Цитаты в теме «страх», стр. 88
Духовные ключи:
1. Хочешь узнать тщеславного?— Это тот, кто не хочет слушать ничьих советов.
2. Хочешь узнать, что страшнее всего?— Запоздалое раскаяние.
3. Хочешь узнать, что лучше всего?— Постоянное покаяние.
4. Хочешь узнать, какие страдания самые горькие?— Те, которые рождены нашими собственными заблуждениями.
5. Хочешь узнать, какое счастье самое высокое?— То, ради которого мы отказались от самих себя.
6. Хочешь узнать, когда легко и радостно жить?— Когда в сердце нет ничего, кроме Бога.
7. Хочешь узнать, когда тяжело и мучительно жить?— Когда у тебя все есть, а Бога нет.
8. Хочешь узнать, что такое счастье?— Это когда мы идем за Богом.
9. Хочешь узнать, что такое несчастье?— Это когда Бог идет за нами.10. Хочешь узнать Божественную Любовь?— Научись не гордиться.
11. Хочешь узнать, что такое преданность Богу?— Отсутствие страха перед опасностями.
12. Хочешь узнать, что самое желанное?— Покой во Христе.
Ее душа кому-то кажется открытой книгой,
А для других — неразрешимая загадка.
Она то мило-дерзкая кокетка при мужчине,
А то, смущаясь, дарит только взгляд украдкой.
И, доказав свою теорию в научном споре,
Наивно-нежной поражает верой в сказки.
Сегодня в речке может искупаться обнаженной,
А завтра в страхе будет ожидать огласки.
В ней смешаны ребяческий задор и романтичность,
Но это придает натуре шарм и цельность.
И, даже став со временем немножечко циничной,
Жива в ней девушка ушедшего столетия.
Что я знаю о жизни? Разрушения, бегство из Бельгии, слёзы, страх, смерть родителей, голод, а потом болезнь из-за голода и бегства. До этого я была ребенком. Я уже почти не помню, как выглядят города ночью. Что я знаю о море огней, о проспектах и улицах, сверкающих по ночам? Мне знакомы лишь затемненные окна и град бомб, падающих из мрака.
Мне знакомы лишь оккупация, поиски убежища и холод. Счастье? Как сузилось это беспредельное слово, сиявшее некогда в моих мечтах. Счастьем стало казаться нетопленая комната, кусок хлеба, убежище, любое место, которое не обстреливалось.
Нет, не надо говорить, — подумал он, когда она прошла вперед его. — Это тайна, для меня одного нужная, важная и невыразимая словами.
Это новое чувство не изменило меня, не осчастливило, не просветило вдруг, как я мечтал, — так же как и чувство к сыну. Никакого тоже сюрприза не было. А вера — не вера — я не знаю, что это такое, — но чувство это так же незаметно вошло страданиями и твердо засело в душе.
Так же буду сердиться на Ивана-кучера, так же буду спорить, буду некстати высказывать свои мысли, так же будет стена между святая святых моей души и другими, даже женой моей, так же буду обвинять ее за свой страх и раскаиваться в этом, так же буду не понимать разумом, зачем я молюсь, и буду молиться, — но жизнь моя теперь, вся моя жизнь, независимо от всего, что может случиться со мной, каждая минута ее — не только не бессмысленна, какою была прежде, но имеет несомненный смысл добра, который я властен вложить в нее!
Так же буду сердиться на Ивана-кучера, так же буду спорить, буду некстати высказывать свои мысли, так же будет стена между святая святых моей души и другими, даже женой моей, так же буду обвинять ее за свой страх и раскаиваться в этом, так же буду не понимать разумом, зачем я молюсь, и буду молиться, — но жизнь моя теперь, вся моя жизнь, независимого от всего, что может случиться со мной, каждая минута ее — не только не бессмысленна, как была прежде, но имеет несомненный смысл добра, который я властен вложить в нее!
Я не могу не вспомнить редактора, организовавшего кампанию по сбору подписей в защиту политзаключённых в Праге. Он прекрасно понимал, что эта кампания заключённым не принесёт пользы. Его истинной целью было не освободить заключённых, а показать, что есть ещё люди, которые не испытывают страха. То, что он делал, был спектакль. Но у него не было иной возможности. У него не было выбора между поступком и театральным действом. У него был выбор: или разыграть спектакль, или бездействовать. Существуют ситуации, когда люди обречены разыгрывать спектакль. Их борьба с молчаливой силой (с молчаливой силой на другой стороне реки, с полицией, превращённой в молчаливые микрофоны в стене) есть борьба театральной труппы, которая отважилась сразиться с армией.
