Цитаты в теме «сожаление», стр. 23
Детство место в поезде Жизнь, не пытайтесь обязательно протиснуться к окну. Слишком поверхностно будет впечатление. И совсем не важно, какой у вас вагон, хотя некоторые считают чуть ли не трагедией, если они едут не в мягком. В конце концов, каждому, у кого есть билет — свидетельство о рождении, — место обеспечено Важно другое: чтобы на многочисленных остановках — Юность, Зрелость, Творчество, Неудача, и, может быть, Счастье и многих других радостных, но, к сожалению, коротких, все сделали бы всё возможное, чтобы после, когда придет время для вас, прощаться на тихом полустанке.
Эти грустные глаза,
И печальная улыбка
Думать мне о них нельзя,
Но и позабыть — ошибка.
Они в памяти моей
Душу много лет тревожат,
И среди ненастных дней
Тропку в прошлое проложат.
В даль, где повстречал я их,
И где не кончалось лето,
Где написан первый стих,
Где любовь и жизнь воспета.
И сегодня предо мной
Юность вновь стоит святая,
За прошедших лет стеной
Вновь я вижу отблеск рая.
И встречаю снова вас —
Грустные глаза, улыбку,
И как будто в первый раз
Ту же делаю ошибку.
Душу мне рванёт опять
Лет ушедших сожаление,
Сердцу не дано принять,
Что всему придёт забвение.
Нет, за многие года,
Не залили пламень реки,
То, что видел я тогда
То, что дорого навеки
И опять бежит слеза
По щеке моей, не скрою
Эти грустные глаза,
И улыбка, предо мною.
Нежно чашечку кофе
Я к щеке прижимаю
И губами ласкаю,
Мой милый друг.
Ты давно, словно в сказке,
Неназойливой лаской
Окружаешь меня,
Как спасательный круг.
Мой кофе безмятежный,
То праведный, то грешный,
То трепетный и нежный,
Как огонек в ночи.
Без капли сожаления
Отбросим все сомненья,
Мы в море откровения,
Ты только не молчи.
Завиток аромата
Улетает куда — то,
Унося за собою
Мои мечты.
Растревожив мне душу
Нет, дружище, послушай,
Ведь и вправду давно
Вернее всех мне — ты.
И вновь вдвоем,
Мы в одиночестве найдем
Нежность, грусть поцелуя
Ни к кому не ревнуя,
Мой старый, добрый друг —
Ты лучше новых двух.
расскажи мне, любимый, балладу, поведай мне сагу,
как манил океан и разлитого солнца стеклярус...
но корабль, к сожаленью, корабликом был...из бумаги,
и сорвало бушующим ветром беспомощный парус;
витражи миражей отражали пожухлые листья,
в настроениях осени слёзы-осадки понятны,
журавли улетали на юг, а в мозаике истин
доминантами - чёрные дыры и белые пятна;
был в ажурном сплетении слов лихорадочный глянец,
(глянца улиц и лиц характерный критерий - изнанка),
в грёзах розовых зорь, как в озёрах лазурных, купаясь,
кто-то заново строил мосты и песочные замки...
жаль, удача порою коварна, а может капризна
для заложников вечной...игры? пресловутой морали?
но любая игра многогранна аспектами призмы,
в категориях «недо» и «пере» - исход тривиален.
расскажи мне, любимый, новеллу, поведай легенду,
где сомненья героев растаяли в призрачном дыме,
постарайся придумать обычный роман с хеппи эндом,
будет вымыслом всё, но с единственной целью - во имя...
Ничего мне не пошло в прок,
Не сложилось, не сбылось в срок.
Из хорошего — одни сны,
Да и те всегда грустны.
Всё, чем жизнь была полна — ложь,
И судьбе моей цена — грош,
Снятся черти и гробы — пью,
А ведь был когда-то юн.
Мой трамвай последний скрылся за углом,
Я сорокалетний человеко лом,
Никому не нужен, как в печи зола,
Одинокий человеко хлам.
Сожалений ни о чём нет.
Промелькнула жизнь, и чёрт с ней.
За плечами вдалеке — лес
Навсегда ушедших лет.
До скриплю своё, а там тьма,
Ведь остаток жизни так мал.
Снятся черти и гробы — пью,
А ведь был когда-то юн.
