Цитаты в теме «сердце», стр. 130
«Каждого живущего на Земле ждет его сокровище, – говорило сердце, – но мы, сердца, привыкли помалкивать, потому что люди не хотят обретать их. Только детям мы говорим об этом, а потом смотрим, как жизнь направляет каждого навстречу своей Судьбе. Но, к несчастью, лишь немногие следуют по предназначенному им Пути. Прочим мир внушает опасения и потому в самом деле становится опасен. И тогда мы, сердца, говорим все тише и тише. Мы не замолкаем никогда, но стараемся, чтобы наши слова не были услышаны: не хотим, чтобы люди страдали оттого, что не вняли голосу сердца.»
- Ты, наверное, думаешь - какой высокомерный циник... каменное сердце... Если когда-нибудь доберешься до своей цели, поймешь, что я чувствую сейчас. Выхода нет. Успех порабощает в той же мере, в какой и развращает, и в конце дня, в постели с другим или другой спросишь себя: а стоило ли? Почему я так желал этого? Очень часто я возвращаюсь в отель после тяжкого дня, становлюсь под душ и замираю надолго, слушая только шум воды. И во мне борются две силы: одна велит мне благодарить судьбу, другая - бросить все, пока не поздно.
Король Лир
Я в праве плакать, но на сто частей порвется сердце, прежде чем посмею я заплакать.
Насмешники — хорошие пророки.
Отходи в сторону, когда с горы катится большое колесо, а то оно сломает тебе шею. Но хватайся за него, если оно подымается в гору.
Судьба корыстная блудница, она с голодным не ложится.
Не бессердечны те, чей тихий голос не знавал притворства.
Не стой между драконом и яростью его.
— И хуже может стать. Пока мы стонем: «Вытерпеть нет силы», ещё на деле в силах мы терпеть.
Лучше опасаться без меры, чем без меры доверять. От бед спасает только осторожность.
Как люди ни хитры, пора приходит — И все на воду свежую выводит.
Лишь та любовь — любовь, которая чуждается расчета.
Совсем не знак бездушия — молчаливость. Гремит лишь то, что пусто изнутри.
О, как тебе хвалу я воспою,
Когда с тобой одно мы существо?
Нельзя же славить красоту свою,
Нельзя хвалить себя же самого.
Затем-то мы и существуем врозь,
Чтоб оценил я прелесть красоты
И чтоб тебе услышать довелось
Хвалу, которой стоишь только ты.
Разлука тяжела нам, как недуг,
Но временами одинокий путь
Счастливейшим мечтам дает досуг
И позволяет время обмануть.
Разлука сердце делит пополам,
Чтоб славить друга легче было нам.
Другие две основы мироздания
Огонь и воздух — более легки.
Дыханье мысли и огонь желанья
Я шлю к тебе, пространству вопреки.
Когда они — две вольные стихии
К тебе любви посольством улетят,
Со мною остаются остальные
И тяжестью мне душу тяготят.
Тоскую я, лишенный равновесия,
Пока стихии духа и огня
Ко мне обратно не примчатся с вестью,
Жива она и помнит про меня.
Как счастлив я! Но вновь через мгновенье
Летят к тебе и мысли и стремления.
Мы с детства верим, что раскаиваемся только в плохих поступках, хотя на самом деле мы без конца и трудолюбиво раскаиваемся в совершённых нами хороших поступках Раскаиваясь в грехе, мы проделываем это поверхностно, по обязанности, равнодушно, чисто умозрительно; но когда мы раскаиваемся в хорошем поступке, раскаяние это бывает мучительным, жгучим и изливается прямо из сердца Раскаявшись в грехе, мы прощаем себя и забываем о случившемся. Но, раскаиваясь в хорошем поступке, мы редко обретаем мир душевный и обычно продолжаем терзаться до конца своих дней. И это раскаяние остаётся вечно юным, сильным, глубоким и деятельным! От всего сердца облагодетельствовав неблагодарного человека, с каким упорством, с какой неизменной энергией раскаиваетесь вы в этом! По сравнению с этим раскаянием раскаяние во грехе — нечто пресное, жалкое и минутное.
«Когда уходите вы — звоните, пишите, встречайте.
