Цитаты в теме «спор», стр. 19
Женщина — великая загадка,
Истины устойчивее нет!
И мужчины в приступе припадка,
Бьются над ответом сотни лет.
А загадок вовсе и не мало.
Что в них? И откуда?
И куда? Спору нет, тройные интегралы
По сравнению с ними ерунда.
Ни к чему взывать бессильно к небу,
Ни к чему глядеть уныло вниз.
Женщина — непревзойденный ребус.
Разгадай, получишь супер — приз.
Бредит разум, путаются мысли,
Ох, и бесполезный это труд!
Варианты, формулы и числа
Как ни бейся, вряд ли подойдут
Воздержусь от утверждений громких,
Вывод всем понятен без труда.
Женщина — всегда головоломка.
И взрыватель мозга, иногда!
Кто общий друг для всех - тем я не дорожу.
Они этичны и миролюбивы,
Они со всеми — выдержка и такт.
С всеми одинаково учтивы,
Дипломатичны и не терпят драк.
Благожелательны и дружелюбны,
Улыбчивы со всеми и всегда.
Не оскорбят ни лично, ни при людно.
Со всеми ладят, с ними все — в ладах.
Они умело избегают споров,
Обходят с блеском острые углы.
Они чужды разборок и раздоров,
Приветливы со всеми и милы.
Доброжелательно, в любое время
Вас непременно спросят, как дела
Великодушны в-общем-то со всеми,
Но с ними б я в разведку не пошла!
Скажи мне, птица, что такое счастье,
Как далеко отсюда до него?
Как отличить мне целое от части,
Когда вокруг полным-полно всего.
Скажи мне, птица, что такое вечность,
И почему она, коль нас с тобой не станет?
Что будет, если времени беспечность
Устроит на моих ладонях танец?
Скажи мне, птица, что такое горе,
Что есть добро, которое мы ищем?
И сколько потеряли в вечном споре:
Давать иль не давать монету нищим?
Скажи мне, птица, что такое звезды,
Зачем ты хочешь с этим небом слиться,
Упрямо меряя крылом шальные версты?
«Все есть любовь», — ответила мне птица.
1) У каждого свои слабости. Кто курит, кто собирает игрушечных пингвинов. Если вы промолчите про мои, я не проболтаюсь про ваши.
2) «Да» — легкая ложь, простая, всего из одного слова.
3) Плакать — дьявольски нечестный аргумент в споре. Как только кто-то начинает плакать, больше разговаривать уже не возможно. Хочется только одного — чтобы этот кто-то перестал реветь, а ты перестала себя чувствовать самым мерзким негодяем в мире. Все что угодно, только не это.
4) Нет ничего более зовущего, чем красивый мужчина, который не уверен в себе.
5) Он всегда был засранцем, но сейчас он был засранцем нежитью. А это для меня было новой категорией.
6) — Что это? — спросил Эдуард.
— Сарай смотрителей. Или ты думал, что трава сама себя косит?
— Я вообще об этом не думал, — сказал он.
Я, бывает, разговариваю сама с собой. И даю себе очень хорошие советы. Иногда даже я им следую.
"Мир чудес"
1) Детям и в самом деле доставляет удовольствие причинять боль.
2) Образование — превосходная защита от жизненного опыта.
3) Людей всегда очаровывают хитроумные механизмы, которые создают иллюзию жизни.
4) Ни одно действие не пропадает втуне — всё, что мы делаем, приносит какой-то результат.
5) Представление, что всем якобы нужно только новое, — это заблуждение интеллектуалов.
6) Великодушие легко приходит к богатым и сильным.
7) Скука — благодатная почва для ненависти и всевозможных безобразий.
8) Все матери считают, что из их детей по вырастают клены, но сорняки на этой земле никогда не переводились.
9) Молодость может быть ужасающе жестока к любви, которая ей не по нутру.
10) Те, кто думает о постели лишь в свете сна или занятий сексом, просто не понимают, что постель — лучшее место для философских дискуссий, споров и, если нужно, для откровений.
11) Жизнь — это последовательность чьих-то решительных вмешательств.
