Цитаты в теме «ум», стр. 227
Снег накрыл покрывалом землю
Улиц, людей и дома.
В нашей с тобой вселенной отныне
Любовь умерла.
Тихо и невесомо, спокойно
и до утра
Падал, он спросонок
Чтобы растаять до тла.
Вились у носа снежинки,
Словно, птички, чирикая вслед
Будущему, нами грядущему
и Любви, которой уж нет...
Подставляли открытые лица
Рисовали в воздухе снег,
Были мы "несуществующие"
а сейчас, нас отныне нет.
Выходили мы на улицу,
И гуляли с тобой до утра.
Согревая сердце руками
Зимы холодную стену.
Настал же ранний час
И Тень рассеялась как дым
На голубых сугробах дня
Я не нашла твоего следа.
Ну и как мне тебе рассказать,
Что закончились силы?!
Что домой не спешу,
Там никто никогда и не ждал
Я кричу в пустоту:
"Где же носит тебя, мой милый?!"
"За тобой — хоть куда,
Только если бы ты позвал"
Взглядом рвать на прохожих
Остатки чужого счастья!
Одичала за месяц.
"Что впору садить на цепь"
Никогда не прощу,
Как разбил ты меня на части —
Мне бы только к тебе.
Мне бы только сейчас успеть
А она на меня, ну хоть
Чуточку, но похожа?
Без претензий, конечно!
"Я видела всё сама"
У тебя от неё хоть мурашки
Скользят по коже?
"Ты прости, что я лезу,
Я просто схожу с ума"
Говорят, ты там счастлив!
Надеюсь, что это правда.
Как тут я? Хорошо.
Замолкаю, не в силах врать
А за вас "будь уверен"
Я очень-пре очень рада!
Уходящих налево могу
Я теперь прощать!
Я - королева собственной жизни!
Разве, скажи-ка мне, этого мало?
Сердцем любила, умом — выбирала.
Ты, как инфант, неприлично капризный,
Разворошил мои старые раны.
Глупый, упрямый и боязливый,
Опытность скверно изображая,
Мальчик с повадками стылого Кая,
Мне подарил бесконечную зиму
С горестным привкусом мнимого Рая.
Всюду развешаны белые флаги.
Это влюбленные падают в ноги.
В клетки сажают их мнимые Боги
Ради ночных церемоний и магий.
Вот они жертвы лжи теологий!
Минное поле несоответствий.
Кладбище гендерного распада.
Зубы и яд вместо Райского сада.
Эгоцентричность взаимодействий.
Мимо иду: мне такого не надо!
Я коронована пламенем страсти!
Сердце у гибели отвоевала
И окрестилась слезою кровавой.
Бог наделил меня разума властью!
Рядом с тобой мне стоять не пристало!
Мой зверь.. женского пола: она пока маленькая такая вся нежная, игривая, ласковая. Будучи подростком всё кусала и шалила, заставляла бегать и смеяться, любила игрушки и куклы, прижималась к тебе, особенно ночью хотела быть рядом. Уже тогда заигрывала с мальчиками, училась сводить их с ума, ей нравилось выглядеть красивой, но не нравилось стричься и расчёсываться, или мыть ножки, или чистить зубки. Выросши перестала кусать куклы и перешла к кусанию человека если он не делал, что она хотела она очень умело и исподволь перенимала лидерство в доме человека любовь воспринимала как подчинение себе, уважать перестала, спать стала у порога и ждала гостей может что, то новенькое покорить удастся.
Когда уйдет и от болит любовь,
Пообещай не исходить на жалость,
Не подбирать пустых, напрасных слов,
Пытаясь ими прикрывать усталость.
Дай умереть тому, что жило в нас
И заменяло кислород когда-то,
Пообещай не сниться каждый раз
В начале лета и по общим датам,
Не вспоминаться под осенний дождь,
Не быть, как прежде, близким и похожим,
Не вызывать восторженную дрожь,
Привидевшись в каком-нибудь прохожем.
Мне не звони с вопросом: «Как дела?» —
Не нужно унижать своим участием,
А просто пожелай, чтоб я смогла
Жить без тебя не иллюзорным счастьем.
И, не любя, не прижимай к груди —
Сильней разлуки ложью можно ранить.
Когда разлюбишь, просто уходи,
Не оставляя ничего на память.
Мой телефон оглох,
И звук его растаял,
И кратким шрамом лёг
На не прожитый век,
И тысяча дорог,
Как в нарушение правил,
Впечатали следы
В не долетевший снег.
Они сплелись в одну,
И стало непонятно,
К чему такая блажь -
Предвидение конца,
Но расшвырял декабрь,
Как солнечные пятна
По чёрным небесам
Созвездие стрельца.