Когда уходят от вас — признайте свое поражение, исчезните!
Ничто вам не поможет. Я люблю вас, от которых ушли.
Ваши почерневшие лица, боль, которую вы носите всюду.
Ваше смешное открытие, что любовь помещается не в голове,
А чуть выше сердца — там болит и болит.
Что ж там такое, чуть выше сердца? Что там болит? Душа? Уходят оттуда?
Я люблю ваши смешные одинаковые разговоры.
Ваш растерянный вид, ваш воспаленный взгляд.
Конечно, время лечит, но, когда вы вылечитесь, оно уйдет от вас тоже.»
О русском народе
Чтоб судить о нравственной силе народа и о том, к чему он способен в будущем, надо брать в соображение не ту степень безобразия, до которого он временно и даже хотя бы и в большинстве своем может унизиться, а надо брать в соображение лишь ту высоту духа, на которую он может подняться, когда придет тому срок. Ибо безобразие есть несчастье временное, всегда почти зависящее от обстоятельств, предшествовавших и преходящих, от рабства, от векового гнета, от загрубелости, а дар великодушия есть дар вечный, стихийный дар, родившийся вместе с народом и тем более чтимый, если и в продолжение веков рабства, тяготы и нищеты он все-таки уцелеет неповрежденный, в сердце этого народа.
Я рос как вся дворовая шпана —
Мы пили водку, пели песни ночью, —
И не любили мы Сережку Фомина
За то, что он всегда сосредоточен.
Сидим раз у Сережки Фомина —
Мы у него справляли наши встречи, —
И вот о том, что началась война,
Сказал нам Молотов в своей известной речи.
В военкомате мне сказали: «Старина,
Тебе броню дает родной завод «Компрессор»!»
Я отказался, — а Сережку Фомина
Спасал от армии отец его, профессор.
Кровь лью я за тебя, моя страна,
И все же мое сердце негодует:
Кровь лью я за Сережку Фомина —
А он сидит и в ус себе не дует!
Теперь небось он ходит по кинам —
Там хроника про нас перед сеансом, —
Сюда б сейчас Сережку Фомина —
Чтоб побыл он на фронте на германском!
Но наконец закончилась война —
С плеч сбросили мы словно тонны груза, —
Встречаю я Сережку Фомина —
А он — Герой Советского Союза.
В суету городов и в потоки машин,
Возвращаемся мы, просто некуда деться.
И спускаемся вниз с покоренных вершин,
Оставляя в горах, оставляя в горах свое сердце.
Так оставьте ненужные споры,
Я себе уже все доказал,
Лучше гор могут быть только горы,
На которых еще не бывал,
На которых еще не бывал.
Кто захочет в беде оставаться один?
Кто захочет уйти, зову сердца не внемля?
Но спускаемся мы с покоренных вершин,
Что же делать? И боги спускались на землю.
Так оставьте ненужные споры,
Я себе уже все доказал,
Лучше гор могут быть только горы,
На которых еще не бывал,
На которых еще не бывал.
Сколько слов и надежд, сколько песен и тем,
Горы будят у нас и зовут нас остаться.
Но спускаемся мы,
Кто на год, кто совсем,
Потому что всегда, потому что
Всегда мы должны возвращаться.
Так оставьте ненужные споры,
Я себе уже все доказал,
Лучше гор могут быть только горы,
На которых никто не бывал.
Что тебе рассказать? Не город, а богадельня.
Всякий носит себя, кудахтая и кривясь.
Спорит ежеутренне, запивает еженедельно,
Наживает долги за свет, интернет и связь.
Моя нежность к тебе живет от тебя отдельно,
И не думаю, что мне стоит знакомить вас.
В моих девочках испаряется спесь и придурь,
Появляется чувство сытости и вины.
Мои мальчики пьют, воюют и делят прибыль –
А всё были мальчишки, выдумщики, вруны;
Мое сердце решает, где ему жить, и выбор,
Как всегда, не в пользу твоей страны.
Мне досталась модель оптического девайса,
Что вживляешь в зрачок – и видишь, что впереди.
