает. Во мне — Свет, Добро, Любовь». Каждый так думает! И это правильно — Свет, Добро и Любовь есть в каждом! Но когда человеку предстоит совершить поступок, в нем как будто что-то ломается. И он говорит: «Нет, у меня не получится. Нет, я недостаточно хорош для этого. Нет, у меня нет таких способностей. Нет, я так любить не смогу. Да и что я знаю о Смыслах, о Целях, о Истинах » Мы сами себя предаем, каждую секунду!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Секунда» — 558 шт.
