Цитаты

Цитаты в теме «свет», стр. 220

— Думать, что боишься, — лучше смерти. Действительно бояться — хуже смерти.
— Значит, вы полагаете, бесстрашие — это скорее уверенность в том, что ты не боишься, а не отсутствие страха на самом деле?
— Может быть, нам лучше уточнить формулировки? Что вы называете бесстрашием?
— Вам лучше знать.
— Но я не знаю, если только это не осмысленный страх, который не мешает видеть вещи в истинном свете.
— Это для меня слишком тонко.
— Разве? Видите ли, прежде чем стать клоуном, я изучал философию. Сложное сочетание, не правда ли? Вот, например, Маршан считает, что в тот вторник я вёл себя мужественно, всего лишь потому, что я лежал смирно и не жаловался. Он бы тоже лежал смирно, если бы корчиться было ещё больнее. И какие уж там жалобы, когда тебя словно сжигают живьём? Тут уж можно или визжать, как свинья, которую режут, или лежать совсем тихо. Во втором случае приобретаешь репутацию храбреца.
Вот она, перед ними — недвижно покоится на своей маленькой кроватке. И торжественное безмолвие этой комнаты перестало быть загадкой для них. Она умерла. Что могло быть прекраснее этого сна, пленяющего глаз своей безмятежностью, не омраченною следами страданий и мук. Казалось, смерть не тронула её, казалось, она, только что из рук творца, ждет, когда в нее вдохнут жизнь. «Когда я умру, положите около меня то, что тянется к свету и всегда видит над собой небо». Так она говорила в последние свои дни. Она умерла. Кроткая, терпеливая, полная благородства, Нелл умерла. Птичка — жалкое, крохотное существо, которое можно было бы раздавить одним пальцем, — весело прыгала в клетке, а мужественное сердце её маленькой хозяйки навсегда перестало биться. Где же они, следы преждевременных забот, следы горя, усталости? Всё исчезло. Её страдания тоже умерли, а из них родилось счастье, озаряющее сейчас эти прекрасные, безмятежно спокойные черты.
Звезда моя, ты не сияй в печали,
Не обнажай души моей при всех,
К чему всем знать, что нас с тобой венчали
И райский ад и непорочный грех.

Зачем теперь ты светишь бесполезно
На боль мою, сломавшую мне грудь?
Мы встретимся с тобой у края бездны,
Я прилечу к тебе когда-нибудь...

Ты знаешь всё-то много или мало,
Была со мной ты в каждый миг земной,
Ты в счастье мне так ласково сияла
И плакала в тоске ночей со мной.

Мы прятали за светом дня пороки
И падали бессильно в ночь страстей.
Звезда моя, мы слишком одиноки
В потоке лет и беспросветных дней.

Штыками лжи изранена в сражении,
Душой скитаясь в глубине веков,
Я не смогла признаться в поражении,
И исповедь не снимет всех оков.

И вот теперь твой свет, как откровение,
Из чистоты не плачущих небес
Зовёт меня к спасению забвением...
Звезда моя, ты Ангел или Бес?..
«Звезды как часто мы смотрим в ночное небо! Как возрождается, излечивается наша душа, наполняясь звездным сиянием, идущим из далекого ночного неба.
Звезды Звезды — это счастливые мгновения, которые, отслужив свое на Земле, возвысились в небо и остались там, чтобы вечно напоминать о себе по ночам, когда люди освобождаются ото всего, могут поднять головы и устремить свои взоры туда, где светит их ушедшее когда-то счастье. Но иногда звезды покидают небо и вновь спускаются на Землю, чтобы озарить счастьем своего избранника. Наверное, поэтому мы так часто с тоской смотрим в глубине ночи на звезды, боясь пропустить свою счастливую звезду. И даже если не находим ее, то все равно звездный свет, подобно целебному бальзаму, смазывает наши душевные раны, сглаживает рубцы на сердце и очищает нас от земной суеты.»
В золоте косы, от света в оконце,
Ты мне приснилась, согретая солнцем
Словно мираж, в нежной призрачной дымке,
Счастья мгновенье, ожило на снимке

