Цитаты в теме «сердце», стр. 292
Вы-дум-щи-ца или фантазёрка
Так вот получается всегда
И глаза – не синие озёра,
И характер, видимо, беда
Только иногда бывает столько
Нежности в не пролитых словах
Словно разноцветные осколки
Вздрагивают в сердце и руках
Золотом звенящего июля
Брызгами танцующих морей
Радуясь, и плача, и целуя,
Греюсь в тихой музыке твоей...
Кружево метелей голос ветра
Сказку сочиняю и люблю
Мягкие снега цветастость лета
Скоро улыбнётся февралю
Странная придуманная сказка
Та, где в каждой строчке – снова Ты
Цвета летних дней сегодня краски
В розовой коробочке мечты
И, слывя по жизни фантазёркой,
Я в стихах - до кончиков ногтей
Женщиной, кокетливой девчонкой
Нежностью безудержной своей.
Быть идеальной — не значит
Мазать лицо
Дешевой тоналкой и шастать
В ночные клубы,
Когда за глаза подружки
Сцепляют зубы,
А глядя в лицо, так мило
Виляют хвостом
Быть идеальной — не значит
Косить парней,
Словно пшеничные стебли
Уставший пахарь,
И посылать всех и каждого
Сразу на х*й,
С даты рождения и до
Скончания дней
Быть идеальной — не лоск
И не красота,
Ведь красота — сомнительный
Повод гордиться,
Внешность лишь перья, что
Служат защитой птице,
За ними так часто
Скрывается пустота
И ни при чем здесь арийская
Голубизна
Что безжалостно в самое
Сердце ранят,
Быть идеальной не значит —
Бросаться в глаза.
Быть идеальной — значит
Врезаться в память.
Сидит на скамеечке парочка, не гопники и не пьянь, девочка с мальчиком — лапочки, как будто бы инь и янь. Всё началось с мелкого цемика, но цёмик ведь разве предел? Цемики — это для гномиков, а мальчик иного хотел и он наклонившись к девчонке на ушко об этом сказал рукою коснулся юбчонки и цёмом поцеловал но цём — это тоже негусто, ну что для девчонки цём? У неё же ведь в сердце пусто его надо плавить огнём! И парень от страсти в порыве забил там на всякие «цём»и цёмищ бутылку открыл он, их было много при нём! Да, цёмище — это получше,но всё же еще не то,девчонка их бросила в лужу, и как в засосище его! А дальше их сотни и тыщи у нее было и у него, а после страстным сексищем, наполнилось всюду и всё! Потом нежно девочке в ушко он втюхал влажненький цём, и молча в подушку уткнувшись, уснул, позабыв обо всём.
Смятая простыня.
Белая, белая лилия,
К черту бегут года. Ну и что ж?
Жаль что в те времена,
В объятьях твоих, увы,
Был не я, как жаль
Что на твой идеал
Я совсем не похож серые провода.
Преодолеваю мили я,
И день сегодня совсем,
Во всем не погож,
А помнишь еще тогда?
Рассказывал сладкие,
Были я, а ты мне тогда сказала:
«Сердце не трожь»
С листьев бежит вода.
Ты милая, да ты милая,
Блеск твоих глаз —
Большая алмазная брошь,
И пусть очарован какой - то
Неведомой силою,
Но верю. И знаю.
Что ночью ко мне ты придешь
Холод блестящего льда.
Пускай метель метет сивая,
Мы в стужу души воткнём —
Горящего пламени нож,
А ты всё такая же,
Как ландыш
Душистый красивая,
Как жаль что на твой идеал
Я совсем не похож.
Художники — это боги,
Художники в каждом из нас.
Они не лежат на дороге,
Ни Брей гель, ни Питер Клас Творцы —
Они странные люди,
От мала до велика,
И жизнь их лишенная скуки
Опасна подчас и сложна
И часто цитируя Гёте, Хаяма,
Платона, Данте,
Мечтают о славе народной,
Идя по нелёгкой тропе
То денег у них как у Гейтса,
То горе, позор, нищета, любви
Часто полное сердце,
Но часто и нет ни черта
И часу прожить без Вивальди,
Художник, увы, бы не смог,
Они любят тенор и альты,
Но чаще метал или рок Художник —
Слуга искусства и часто,
Устав от забот,
Он любит покушать вкусно
И бахнуть абсента в рот
Он тоже, увы, не железный,
И часто бывает плох,
И даже в помойке, нетрезвый,
Художник почти что Бог!
Напиши ему первой пока он висит on-line,
Пока за окном звенит январская вьюга,
Люди — дебилы, так просто теряют друг друга,
Теряют надежду, любовь, ну и все дела
А за окном намечается снежный слем,
Снежинки устроили тысячи революций,
Напиши ему первой, слышишь? И нет проблем.
Лишь пальцами нежными к клавишам прикоснуться
А он одинок, страдает, ну и т. п.
Втыкает в экран на призраки аватарок,
Напиши ему первой — сделай ему подарок,
Или отправь ему фотку с милым котэ
А мысли кружатся планетою по оси,
Душа — не ангина, сколько ни пей микстуры,
Сердце — не прога, даже великий Дуров
Оставит без обновлений, как ни проси
Кистью волшебной ложит декабрь мазки,
В три слоя красит белилом безлюдность улиц,
Пока стаи птиц из теплых краев не вернулись,
Напиши ему первой И не люби мозги.