А вообще в этом «старинном споре славян между собой» я — на стороне интеллигента, а не народа, по одной простой причине: интеллигент, по определению, — это тот, кто хоть что-то осознал, а народ — это тот, кто не осознал. Интеллигент — это тот, кто хочет блага не только для себя, а народ — только для себя лично. Интеллигент борется за чужие права, а народ — за свои собственные и так далее. Вот почему интеллигент иногда, и часто, ошибается (и тут же раздается улюлюканье), а народ всегда, будто бы, прав. И заметьте, ему, народу, никогда стыдно не бывает. И он никогда не испытывает потребности извиниться. А интеллигент постоянно извиняется, и никто его еще ни разу не простил. Если я не права, приведите мне обратный пример.
В Элладе когда-то любовь, солнце, ветер
Поспорили, кто самый сильный на свете.
А будет считаться сильнейшим в итоге,
Кто сможет раздеть человека в дороге.
И Ветер, направив воздушный поток
На Девушку, смог только сбросить платок.
Тут Солнце поднялось и взялось за дело:
У Девушки тело от зноя вспотело.
Вот море вблизи — и прохладно и сине,
И Девушка эта осталась в бикини.
Но вышла Любовь и тогда та, любя,
Купаясь с любимым, сняла все с себя.
Какой бы с тех пор боги спор ни вели,
Победа всегда доставалась Любви.
— Детектив, а если я скажу вам, что Бог и Дьявол заключили пари? Что они ведут спор за душу кадого человека?
— У вас больное воображение!
— Не смешите меня! Избегать прямых контактов с людьми — вот их правило! Наблюдать на расстоянии, кто же выиграет.
— Ладно, продолжайте. Зачем?
— Кто знает Может, ради забавы Неизвестно!
— О, ради забавы? Забавно, когда муж жену до смерти забивает? Забавно, когда мать топит ребенка? И вы считаете, Дьявол во всем виноват, да? Сами люди слишком злы, мистер Константин, вот в чем дело.
— Вы правы. Действительно от рождения мы способны на ужасные поступки, но порой появляется нечто со стороны и слегка подталкивает нас
— Что ж, спасибо, что просвятили меня. Но я не верю в Дьявола!
— Напрасно А он в вас верит!
Были некогда люди премудрые, думавшие, что светила небесные принимают участие в наших ничтожных спорах за клочок земли или за какие-нибудь вымышленные права!.. И что ж? эти лампады, зажженные, по их мнению, только для того, чтобы освещать их битвы и торжества, горят с прежним блеском, а их страсти и надежды давно угасли вместе с ними, как огонек, зажженный на краю леса беспечным странником! Но зато какую силу воли придавала им уверенность, что целое небо со своими бесчисленными жителями на них смотрит с участием, хотя немым, но неизменным!.. А мы, их жалкие потомки, скитающиеся по земле без убеждений и гордости, без наслаждения и страха, кроме той невольной боязни, сжимающей сердце при мысли о неизбежном конце, мы не способны более к великим жертвам ни для блага человечества, ни даже для собственного счастия, потому знаем его невозможность и равнодушно переходим от сомнения к сомнению, как наши предки бросались от одного заблуждения к другому, не имея, как они, ни надежды, ни даже того неопределенного, хотя и истинного наслаждения, которое встречает душа во всякой борьбе с людьми или судьбою
Всем и каждому понятно, что смерть неизбежна. < > Но всегда кажется, что с тобой не случится никакого несчастного случая, пули пролетят мимо, болезнь обойдет стороной. А смерть от старости – это так нескоро, что можно даже не думать об этом. Нельзя жить в постоянном сознании своей смертности. Об этом надо забыть, и если такие мысли все же приходят, надо их гнать, надо душить их, иначе они могут пустить корни в сознании и разростись, и их ядовитые споры отравят все существование тому, кто им поддался. Нельзя думать о том, что и ты умрешь. Иначе можно сойти с ума. Только одно спасает человека от безумия – неизвестность. Жизнь приговоренного к смерти, которого казнят через год и он знает об этом, жизнь смертельно больного, которому врачи сказали, сколько ему осталось, отличаются от жизни обычного человека только одним: первые точно или приблизительно знают, когда умрут, обычный же человек пребывает в неведении, и поэтому ему кажется, что он может жить вечно, хотя не исключено, что на следующий день он погибнет в катастрофе. Страшна не сама смерть. Страшно ее ожидание.
Это китайская притча.