И стало всё равно...
Куда б ни заводила
Смешная дребедень
Судеб и суматох,
Мне было всё равно,
А ты с ума сходила
На том конце земли...
Но телефон оглох.
А снег лежал, летел,
И таял постепенно,
И времени спираль
Закручивалась в жгут,
И надвигался день,
И оседала пена
Безмолвия шагов,
Движения минут.
Мы говорили: "без тебя умру!" -
А сами расширяли круг пространства,
Сводя совместность в легкую игру,
В оскомину сбивая постоянство.
Мы говорили: "я тебя люблю!" -
А сами уходили, хлопнув дверью,
Разменивая счастье по рублю
Забытых ссор и найденной потери.
Мы говорили: "ты моя судьба!" -
А сами умножали боль разлуки,
С достоинством, без ложного стыда,
Другим свои протягивая руки.
Мы говорили: "верь мне, просто верь!" -
Хоть знали однозначно, что обманем,
И сердца плохо смазанную дверь
Для встречных открывать не перестанем.
— Иногда мне кажется, что я сошел с ума, — признался Нингишзида.
— И что в этом страшного? — лучезарно улыбнулась Каэтана. — По-моему, ты плохо представляешь себе разницу между помешательством и сумасшествием. В первом случае действительно горе: в голове все смешалось, мешает жить и дышать. Так и называется — помешательство. А во втором — ты сошел с мощеной, проторенной людьми дороги и неожиданно оказался на поляне, в лесу. И в глубь чащи уводит неведомая тропка. Кто знает, может, там, в лесу, тебя ждет чудо? Не бойся сходить с ума.
Я бежала по тонкому льду,
Согревая дыханием руки
В легком летнем-весеннем пальто,
Под тревожно вечерние звуки
Под ногами искрящийся снег,
Под одеждой избитое тело,
Я исчезла! Ушла! Умерла!
Провалилась сквозь землю! Сгорела!
Хрустнул тонкий ледовый асфальт,
Гулко эхом в лесу отразился,
И исчез в гробовой тишине,
Чей то бдительный пес разразился
Громким лаем в своей конуре,
Отработав еду и подстилку,
Я бегу по замерзшей реке,
В рукаве, пряча острую вилку
То ли ветер так щипит глаза,
То ли яркие всполохи снега,
По щеке прокатилась слеза,
Пожалев ущемленное эго
Сквозь тупую телесную боль,
Ощущаю немую усталость,
Ну давай же! Осталось чуть-чуть!
Будет время по позже на жалость!
Наконец на другом берегу,
Обернувшись и выдохнув шумно,
Вилку выкинув, снова бегу
Оставлять при себе не разумно
Не жалею, ни капли Увы
Плод твоей извращенной опеки
Ты убил человека во мне,
Я убила тебя в человеке.
Во мне как будто бы сердца нет. Оно испортилось, износилось, и я, почувствовать что-то силясь, в непрекращающейся войне со здравым смыслом веду подсчёт: «кольнуло», «дёрнулось», «больно», «сладко» — тащу как пленных в свою палатку, ищу укусы свинцовых пчёл.
Должно хоть как-нибудь быть. Должно, а мне — никак, всё равно что умер. У чувств, я помню, оттенков уйма, но кроме памяти — полный ноль. И так мне каждый треклятый день. Вот скоро вечер, пора по парам с каким-нибудь симпатичным парнем, а я не вижу тебя нигде. Кругом, внутри и снаружи, мгла, луна осветит сплошную серость. Мне без тебя не поможет сердце, мне их и сотня б не помогла
И ты приносишь его с собой, в пакете с брошенной скотобойни; снимаешь рёберную обойму, вставляешь, правишь какой-то сбой. И наполняешь меня любовью.
Мы так давно, мы так давно не отдыхали,
Нам было просто не до отдыха с тобой.
Мы пол — Европы по — пластунски пропахали,
И завтра, завтра, наконец, последний бой
Припев:
Еще немного, еще чуть — чуть,
Последний бой — он трудный самый,
А я в Россию, домой хочу,
Я так давно не видел маму
А я в Россию, домой хочу,
Я так давно не видел маму
Четвертый год нам нет житья от этих фрицев,
Четвертый год соленый пот и кровь рекой,
А мне б в девчоночку хорошую влюбиться,
А мне б до Родины дотронуться рукой
Припев.
В последний раз сойдемся завтра в рукопашной,
В последний России сможем послужить,
А за нее и умереть совсем не страшно,
Но каждый все — таки надеется дожить !
Вдруг вспомнился замечательный романс из фильма.