Мой трамвай последний скрылся за углом,
Я сорокалетний человеко лом,
Никому не нужен, как в печи зола,
Одинокий человеко хлам.
Я прощаю тебя - ожиданье чудес окрыляет.
Можно долго мечтать и часами смотреть в никуда.
Я с тобою на ты, я с тобою- по самому краю,
Я настолько с тобой, что почти что уже без тебя.
Ты настолько во мне, что порой уже больше неважно,
Сколько пыльных дорог между кем-то и мной пролегло.
Быть любимой тобою, меня разлюбившем однажды,
Быть любимой тобой, остальное - уже все равно.
Мой кошачий закон - приземляться на мягкие лапы,
Мой собачий удел- тебе верностью псиной служить.
Мои вечные ценности скрыты умело под каты,
Мое главное кредо банально - прощать и любить
Растворяется ночь в полумраке былых сожалений,
В предрассветном сомнении мурлыкает первый трамвай.
Милый мальчик, остынь, я не первой была, не последней.
Я прощаю тебя. Я прощаю! Прощаю. Прощай
— Они были обречены, застряли в своём времени. Они забыли первый урок, что мы должны быть сильными, красивыми и без сожалений — это главное.
— Ты можешь меня этому научить?
— Да!
— Жить без сожалений. Какая бы из нас получилась пара Но что если этот урок я не хочу учить? Что если всё, что у меня осталось, это моё страдание — мои сожаления?
— Разве ты не хочешь их потерять?
— Чтобы ты и это получил? Сердце, которое её оплакивает Ту, что ты сжёг дотла. Я знаю, что ты это сделал. И знаю, что ты ни о чём не сожалеешь. Ты ничего не чувствуешь и если это всё, чему ты можешь меня научить, я могу это узнать и сам.
— Тогда почему ты не хочешь его увидеть?
— Я была бы очень рада его увидеть, но, к сожалению, сейчас ничего не получится.
— А Лудо сказал, что если что-то очень сильно захотеть и по-настоящему верить, это обязательно случится.
— Да. Понимаешь, иногда два человека хотят слишком многого, и тогда это не работает, хотя они этого хотят.
— Это полная ерунда! Однажды к своему дню рождения я пожелала слишком много разных вещей: машину для мыльных пузырей, ролики и книжку про медведей. И мама тогда сказала, что это слишком много. Ноя все равно очень хотела этого и все-все получила!
Я тоже любил И знаешь, что меня испугало до чёртиков?
А что, если она меня обидит, а что если бросит? А что, если она умрет? И я останусь один И я закончил все сам, опередил её. И знаешь что? Это была самая большая ошибка в моей жизни! И ты сейчас совершаешь ту же ошибку, и будь я проклят, если не вмешаюсь! Рискни ради любви рискни!
Я не рискнул и посмотри на меня — одинокий, несчастный призрак, а не человек!
Это не значит, что тебе не будет больно! Но я гарантирую, любая будущая никогда боль не сравнится с сожалением от того, что ты ушла от любви! Если бы я мог вернуть свою любовь, я бы согласился на боль ежедневно и дважды по выходным
Не убегай, не делай этого
Мне хочется поговорить. Об истории, об искусстве, о литературе, о политике, о философии, о жизни, но раз за разом, после обрывочных «прив» «нра» «ваще» «как саааам» «а ничо», открывается все та же грустная, болезненная, тяжелая, трагичная, пустая бездна одинокости человеческой. Глухой, слепой одинокости, неразбавленной оттенками широкого пространства красивого мира. И бессильно опускаются руки, не способные спасти каждого, и хочется отвернутся, закурить и остаться наедине с самими собой, устало глядя в окно и думая о чем-то далеком, неважном, но легком и светлом, как крыло бабочки над полем диких цветов. И хочется взять слова, краски, шальные чувства — вечные инструменты художника, и создать вокруг себя стену толщиной в бесконечный вздох сожаления и обреченного понимания того, что там, где ты предвидел сладкую, прекраснодушную, парящую бесконечность, лишь россыпь острой мокрой гальки боли, воспаленной сознанием до размеров берега, на котором никогда не будет радостного смеха детей, любящих глаз, нежных обьятий и где-то на кромке горизонта — пения китов. И наваливатеся на душу тяжелое тело пустоты, и дышит соленым в шею, давя бетонной поступью птенцов зарождающихся идей и желаний, и в какой-то момент начинает казаться, что ничего больше не осталось, что ты один среди миражей, теней, бывших когда-то людьми Но потом ты вытираешь с висков испарину, закрываешь глаза, делаешь жизненно необходимый глоток горького горячего чая и снова веришь: «нет, нет, привиделось, конечно нет, нет, нет »
— Наверное, мне стоит начать со своего детства. Я росла на ферме в Пенсильвании. Нас всегда окружало много разных животных, потому что моя мама думала, что это научит нас быть ответственными. И мое первое домашнее животное было карликовой песчанкой, я назвала ее Мифи. И обычно я любила играть в игру, где я крутила ее. Я называла это «Качели для Песчанки». Но однажды я потеряла контроль и Все хорошо, я я все еще слышу тот хруст Затем у меня была любимая мышь. Я назвала ее Эльфаба, которую я всюду таскала в заднем кармане. Но к сожалению, моя мама также думала, если я сама начну стирать, то это научит меня самостоятельности и вот Эльфаба не умела плавать И так как у меня были такие проблемы с маленькими животными, так думала моя мать, то она принесла домой кое-что побольше. И когда она принесла Тото домой
— Боже, я надеюсь, что Тото был жеребенком.
