Цитаты в теме «тепло», стр. 58
Пространство рассекает мысль, как птица,
Взлетая ввысь к познанию бытия;
И каждый к совершенству вех стремится,
Вникая в смысл и тайны жития.
Когда-то укусив плодов познания,
Мы мечемся во Змеевом кругу;
Даны нам для развития страданья,
Ключи грехов отосланы врагу.
Зачем мы здесь? — извечные вопросы,
Решаем каждый сам в рутине дня;
Мы, жаля, погибаем словно осы,
Неся тепло, сгораем от огня
И от познания никуда не деться,
Но как спастись, не сразу дан ответ,
А спешка, в звёзды не даёт вглядеться,
Чтоб истины постигнуть яркий свет
Как будто сверху посланы желанья,
Чтоб души воскрешались ими вновь,
От дьявола даны оковы знания,
От Бога во спасение — любовь!
Родителей своих Вы берегите,
Ничем не измерима их любовь,
Почаще им об этом говорите —
Они достойны самых нежных слов!
Ведь с ранних лет они за нас в ответе,
И сколько времени, потом бы не прошло,
Для них мы, как и прежде, те же дети,
Что получают их внимание и тепло!
Года идут, становимся мы старше,
И жизнь уже у каждого своя,
Они за нас переживают, как и раньше,
И ждут от нас ответного тепла!
Родителей своих Вы берегите,
Ведь мы для них опора и семья,
Почаще о любви им говорите,
Их не заменит Вам никто и никогда!
Вырос в поле цветок и радовался: солнцу, свету, теплу, воздуху, дождю, жизни. А еще тому, что Бог создал его не крапивой или чертополохом, а таким, чтобы радовать человека. Рос он, рос и вдруг шел мимо мальчик и сорвал его.Просто так, не зная даже зачем. Скомкал и выбросил на дорогу. Больно стало цветку, горько. Мальчик ведь даже не знал, что ученые доказали, что растения, как и люди, могут чувствовать боль. Но больше всего цветку было обидно, что его просто так, без всякой пользы и смысла сорвали и лишили солнечного света, дневного тепла и ночной прохлады, дождей, воздуха, жизни Последнее о чем он подумал — что все-таки хорошо, что Господь не создал его крапивой. Ведь тогда мальчик непременно обжег бы себе руку. А он, познав, что такое боль, так не хотел, чтобы еще хоть кому-нибудь на земле было больно.
Все, не злись. Исчерпана Устала
Линий жизни нету на ладошках.
Оставляя прочим пьедесталы,
Раскидаю из кармана птицам крошки.
В этом городе давно не видно чувства,
Ни приезжим, ни прописанным по клеткам.
В этой осени, одетой так безвкусно,
Нет тепла и сладости конфетной.
Все, не злись. Смотри, как я упала.
В грязь лицом — и по щекам размазать.
Я давно собой быть перестала.
Только стала ярче губы красить.
До утра проговорить о вечном
Пустяки, запрятав глубже сердца.
Ты такой нелепый и беспечный,
Мне тобой вовеки не согреться.
Все, отстань. В финальном акте пьесы
Сдохнут все — от куклы до урода.
Только полоумная принцесса,
Убежит от принца к кукловоду.
Помолись у постера с Шакирой,
Пригвозди меня окурком к полу.
Покажи, чем закрываешь дыры,
Как тебе все это — по приколу.
Все, уйди. Сейчас смотреть не надо.
Залпом и до дна — со мною в первый.
Как не отравился этим ядом ?
Все, не злись Я кончилась, наверно.
Самого главного глазами не увидишь, надо искать сердцем и, когда последние камни осыплются вниз, шурша,с развалин старого храма, стихнет гул, рассеется дым,и останется только смотреть, как по небу катится огненный шар, —чужой человек из-за холма вдруг тебе принесёт воды. Когда однажды тебя начнёт сторониться последний друг, любовь твоя сделает вид — ничего не помнит, не знает и ни при чём, ты будешь лежать, один на земле, на осеннем сыром ветру, а чужой человек из-за холма укроет тебя плащом. Когда ты вернёшься домой — другим, каким быть хотел всегда, —когда на тебя начнёт коситься странно родная мать, отец перекрестится и вполголоса скажет: «пришла беда», чужой человек — достанет флейту и станет тебе играть. Ты не прощаясь покинешь дом и наскоро свяжешь плот, — он помчит тебя дальше и дальше, порогами горных рек, к воротам холодного ноября, где станет тебе тепло; ведь на плоту вас будет двое —ты и твой человек.
Невидимая нить
Как не порвать невидимую нить,
Что протянулась через расстояния,
Переплетая мысли и желанья,
Связав узор, что век не позабыть?
Как не порвать невидимую нить,
Которая нас так связать сумела
(Не больно, незаметно и умело),
Что стало вдруг теплей на свете жить?
