Цитаты в теме «ум», стр. 212
Я верю...
Нет, я не стану безводной пустыней
Не превращусь в беспроглядную тьму
Я не уйду, покорённый гордыней,
Сменяя свет на бездонную мглу
Я не исчезну, совсем, без остатка
В беспамятстве и в забытье
Жизнь коротка, жизнь слишком кратка,
Чтоб исчезать в полутьме
Не растворюсь Не затухну
Не распылюсь по ветру
Не испарюсь Не иссохну
Хоть как и все я умру
Нет, я вернусь, я воскресну
Может быть годы спустя
Я ни за что не исчезну
Верю бессмертна душа
Да, я вернусь, я воскресну
Я возрожусь, оживу
Я ни за что не исчезну
Я ни за что не уйду.
Быть "Мужчиной"
Я учусь говорить тебе «Да»
Даже сели «немножечко» против
Я учусь, закрывая глаза
Ощущать тебя всей своей кожей
Я учусь читать по глазам,
По губам, по движениям тела.
По дыханию, по волосам
По вибрациям, по биению слева
По теплу, по касаниям рук
По молчанию и по смеху
Я учусь не смотреть вокруг
В посторонних, ища утеху
Я учусь понимать с первых слов
Я учусь не держать обиду,
Не ковать железных оков
Отвечать тебе только для виду
Я учусь принимать твой каприз
Становясь, немножко нежнее
Я учусь находить компромисс,
Уступать, ведь я же сильнее
Я учусь не сходить с ума
Бесноваться, носить личину
Не бросать на ветер слова
Я учусь для тебя быть «Мужчиной».
Бессмысленных слов пелена накрыла
Бездушных, пустых, бесполезных слов
Она говорила, что любила
Не чувствуя значимость этих слов
Она говорила «Ты самый, самый»
Так искренне. Нежно. Смотря в глаза
Касаясь меня своими губами
Так трепетно, жарко сводя с ума
Она говорила с такою лаской
Она говорила с такой душой
Но всё это было просто сказкой,
Бездушной, бессмысленной, злой игрой
Она говорила «Ты самый лучший»
«Ты самый близкий», «Самый родной»
А после, видимо стало скучно
А может встретила объект иной
Бессмысленных слов пелена накрыла
Бездушных, пустых, бесполезных слов
В любовь наигралась и отпустила
Оставив лишь запах своих духов.
Критики похожи на слепней, которые мешают лошади пахать землю. Лошадь работает, все мускулы натянуты, как струны на контрабасе, а тут на крупе садится слепень и щекочет и жужжит. Нужно встряхивать кожей и махать хвостом. О чем он жужжит? Едва ли ему понятно это. Просто — характер у него беспокойный и заявить о себе хочется — мол, тоже на земле живу! Вот видите — могу даже жужжать, обо всем могу жужжать! Я двадцать пять лет читаю критики на мои рассказы, а ни одного ценного указания не помню, ни одного доброго совета не слышал. Только однажды Скабичевский произвел на меня впечатление, он написал, что я умру в пьяном виде под забором.
Русские вынуждены соответствовать необъятности среднеазиатских степей и сибирской тундры — они безответны, но лиричны, обобраны, но высокомерны. Они из кожи вон лезут, чтобы напоминать персонажей чеховской «Чайки» и говорят о высоком на кухнях, где бродит квас и сушатся грибы. У них нет ни гроша в кармане, но деревенские столы ломятся от картошки, пирогов с маком, пряной селедки, малосольных огурчиков, графинов водки с выгравированными на них птицами, разнообразного варенья и медных самоваров с обжигающим чаем. Вы знакомы всего пару минут, но они уже вещают вам о тщетности любви, гибели счастья и о том, что мир сошел с ума. Они говорят долго, беспрестанно наполняя рюмки и пичкая вас pirozhnoie. Они гордятся своим фатализмом — да, Россия катится под откос, как всегда, ничего не поделаешь, еще выпьешь? «Нравственные шатания», милые сердцу Достоевского, — самый безболезненный способ смотреть жизни в лицо и верная гарантия от приятных сюрпризов.
Былина о ключах
На двери четыре засова,
Четыре огромных замка.
Ключи к ним еще не готовы,
Еще не готовы, пока.
А рядом, в укромном гроте,
Стоят два больших сундука.
Но к ним вы еще не войдете,
Еще не войдете, пока.
А в тех сундуках две гадюки
Свернулись в два черных клубка.
Но вы не возьмете их в руки,
Еще не возьмете, пока.
И по два ключа возле каждой
Под эти четыре замка
Но вы не настолько отважны,
Еще не отважны, пока.
Но те, что ключи взять готовы,
Четыре замка отопрут,
И, сдвинув четыре засова,
Уже никогда не умрут!
Молодой, красивый, статный
И в общении занятный.
Свое время он всецело
Вам, девчата, отдает.
Чтобы с ним в уме сравняться,
Нужно очень постараться,
Ведь он дур и одержимых
Ни фига не признает.
Вы полегче с ним.