С той минуты, как попы, лавочники догадались, что потешные роты работников и учеников — дело очень серьезное, гибель New Lanark'a была неминуема. И вот отчего падение небольшой шотландской деревушки, с фабрикой и школой, имеет значение исторического несчастья. Развалины оуэнского New Lanark'a наводят на нашу душу не меньше грустных дум, как некогда другие развалины наводили на душу Мария; с той разницей, что римский изгнанник сидел на гробе старца и думал о суете суетствий; а мы то же думаем, сидя у свежей могилы младенца, много обещавшего и убитого дурным уходом и страхом — что он потребует наследства!
Беречь тебя так, словно ты мне на миг лишь данный
Как в детстве игрушку — бесценный подарок мамы,
От бесов и нечисти, всех их друзей и свиты:
Касаться губами виска и шептать молитвы.
Любить тебя так, чтоб эмоции рвали вены.
Без бартеров, кодексов чести, торгов и мены.
Чтоб совесть молчала, чтоб внутренний страх оставил.
Любить вопреки, не по правилам — против правил.
Сжигать тебя так, чтоб разряд пробегал подкожно,
Чтоб наши с тобою «нельзя» все сменить на «можно».
Рвалось естество чтоб испорченностью наружу,
Когда я дрожу под тобой, умоляя: «ну же »
И быть твоей скво до конца,
До бесстыдных истин,
Глубинных истоков.
Во веки веков и присно.
Человек одинокий светлячок в бескрайнем мраке ночи. Свет его так слаб, что освещает лишь крошечный кусочек пространства, а вокруг лишь холод, тьма и страх. Но если отвести испуганный взгляд от находящейся внизу темной земли и посмотреть ввысь (всего-то и надо - повернуть голову!), то увидишь, что небо покрыто звездами. Они сияют ровным, ярким и вечным светом. Ты во тьме не один. Звезды - твои друзья, они помогут и не бросят в беде. А чуть позже ты понимаешь другое, не менее важное: светлячок - тоже звезда, такая же, как все остальные. Те, что в небе, тоже видят твой свет, и он помогает им вынести холод и мрак Вселенной.
Перед концом света.
1) Когда благородный муж сделал всё, что в его силах, он доверяется судьбе.
2) Давно известно: болтунами лучше всего управляет молчун, а молчунами — болтун.
3) Смелым людям часто снятся страшные сны. Наяву человек такого склада привык подавлять страх усилием воли, но по ночам, когда контроль ослабевает, из наглухо замурованного подземелья памяти выползают картины, от которых храбрец просыпается в ледяной испарине.
4) Опаснейший вид массовой эпидемии — не чума и не холера, а психоз, охватывающий целые слои населения. Вспомните датский крестовый поход. Или средневековую охоту на ведьм. А что такое война, как не психическое заболевание, поражающее целые страны, а то и континенты?
«В моей жизни было много несчастий, и некоторые из них действительно имели место». Так шутил Марк Твен. Но мне не до шуток. Я не жалею о том, что прошла, перенесла. Много поражений осталось позади – и это хорошо. Думаю, немало их будет и впереди. Но, знаешь, каждый раз, когда страх одолевает, я закрываю глаза и уношусь к тебе. И не важно, что уже ты не со мной. Мое сердце – место наших иллюзорных встреч. Там нет замкнутых пространств, расчета на завтра, безапелляционных решений, прощальных прикосновений, прокисшего прошлого. Там мы наконец получаем свободу, на которую каждый имеет право. Я вообще-то люблю тебя невозможной любовью.
Женщины способны жить мгновениями, но ни одна из них не способна ими удовлетвориться. Женщины всегда претендуют на большее, хоть и редко говорят об этом. Я не говорю о материальных ценностях. Все, что касается любви, женщина стремится приукрасить, опоэтизировать, запечатлеть понадежнее, где можно – удлинить, где можно – растянуть. «Только бы моя любовь оказалась настолько же весома, как само это слово! » – один из под замочных тезисов. Есть и другие, много много женских страхов и опасений на пороге самого главного в жизни чувства.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Страх» — 2 087 шт.