Я эту нить придумала давно,
Когда тоска и грусть меня терзали.
Когда надежду силой отобрали,
Крутилось, всё ж, мечты веретено.
А нить была вначале так тонка
И быт-злодей перемешал все карты,
Перечеркнув все хитрости и марты,
Оставив лишь барьеры да снега.
Но жизнь течет, и время лечит боль,
Невидимая нить прочней каната.
Я о такой и грезила когда-то
Возможно, эта нить и есть любовь.
Я постучусь к тебе в душу непрошеной и незваной,
Пытаясь сложить в рисунок осколки былой мечты,
Чтоб стать не на день или вечер, а навсегда желанной,
Чтоб вместе идти по жизни, спасаясь от суеты.
Я постучусь к тебе в душу тихонечко, осторожно.
Если откроешь не сразу, то подожду у дверей,
Чтобы поверил и понял ты: счастье ещё возможно,
А вместе значительно легче, солнечней и теплей.
Я постучусь к тебе в душу ах, это лишь бред желаний.
Напрасно не беспокойся — уклад не нарушу твой.
Пройду, ступая неслышно, дорогой не встреч — прощаний,
Не зная, куда стучаться, ведь нету двери такой.
Ну вот и перемены в снах моих:
Ты и туда пробрался не случайно.
Отныне будешь властвовать в них тайно
Не потому, что сплёл Амур двоих,
А потому, что холодно душе
И невозможны наяву полёты.
Усталость будней, частые цейтноты
В затылок жарко дышат нам уже.
Как греет душу память юных лет
И тёплый зайчик солнечный в ладони!
Ночным дождём разбуженные кони
Летят стрелою в сказочный рассвет.
Но нет ночных свиданий, нет коней,
И только сердце бьётся так тревожно.
Родное, будь спокойней, осторожней,
Будь в ритме снисходительней ко мне.
А грех и страсть пусть властвуют во снах,
Где я с тобой — до самоотречения
Или в стихах — до умопомрачения,
Или А впрочем, близится весна.
Все слова твои, словно лёд, тверды,
Неулыбчив, сомкнут упрямый рот.
От моей мечты до твоей черты
Не найти тропу, и тоска берёт.
И неведом путь от меня к тебе,
И пройти его я сумею ль, нет?
Так блуждает луч по чужой судьбе,
Не узнав еще, что и сам он — свет.
Не поняв еще, что его тепло
Может лёд топить, может боль унять.
Ты хранишь в душе эти зёрна — зло.
Прорастут они — на кого пенять?
Оттого, что губы твои тверды,
Мой растерян взгляд, мой печален вид.
Я стою опять не у той черты
Видно, есть душа, если так болит.
Помнишь, мама моя,
Как девчонку чужую
Я привел тебе в дочки,
Тебя не спросив?
Строго глянула ты
На жену молодою
И заплакала вдруг,
Нас поздравить забыв
Я ее согревал
И теплом и заботой,
Не тебя, а ее
Я хозяйкою звал.
Я ее целовал,
Уходя на работу,
А тебя, как всегда,
Целовать забывал
Если ссорились мы,
Ты ее защищала,
Упрекала меня,
Что не прав я во всем,
Наш семейный покой,
Как могла, сохраняла,
Как всегда позабыв
О покое своем
Может быть, мы бы с ней
И расстались, не знаю,
Только руки твои
Ту беду отвели.
Так спасибо ж тебе,
Что хранишь ты, родная,
То, что с нею вдвоем
Мы б сберечь не смогли.
А всё, что меня заводит — его выводит
Из дома из комы из времени из себя,
Швыряет в московский поезд —
И он свободен! -
Начаться с любого слова, где кончусь я.
Собрать меня заново тёплой рукой по капле —
Губами ладонями, жадно войти во вкус.
Он рвал изучал меня пристально понял?
Вряд ли вскрывая холодным взглядом
Брюшину чувств зачем
Препарировать нежную мякоть строчек
В надежде нащупать тайну и скрытый смысл?
Зачем исправлять мой живой,
Сумасшедший почерк,
Уродуя алгеброй тёплое слово «жизнь»?
Любовь не измерить, но можно принять на веру —
В любой ипостаси я буду тебе светить,
Горячею лавой в жерле твоих артерий
Кипеть раскаляться мучить тебя любить
Какая нам разница кто теперь больше болен?
Чья магия слова убьёт одного из нас?
Я просто напомню,
Что ты, как и прежде волен
Уйти, если сможешь,
Из космоса синих глаз.
Короткое это имя - и просит душа пощады,
и жажду сменяет ливень, и слабость цветёт в груди.
Распластанная гордыня забытой Шахерезады
и шёпот ресниц - не надо ... останься, не уходи.
А дверь охраняет ревность - тигрица с повадкой кошки,
что ластится к незнакомым, но когти её остры.
