Цитаты

Цитаты в теме «сердце», стр. 57

Просите и...Многие из наших молитв — молитвы просительные, и люди склонны думать, что прошение — это низшая степень молитвы; затем следует благодарение, затем славословие. На самом же деле как раз благодарность и хвала — выражение менее глубоких взаимоотношений. На нашем уровне полуверы легче возносить славословия или благодарить Бога, чем доверять Ему настолько, чтобы просить Его о чем-то с верой. Даже люди полуверующие могут обратиться к Богу с благодарностью, когда случится что-то для них приятное; и бывают такие минуты приподнятости, когда каждый способен петь Богу. Но гораздо труднее иметь такую нераздельную веру, чтобы просить Бога всем сердцем и всем помышлением с полным доверием. Не надо смотреть пренебрежительно на просительные молитвы, потому что способность приносить их — это испытание реальности нашей веры.
Сердце мое, пульс — перестуком бусин
Звуки скруглятся протяжным тугим жужжаньем.
Сердце мое пружинит:
«Останься, будь с ним,

Не допускай ухода во избежание
Мук одиночества, жаркой колючей ломки,
Долгих скитаний безводности, безвоздушия.
Будешь ходить, как тень, как рисунок плоский,

И ощущать, как утрата гнетет и душит».
Сердце мое говорит:
«Не снимай обета сумеречной
Растворенности в нем до знака.

Тебе никогда так вслух не сказать об этом,
Чтоб поняли все, как путь у вас одинаков »
Сердце стучит, неглупое, но шальное,
Звяканье бусин, жерло седых вулканов.

Приди, приникай к нему ухом и слушай снова,
Как в нем дрожит твое имя, не иссякая.
Сердце стучит, а я становлюсь все суше
В борьбе затяжной с одичалым мотивом бусин.

Я - маятник между холодным «так будет лучше»
И слишком горячим, так слепо манящим «будь с ним».
Монолог.Стихи, музыка, живопись, кино, литература способствуют тому, что в человеке сохраняется еще что-то человеческое. Если бы людей не освещали пронзительные лучистые глаза, нежная, застенчивая улыбка великолепного Чарли, наш мир был бы хуже. Если бы не волшебная музыка Прокофьева, Шостоковича, проникающая в глубины сердца, наш мир был бы еще более глухим. Если бы не причудливые живописные фантазии Пикассо, Шагала , радующие глаз, вызывающие чувство прекрасного, наш мир был бы еще более мрачным. Если бы не стихи Блока, Есенина, вызывающие любовь и восхищение, согревающие душу, наш мир был бы еще более бессердечным. Если бы не бегущие картинки, сочиненные Эйзенштейном, Куросавой, Феллини, картинки, проникающие с белых киноэкранов в зрительские сердца, мир был бы еще более слепым. Если бы не обыкновенные, простые слова, сложенные в бессмертные книги , наш мир был бы еще более глупым если бы не то, может, и жить не имело бы смысла
Вот откуда мои резкость и запальчивость. Мой сволочной характер существовал всегда, теперь он стал ещё хуже. Из своего затворничества я выхожу лишь по делам. Совершив набег на внешний мир, я снова уединяюсь в своей крепости и поднимаю мосты над окружающими её рвами. Чтобы тебя любили, надо всегда улыбаться, перед всеми расшаркиваться, добиваться всеобщей благосклонности, носить в портупее своё, пусть лживое и фальшивое, сердце. Улыбаться важнее, чем быть самим собой. Но пресмыкаться – не в моём характере. Потому что тогда человек утрачивает свою личность. Она становится подделкой, превращаясь в прыгающее через обруч по чужому свистку, существо. Утверждая, что являюсь звездой, я имею ввиду следующее: мне нравится быть первым, я не скрываю этого. Но я стремлюсь к этому не из мелкого тщеславия. Я хочу, чтобы меня считали звездой в знак признания моих трудов, упорства и заслуг.