Как-то раз двое монахов гуляли по саду даосского монастыря. Вдруг один из них увидел на их пути ползущую по земле улитку. Второй монах, его духовный брат, по недосмотру чуть было не раздавил ее, но первый монах вовремя его остановил. Он нагнулся и поднял животное. «Смотри, мы чуть не убили эту улитку. А ведь это животное представляет жизнь и через нее Дао, которому надо следовать. Эта улитка должна жить и продолжать циклы реинкарнации». И он осторожно выпустил улитку в траву. «Глупец! — рассердился другой монах. — Спасая эту никчемную улитку, ты подвергаешь угрозе грядки с салатом, которые выращивает наш садовник. Ради спасения жизни какой-то улитки ты уничтожаешь труды одного из наших братьев».
За их спором с любопытством наблюдал третий монах, который оказался поблизости. И поскольку они не могли прийти к согласию, первый монах предложил: «Давай обратимся с этим вопросом к нашему настоятелю, он мудрый, пусть он и решит, кто из нас прав», — и они отправились к настоятелю, с ними отправился и третий монах, которого заинтересовал этот спор. Первый монах рассказал, как он спас священную жизнь, которая вмещает тысячи будущих или минувших существований. Настоятель слушал, кивая головой, потом объявил: «Ты прав, так и надо было поступить». Второй монах возмутился. «Как же так? Разве хорошо спасти улитку, которая обгладывает овощи? Улитку надо было раздавить, и спасти огород, который каждый день дает нам вкусную пищу! » Настоятель выслушал, кивая головой, и сказал: «Это верно. Так и надо было поступить. Ты прав». Тогда третий монах, который до сих пор молчал, возмутился: «Но их точки зрения противоположны! Разве оба они могут быть правы? » Настоятель долго смотрел на него. Потом покачал головой и сказал: «Это верно. И ты тоже прав»
Возлюби ближнего своего – так учил Сын Человеческий, и это общеизвестно.
Споры вызывает другой вопрос – кого отнести к ближним.
Кажется – что может быть бесспорнее? А ведь это как раз та самая туманная догма, которая неоднозначностью своей привлекает широкие массы людей, неискушенных в тонкостях вероучения.
Ведь если бы сказано было: «Возлюби всякого человека больше чем самого себя», – то не осталось бы свободы для маневра. И как же быть тогда крестоносцам, инквизиторам, конквистадорам, нацистам и террористам, чтобы, не отрицая слов Бога, без оглядки на него заниматься истреблением людей?
Как уничтожать врагов, еретиков, иноверцев, нехристей и недочеловеков, если вера учит любить всех людей такими, какие они есть?
Но разве она и впрямь учит этому?
Ведь догма туманна и допускает разные толкования.
Вера учит любить ближних. А еретики, иноверцы, нехристи и недочеловеки – разве они ближние?
Ближний – это тот, кто думает так же, как ты, и делает то же, что и ты. А тот, кто отошел в сторону, тот, кто живет иначе – он уже не совсем ближний. И чем дальше его образ жизни и образ мыслей отстоит от твоего – тем меньше эта самая близость.
А тех, кто не ближний – разве обязательно любить?
* * *
Несомненно, они слышали и другую заповедь:
– Не убий!
Но тут уже и без посторонней помощи нетрудно додумать, что она означает на самом деле.
«Не убий ближнего своего», – и никак иначе!
А тех, кто не ближний – отчего же не убить.
– Маленькая смерть, – повторила Зои.
Последовала еще одна долгая пауза, потом Зои услышала вздох Боба:
– Это такие поворотные моменты в жизни человека, которые меняют ее навсегда: любовь не задалась, не к тому руководителю попал в аспирантуре, угнал на спор машину и загремел в тюрьму, что нибудь в этом роде. Не всякому удается такое пережить безболезненно; человек давно мог бы иметь любящую жену и детей, сделать отличную карьеру, а он все думает и думает о прошлом, о том, как все повернулось бы, не случись тогда того, что случилось. Человек озлобляется, не радуется никаким своим успехам. А это обычно тянет за собой новые маленькие смерти: он впадает в депрессию, испытывает стресс, начинает пить или принимать наркотики, бить жену и детей.
– Подожди, что ты такое говоришь? – переспросила Зои. – По твоему, маленькая смерть – это разочарование, что ли?
– Скорее боль, а еще тоска и злость. И причина необязательно в тебе самом. Может, кто то из твоих родителей умер, когда ты был маленьким, или с тобой плохо обращались в детстве; это меняет людей навсегда. Невозможно пережить такое и вырасти точно таким же, каким ты вырос бы, если бы этого не произошло.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Спор» — 388 шт.