Наверное, это верность, когда ты забыв о прошлом,
из досок чужого дома слагаешь свои костры.
Но пусто на пепелище, золу разметает ветер, тепло забирает зимний, не знающий лета дождь.
Наверное, это глупо, всерьёз притворяться нищей и ждать, что тебе подкинут надежду, как медный грош.
И медленно исчезает всё то, что имело ценность,
и краток шажок до рая, молись, чтоб хватило сил.
А он не уйдёт, родная, с твоей цирковой арены.
Скажи себе откровенно - он просто не приходил.
Август тянет забыть сценарий, что прописан на сером небе. Тёплый маленький бестиарий пропускает в реальность небыль и ворчит, закипая, чайник, склочным голосом недотроги, а в ладони накрошен пряник - угощенье единорогу, что грустит в опустевшем парке ... за окошком воркует флейта, на наречьи напевном, ярком заклинают дракона эльфы, пролетает усталый ворон, сны кидая на подоконник. Выхожу в незнакомый город, где в тумане цветёт шиповник и колышется запах пряный сонных трав, отдающих ласку, берегам реки безымянной - там печальная Златовласка расплетает седые косы, солнце плавится янтарём, преломляя хрусталь вопросов ...
лето, радужным пузырём, уплывает неспешно в осень.
Если дом для тебя — пустяк,
Просто гвозди в мякоти древ,
Просто, чтобы — «не холостяк»,
Кто-то встретил и обогрел,
Просто ждущий аэродром —
Не зови это место «домом»
Если стон ее — просто крик,
А молчание — ком обид, —
Ты привык к теплу Ты привык
Не любить, а лишь делать вид.
Хоть ее любви не марай
Признавай, пропадай, забывай.
Если снег для тебя — лишь снег,
Быть с ней рядом — простая блажь
Уходи. Уходи навек,
Поменяв квартиру, этаж,
Дом, двор, улицу, и во сне
Расскажи про нее весне.
Не просыпайся, пожалуйста, не хочу
Я прижиматься к чужому его плечу.
Слушать: «ну что же ты девочка, не грусти
Выкинь синицу мертвую из горсти».
Сильная-гордая, смелая, хоть убей,
Только вот сердце — пойманный воробей,
Только себя латаешь ты из кусков,
Если услышишь запах его духов.
Не забывай, пожалуйста, не хочу
Впредь говорить о том, о чем я молчу.
Слышать: «забыть — не горе, а благодать»
Все они умные, только почем им знать?!
Сколько морщинок, ямочек на щеках,
Сколько тепла в любимых его руках,
Как обнимает крепко, целует робко,
Сколько жуков в его в черепной коробке.
Как в нашем доме лампочка не горит,
И как похож на ребенка, когда он спит.
Не забывай, пожалуйста, не могу
Чтоб оставался ты у меня в долгу.
Ежевечерне искореняю мысли,
Путаю даты, встречи, часы и числа.
Мне интересно, если бы я пришла,
Ты отказался бы от моего тепла?
Это чернее ночи, белее дня,
Только Господь не хочет понять меня.
Осеннее утро проткнуло ветвей наготой
Печальное небо, унылое серостью красок,
И листья засыпали стол на открытой террасе,
Дарившей вчера еще теплый уют и покой
Фонарь над столом помнит медленный вальс мотыльков,
Куда-то пропавших за серую дымку тумана,
Заливистый смех, перезвон веселящий стаканов,
Надрывность гитары и вторящих ей голосов
Страницы романа и ночи июльской тепло,
Мерцание свечи, аромат засыпающих лилий
Молчанье двоих, что друг друга когда-то любили,
Но стали чужими. Чье время уже истекло
Бессильно вернуться, распавшись на тысячи слов
По капле сквозь пальцы печально и как-то нелепо
Как жизнь забирая из листьев, короткое лето
Уходит, опавших надежд оставляя покров.
Такой взъерошенный и злой,
Октябрь мяукал ветром в щели
И первый снег кружил юлой,
И грел теплом последним еле.
Просился в дом. Мол, им, котам,
В Дакотах их и в Юкотанах
Тоскливо в дым, пустынно там
И жизнь всегда на чемоданах.
Он выл в окно: — Ну подбери!
Прошу приют, немного ласки.
Мы все ручные котябри —
Царапал дверь и строил глазки.
И я пустил его домой.
И он ко мне ввалился шатко,
Облезлый хвост пуша трубой.
Не слон и даже не лошадка.
Обнюхал кухню, где еда.
Прилёг в углу, бурча желудком,
И поселился навсегда,
Хотя просился лишь на сутки.
Я без претензий, но теперь,
Рыча как сто абракадабр,
Лохматой шкурой трётся в дверь
И снегом сыпет новый Ябрь.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Тепло» — 1 433 шт.