— Я любила этого котенка.
— Нет, только не это.
— Он был таким большим, сладким, теплым комком меха и я целовала его и обнимала, и сжимала его так крепко в попытке показать ему, насколько сильно я любила его. Но однажды я подумала, что я люблю его сильнее, чем до этого.
Горничная приходила и уходила раз пять за вечер; и когда я как-то сказал Клэр, что её горничная очень хорошо сохранилась для своего возраста и что ноги её обладают совершенно юношеской неутомимостью, но что, впрочем, я считаю её не вполне нормальной — у неё или мания передвижения, или просто малозаметное, но несомненное ослабление умственных способностей, связанное с наступающей старостью, — Клэр посмотрела на меня с сожалением и ответила, что мне следовало бы изощрять моё специальное русское остроумие на других. И прежде всего, по мнению Клэр, я должен был бы вспомнить о том, что вчера я опять явился в рубашке с разными запонками, что нельзя, как я это сделал позавчера, класть мои перчатки на её постель и брать Клэр за плечи, точно я здороваюсь не за руку, а за плечи, чего вообще никогда на свете не бывает, и что если бы она захотела перечислить все мои погрешности против элементарных правил приличия, то ей пришлось бы говорить она задумалась и сказала: пять лет. Она сказала это с серьёзным лицом — мне стало жаль, что такие мелочи могут её огорчать, и я хотел попросить у нее прощения; но она отвернулась, спина её задрожала, она поднесла платок к глазам — и когда, наконец, она посмотрела на меня, я увидел, что она смеётся.
Все люди рождаются с совершенно одинаковой удачей, вот только проявляется она в разных ситуациях.
Невезучий торговец, который каждый день клянет судьбу, мог бы стать самым удачливым в мире скульптором. Игрок в кости, которому не идет фарт, преуспел бы в выращивании тюльпанов. Землепашец, чьи посевы сжигает засуха, бьет град и пожирает жучок, легко победил бы на соревновании лучников, что проводится в славном городе Ангурине в самую дождливую, ветреную и безлунную зимнюю ночь.
Причина, по которой каждому человеку удача способствует лишь в определенных начинаниях, крайне занимательна. Если бы она стала широко известна, жизнь людей, несомненно, обратилась бы к лучшему!
К сожалению, двадцать лет занимавшийся этим вопросом Абуир, ученый из жаркого Самаршана, был феноменально неудачлив. Когда разгадка была уже близка, переволновавшийся ученый опрокинул масляный светильник и пожар поглотил его лабораторию вместе со всеми результатами исследований. Разочаровавшийся Абуир навсегда порвал с наукой, ушел в горы, прибился к лихим людям и уже через два года прославился от моря до моря как самый свирепый, удачливый и бесшабашный разбойник.
— Что особенного в этом Брайане Кинни? Он симпатичный, но есть много симпатичных парней, у него есть это его чертово очарование, но мы все так можем, если захотим. Что в нем такого?
— Знаешь, Линдси говорит, что он может делать что угодно, говорить что угодно, трахать кого угодно — ни оправданий, ни извинений, ни сожалений.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Сожаление» — 484 шт.