Возрастная тема всегда болезненна,
А здесь представлена как-то успокаивающе.
Наверное, потому и люблю эти стихи Говорухина.
Говорят, бабий век — сорок лет.
Вот и осень — оранжевый сон.
В этот день я сняла свой веселый берет
И забыла его телефон.
Вот и кончился мой бабий век.
Как нежданно, как всё же нежданно.
Но вчера вдруг один человек
Посмотрел на меня, ах, как странно.
Осень, осень, за нею зима.
Каждый день мне особенно дорог.
Буду жить, не сходить же с ума
От того, что уже мне за сорок.
Вот и кончился мой бабий век.
Не пришлось даже и удивиться.
Но вчера мне один человек
Вдруг пытался в любви объясниться.
Сердца бешеный стук не унять,
Но в душе нет ни капли тревоги.
Никогда никому не узнать,
Где кончаются наши дороги.
Нет не кончился мой бабий век,
Для любви не отмерены сроки.
Буду новость хорошую ждать
На хвосте у веселой сороки.
Если завтра нам объявит войну Эстония — она победит. Я так шутил в 1993-м, но через год шутка стала правдой: мы объявили войну маленькой Чечне и с позором ее проиграли. Отчасти из-за того, что у нас не было тогда хорошего кино и литературы. Что, Сталин выиграл войну? Жуков, Ворошилов — эти жалкие полководцы? Войну выиграл народ, и во многом из-за того, что людям с детских лет накачивали мозги: надо любить свою родину. Они читали соответствующие книги, смотрели кино. Я, например, приписал себе лишний год, чтобы пораньше вступить в комсомол, потому что был без ума от «Молодой гвардии». Вот что такое литература и кино. Они должны давать силу.
Все хорошее в моей голове возникает в деревне. У меня есть квартира в Берлине, но порой Берлин меня изнуряет. Так что я часто живу в своей деревне, севернее, между Шверином и Висмаром. Многие мои друзья, которые здесь с нами в туре, тоже живут там. Моего отца уже давно нет. Но моя мать живет там. Моя дочь Нелле со своим сыном, малышом Фритцем, часто там бывает. Все мы — большая семья. Я рыбачу. Охочусь. Смотрю, не отрываясь, на озеро. Ночами я сплю в лесу и прислушиваюсь. Я слушаю природу. То, что ты слышишь в лесу, – восхитительно. Это — звуки неописуемой красоты. Я ненавижу шум. Я ненавижу болтовню. Я выставляю себя напоказ, и это напоминает чистый мазохизм. После этого мне нужно себя защитить. Шум сводит с ума. Из-за него умирают.
Утром в ванной
Опять чешу задумчиво висок,
А раньше точно не был тугодумом,
Но некуда поставить помазок —
Вся полка в ванной занята парфюмом.
Есть в жизни и по круче много бед,
С чего решил вдруг, что сойду с ума я,
Когда ты спишь, в мой завернувшись плед,
Две трети от дивана занимая?
Пожалуй, не такой ужасный шок
И вряд ли уж так близко к катастрофе
Смотреть, как растворяешь порошок
И эту гадость называешь «кофе».
А в целом наша связь мила вполне,
Не выглядит дурацким мезальянсом —
Когда «люблю» ты тихо шепчешь мне,
Я все готов простить тебе Авансом.
Здесь минус тридцать, холодно,
Не читай хватит что этот холод меня достал,
Не повезло, что декабрь по душе прошел
Сыплет седой часовщик снеговую соль
Вниз на бескрайнюю стынь, в океаны глаз,
Выдох в продрогшей горсти застывает враз.
А часовщик нальет в небеса чернил,
Чтоб написать «зима» на плече земли,
Ей умереть бы быстро, ее не трож,
Телом горячим бежит только дрожь да дрожь,
И оставляет в сознании боль да боль,
Отогревая дыханием соль да соль
Невыносимо ее даже просто листать
Я ведь просила же холодно не читай.
Улыбнись, я знаю — ты можешь свести с ума,
Осушить океаны, моря и прочие жилы.
Я пришла к тебе с миром, ночью, пришла сама,
Чтобы лед растопить и понять, что мы еще живы.
Улыбнись, я знаю — с тобой обрету покой,
Успокоюсь духом, но снова взбунтуюсь всем телом.
А ты ночью нежно укроешь меня рукой
И включишь футбол по телику между делом.
Улыбнись, мне нравится цвет твоих карих глаз
И вкус терпкого кофе, который ты варишь мне утром.
Ты способен свести с ума всего парой фраз
И совсем не нужно владеть техникой Камасутры.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ум» — 4 957 шт.