Хрупкая, нежная, сильная тоже,
Нет в целом мире, ни капли похожей
Хочется каждой реснички коснуться,
Рядом с тобой я боюсь лишь проснуться

Звонишь в обед, -"что ты будешь на ужин?»
Как же приятно, что я тебе нужен,
И отвечаю, грустя от разлуки,
-"Всё, что готовят любимые руки»

Утром прохладным, завтрак согрею,
И поцелуем, сон твой развею
Кофе в постель, чтобы легче проснулась,
Просто хочу, чтобы ты улыбнулась

— «Милая, холодно, слабо одета,"
Ты отвечаешь — «я счастьем согрета!»
Нежно целуешь, бежишь на работу
Как же тебя отпускать неохота

Может быть, где-то, встречая рассветы,
Глядя в глаза, позабудем ответы
Счастье осушим, от края до донца,
Счастьем согреты, согретые солнцем.
Танец змеи

Как эта женственная кожа
В смуглых отливах
На матовый муар похожа
Для глаз пытливых.

Я в запахе прически душной
Чую жемчужный
Приморский берег, бриз воздушный
В гавани южной,

И расстаюсь с моей печалью
В томление странном,
И, словно парусник, отчалю
К далеким странам.

В твоих глазах ни тени чувства,
Ни тьмы, ни света —
Лишь ювелирное искусство,
Блеск самоцвета.

Ты, как змея, качнула станом,
Зла и бездушна.
И вьешься в танце неустанном,
Жезлу послушна.

И эта детская головка
В кудрях склоненных
Лишь балансирует неловко,
Словно слоненок.

А тело тянется, — как будто,
В тумане рея,
Шаланда в зыбь недвижной бухты
Роняет реи.

Не половодье нарастает
И льды сдвигает, —
То зубы белые блистают,
Слюна сбегает.

Какой напиток в терпкой пене
Я залпом выпью,
Какие звезды упоения
В туман просыплю!
Весна становится, как лимон:
Сидишь и маешься в пустоте -
Что ты не сделал, хотя и мог?
А может все таки не хотел?

Апрель ручьями легко течет.
Вот также было тебе легко,
Пока любовь не открыла счет,
Не оставляя тепла ни в ком.

Тебе покажется — мог еще терпеть
И скальпели, и ножи.
Но кто любовью хоть раз крещен,
В дальнейшем будет условно жив.

И равнодушные облака
Лениво щурятся на Луну,
Ее бессонницу расплескав,
В которой хочется утонуть.

Уйти на дно и не выплывать,
Чтоб в зыбком свете забыть на миг
Свои причала и острова,
Где одиночество так штормит,

Где дуют северные ветра,
И сны отчаянием знобит.
В которых ты, как всегда, не прав.
А кто неправ, тот виной убит.

Не откачают и не спасут.
Не скажут:" Хватит уже! Иди!»
Пока безжалостный самосуд
Выносит только такой вердикт.

И он, гуляющий по воде,
оставив рамки своих икон,
Возможно вспомнит: " А мальчик где?»
Себе ответив: "А был ли он".
А ты читаешь ее по глазам,
Встречая вечером у двери.
А ты не знаешь как ей сказать
И, собственно, стоит ли говорить,

Что обжигаясь о молоко,
Горячей кажется и вода.
А с ней свободно, светло, легко.
Тебе так не было никогда.

Она собой заполняет все.
Да что там комнаты — целый свет.
И ты понимаешь, что ты спасен,
Хотя не знаешь совсем ответ,

Который прячут ее глаза,
На твой не заданный ей вопрос.
И ты сегодня бы все сказал
Но странный свет от ее волос

И глаз бездонная синева
А ты настолько в нее пророс.
До невозможности выплывать.
Все остальное теряет смысл.

Становится звуком, набором фраз.
И растворяется твоя мысль
На дне ее невозможных глаз.
А ты целуешь ей губ изгиб.

И лунный свет на окне дрожит.
Ты понимаешь, что ты погиб.
И только что начинаешь жить.
Ты ей готов подарить ключи:

От дома, сердца.
С ней быть всегда.
Она улыбается и молчит.
С небес упавшая вниз звезда.