У тебя такие формы, что нельзя смотреть спокойно, я идя на тебя глядя, головою бахнул столб. И когда тебя я вижу, у меня съезжает крыша, отравляя сердце ядом, плавно ползаю под стол. Ты идешь в Дольче Габбана и так вкусно ешь бананы, я, когда увидел это, пропустил открытый люк. Я лежу сейчас в больнице, мне твой образ часто снится, но мне врач сказала прямо; «Это просто странный глюк» и лежа в своей кровати, вижу сны такие, мать их, я, когда в них тебя вижу, с койки падаю на пол. И ходя по тротуарам, о тебе мечтая даром, из-за этих пошлых мыслей, я целую каждый столб.
Черный свитер. Контакт. Твиттер.
Мобильник. Аська. И пива литр,
Сидишь угрюмый, слушаешь Люмен,
Полупьяный, ты странный явно
Сумрак пряный, вечер дрянный,
Подружки дряни, уехал к маме,
На выходные, мы все больные,
И сжался в точку души комочек
Свернулся, молча, кошак в клубочек,
Хочет муркочет, сел в уголочек,
Как ты, похожий, мороз по коже,
И в сердце бьется тебя кусочек
И очень может, ты лишь прохожий,
Сошелся хитрый с моей орбитой,
И совесть гложет и стыд тревожит,
Это надолго, на то похоже.
На туалетном столике валялись пачки денег и свежеиспечённых паспортов, с которыми я мог бы уехать куда угодно. Но ехать было некуда: не было такого места на земле, где я не ощущал бы пустоты, оставленной теми, кого я потерял, пустоты безымянной, лишённой смысла и любви.
Человек, спасающийся бегством, старается, преодолевая боль, вырвать из сердца своё прошлое, остатки своего бывшего «я», память о тех местах, где он вырос, о тех людях, кто любил его. Бегство позволяет ему выжить, теряя себя самого, но он всё равно проигрывает. Мы можем отвергнуть своё прошлое, но оно продолжает мучить нас, оно следует за нами как тень, которая назойливо, вплоть до самой смерти, шепчет нам правду о том, кто мы такие.
Дедушка внимательно следил за ним и, казалось, читал все это в карих глазах мальчика, знал названия для всех тех вещей, которые мальчик никак не мог назвать, слова, которые он не мог произнести, потому что не мог говорить языком своего сердца. Затем дедушка кивнул, словно хотел подтвердить эту самую мысль, и внезапно Клайва охватил страх, что дедушка сейчас все испортит, сказав что-нибудь мягкое, успокоительное и бессмысленное. Ну конечно, скажет. Что-нибудь вроде того: «Я все знаю об этом, Клайви, ведь сам когда-то был мальчиком».
Но дедушка не сделал этого, и Клайв понял, что с его стороны было глупо даже опасаться такой возможности. И не просто глупо, а гораздо хуже — вероломно. Потому что это был его дедушка, а дедушка никогда не плел такое же бессмысленное дерьмо, какое часто произносили другие взрослые. Вместо того чтобы говорить мягко и успокаивающе, он произнес с сухой решительностью судьи, выносящего суровый приговор за тяжелое преступление:
— Все это меняется.
Сердце пустое
И что и дальше делать вид,
Что мы ещё друзья
Что все в порядке
И молчать, что сердце с болью рвётся
Играть на инструменте
Где всего одна струна
И та ещё чуть чуть и оборвётся
И что и дальше так и жить играя роль
В спектакле, в маскараде без антракта
Всё так же повторяя как пароль
Что главное не нарушать
Условия контракта
И что я все ещё люблю твои глаза
Я всё ещё ищу в глазах твоих ответы
И вижу снова «Можно», но опять «Нельзя»
И как же разгадать загадку эту
И что ты так и будешь, та и не уйдёшь
Я больше не держу, нет больше мочи
Ведь точно знаю ты давно уже меня не ждешь
Так почему я как и прежде вспоминаю наши ночи
И что я так и не смогу тебя забыть
И буду как и прежде, делать вид, что всё в порядке
И никого другого в душу не впустить
И все бежать куда-то без оглядки
И что я так и не смогу сказать «Прости»
Уйти, оставив прошлое в покое
Прошу тебя «Не любишь — отпусти»
Пусть сердце не разбитое, а только лишь пустое.
Тонкие сети...
Паутинка — тончайшая грань,
За которой живёт доверие
Как коснуться и не разорвать,
И не вызвать невзначай отторжения
Как пройти этих нитей каскад,
А задев вызывать лишь музыку
Колокольчиков звонкую трель,
Словно бусинка, бьется об бусинку
Как проникнуть до самых глубин,
Согревая душу замёрзшую
Как вошедши за тонкую дверь,
Не застать её в окна сбежавшую
Задержавши, просто обнять,
И теплом отогреть всю озябшую
Заслужить, отстоять, доказать
Вновь зажечь её искру угасшую
Паутинка — тончайшая грань,
За которой живёт доверие
Как коснуться и не разорвать,
И не вызвать невзначай отторжения
Эти сети её обойти
И сказать ей «Ты самая, самая»
Только б нити души не порвать
И не ранить сердце усталое.
У неё был особенный взгляд
И такая живая улыбка
Огоньки глубиною горят
А душа так хрустальна, так зыбка
Её помыслы были чисты
Так кристальны, как чистые воды
А слова были смыслом полны
Столько граней полнейшей свободы
В её чувствах не было лжи
Мерзкой фальши игры и притворства
Руку к сердцу её приложи
И почувствуешь, как оно бьётся
На душе ощущая тепло, а ему всё равно,
Все равно и в тот день он, с утра позвонив
«Всё, прощай» так спокойно, и мило
«Не звони, не пиши, не ищи»
Ну и «С днем Валентина» у неё был особенный взгляд
Отражённый в разбитых осколках..
Реки-вены так быстро бежат
В обнаженных кровавых потоках.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Сердце» — 7 340 шт.