От страсти. Не порвите ка на части,
Сами ж сопли, слезы, слюни
По распустите потом.
Он всегда к услугам вашим,
Только сразу мы вам скажем:
Даст он вам все то, что сможет,
А на большее запрет.
Разве что устроить кастинг?
То-то будет в нете праздник!
В очередь тогда, девчонки,
Запишитесь поскорей!
Не жалею, не зову, не плачу,
Все пройдет, как с белых яблонь дым.
Увядания золотом охваченный,
Я не буду больше молодым.
Ты теперь не так уж будешь биться,
Сердце, тронутое холодком,
И страна березового ситца
Не заманит шляться босиком.
Дух бродяжий! ты все реже, реже
Расшевеливаешь пламень усто,
Моя утраченная свежесть,
Буйство глаз и половодье чувств!
Я теперь скупее стал в желаньях,
Жизнь моя, иль ты приснилась мне?
Словно я весенней гулкой ранью
Проскакал на розовом коне.
Все мы, все мы в этом мире тленны,
Тихо льется с кленов листьев медь
Будь же ты вовек благословенно,
Что пришло процвесть и умереть.
– Вы хотите умереть, Вулл?
Похоже, это позабавило северянина.
– Я хочу жить вечно в стране, где лето длится тысячу лет. Я хочу замок в облаках, чтобы смотреть на весь мир сверху вниз. Я снова хочу быть двадцатишестилетним. Когда мне было двадцать шесть, я мог сражаться весь день и трахаться всю ночь. Неважно, чего мы хотим. Зима почти пришла, мальчик. А зима и есть смерть. Пусть лучше мои люди погибнут в бою за дочурку Неда, чем от голода в одиночестве, в снегу, с замерзающими на щеках слезами. Об умерших такой смертью не поют песен.
Медленно спускаюсь я с холма. Спокойной ночи, милая моя, буйное сердце мое, думаю я. Прощай, Изабелла! Ты не утонула, это вдруг становится мне ясно. Ты не померкла и не умерла. Ты только отступила вглубь, ты отлетела, и даже не это: ты вдруг стала незримой, подобно древним богам, оттого, что изменилась длина волны, на которой их видели, ты здесь, но ты неуловима, всё всегда здесь, ничто не исчезает, по нему только проходят свет и тени, оно всегда тут — наше лицо до рождения и после смерти, оно иногда просвечивается сквозь то, что мы считаем жизнью, и на миг ослепляет нас, поэтому мы никогда потом уже не бываем прежними.
А может быть, останусь жить?
Как знать, как знать?
И буду с радостью дружить?
Как знать, как знать?
А может быть, мой черный час
Не так уж плох?
Еще в запасе счастья часть,
Щепотка крох...
Еще осталось: ночь, мороз,
Снегов моря
И безнадежное до слез —
«Любимая!».
И этот свет, на краткий миг,
В твоем лице,
Как будто не лицо, а лик
В святом венце.
И в три окна, в сугробах, дом —
Леса кругом,
Когда февраль, как белый зверь,
Скребется в дверь...
Еще в той лампе фитилек
Тобой зажжен,
Как желтый жалкий мотылек,
Трепещет он...
Как ночь души моей грозна,
Что делать с ней?
О, честные твои глаза
Куда честней!
О, добрые твои глаза
И, словно плеть,
Слова, когда потом нельзя
Ни спать, ни петь.
*************
Чуть-чуть бы счастья наскрести,
Чтобы суметь
Себя спасти, тебя спасти,
Не умереть!
Ни в каких не в стихах, а взаправду,
Ноет сердце- лечи не лечи,
Даже ветру и солнцу не радо...
А вчера воротились грачи.
Не до солнца мне, не до веселья.
В книгах, в рощах,
В поверьях, в душе
Я ищу приворотного зелья,
Хоть в него и не верю уже.
Я сдаваться судьбе не хотела,
Покоряться судьбе не могла,
Говорила: "Любовь улетела",
А теперь говорю: "Умерла".
Умерла, не глядит и не слышит,
И не слышит, как плачу над ней,
Как кричу ее имя, не слышит,
Бездыханных камней ледяной.
А грачи все равно прилетели
И возводят свои города...
Я ищу приворотного зелья,
А нужна-то живая вода.
— Она бросила их в самообольщении, — ответил он, — вообразив, будто я романтический герой, и ожидаю безграничной снисходительности от моей рыцарской преданности. Едва ли я могу считать её человеком в здравом уме — так упрямо верит она в своё фантастическое представление обо мне и всем поведением старается угодить этому вымышленному герою, столь ей любезному. Но теперь, мне думается, она начинает понимать, что я такое: я больше не вижу глупых улыбок и ужимок, раздражавших меня вначале, и безмозглой неспособности понять, что я не шучу, когда высказываю ей в лицо своё мнение о ней и о её глупой влюблённости. Потребовалось огромное напряжение всех её умственных способностей, чтоб сообразить наконец, что я её не люблю.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ум» — 4 957 шт.