Я душа молодого выскочки-самозванца,
Что приходит на суд нагая, с дырой в груди,
«нет, не надо все снова, Господи, Господиии».
Бог дает ей другое тело – мол, одевайся,
Подбирай свои сопли и уходи.
Нет совершенства в существах земных,
Есть розы, но — растут шипы на них.
На небесах есть ангелы, и что же —
У них найдутся недостатки тоже.
Павлин красив, а ноги — сущий стыд.
С милейшей дамой вдруг тебя пронзит
Такая смесь и скуки и досады,
Как будто начитался «Генриады»
В нежнейшей песни рифма вдруг резнёт, —
Так с мёдом жало попадает в рот.
Дюма — метис. И пятка погубила
Никем не побеждённого Ахилла.
Ярчайшая звезда на небесах
Подцепит насморк — и сорвётся в прах,
От сидра пахнет бочка терпким духом,
Да и на солнце пятна есть, по слухам.
А Вы мадам, Вы - идеал как раз.
Но ах! Кой-что отсутствует у вас.
А что? — глядите вы не понимая.
Груды! А в груди - нет сердца, дорогая!
Люди должны рождаться перед смертью и жить до зачатия, то есть в противоположную сторону. Потому что процесс умирания биологически такой же активный, как жизнь. Поэтому смерть не отличается от рождения. И поэтому люди теоретически могли бы рождаться за миллисекунды до смерти. Уже в самом начале они обладали бы жизненной мудростью, опытом и приходящим со временем спокойствием и рассудительностью. Они совершили бы уже все свои ошибки, измены и жизненные промахи. У них были бы уже все морщины и все воспоминания, и жили бы они в другом направлении. Кожа у них делалась бы все глаже, и с каждым днем любознательность их становилась бы все больше, волосы не такими седыми, глаза блестели бы ярче, сердце становилось бы все сильнее и открытее, чтобы принимать новые удары и новые любови. А потом, в самом конце, который стал бы одновременно началом, они исчезали бы из этого мира не в горести, не в страданиях, но в экстазе зачатия. То есть в ЛЮБВИ.
Любим мы друг друга или нет?
Кажется: какие тут сомненья?
Только вот зачем, ища решенья,
Нам нырять то в полночь, то в рассвет?
Знать бы нам важнейший постулат:
Чувства, хоть плохие, хоть блестящие,
Теплые иль яростно горящие,
Все равно: их строят и творят.
Чувства можно звездно окрылить,
Если их хранить, а не тиранить.
И, напротив: горько загубить,
Если всеми способами ранить.
Можно находить и открывать
Все, буквально все, что нас сближает.
И, напротив: коль не доверять,
Можно, как болячки ковырять,
Именно все то, что разделяет.
То у нас улыбки, то терзания,
То упреков леденящий душ,
То слияние губ, и рук, и душ,
То вражда почти до обожания.
То блаженство опьяняет нас,
То сердца мы беспощадно гложем,
Осыпая ревностями фраз,
Но причем ни на день, ни на час
Разлучиться все-таки не можем.
Кто ж поможет разгадать секрет:
Любим мы друг друга или нет?
Люблю сердца, способные простить.
Нет-нет, отнюдь не как — нибудь бездумно,
А с добрым сердцем, искренно и умно
Простить — как бы занозу удалить
Подчас так сладко горечь затаить,
Ведь нет теперь уже пути обратно
А выйдет случай — крепко отомстить!
Приятно? Да и как еще приятно!
Коль отомстил — считай, что повезло:
Дал сдачу на укусы бессердечности!
Но зло обычно порождает зло,
И так идет порой до бесконечности
От всепрощения сердце не согрето,
А беспринципность — сущая беда
Есть зло, когда прощенья просто нету!
И все же так бывает не всегда
Пусть гневаться и даже раздражаться
Приходится, хоть это не легко.
А все же зло, коль честно разобраться, -
Зачем хитрить?! Давайте признаваться:
Порой совсем не так уж велико!
Месть с добротою сложно совмещать
И что порой важнее, я не знаю,
И все-таки стократно повторяю:
ЛЮБЛЮ СЕРДЦА, СПОСОБНЫЕ ПРОЩАТЬ!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Сердце» — 7 340 шт.
