Цитаты в теме «успех», стр. 30 ▷ Socratify.Net

По словам господина Иттэя, даже неважный писец добьется успеха в искусстве каллиграфии, если будет практиковаться, используя в качестве образца красиво написанный документ, и, прилагая старание, стремиться его воссоздать. Слуга также сможет достичь успеха, если возьмет за образец хорошего слугу.
Однако в наше время нельзя найти образец хорошего слуги. Поэтому было бы хорошо создать такой образец и учиться на нем. Чтобы сделать это, следует посмотреть на различных людей и взять у каждого человека только его лучшее качество. Например, у одного — вежливость, у другого — храбрость, у третьего — правильную манеру ведения беседы, у четвертого — правильное поведение, и у пятого — уравновешенность. Так получится образец.
Что касается искусств, то часто ученики не перенимают хорошие качества своего учителя, но берут у него только плохое. Так поступать не годится. Есть люди, которые обладают хорошими манерами, но лишены искренности. При подражании подобным людям очень легко не обратить внимание на их вежливость и перенять только отсутствие искренности. А если человек постигнет чьи-то хорошие стороны, у него будет образец, по которому можно научиться всему.

В то время, когда господин Набэсима Цунасигэ еще не вступил во владение в качестве наследника, его дзэнский священник Куротакияма Теон обратил его в буддизм и стал его наставником. Поскольку Цунасигэ достиг просветления, священник собирался даровать ему печать, и об этом стало известно во всем дворце. В то время Ямамото Городзаэмону было велено одновременно выполнять обязанности слуги Цунасигэ и присматривать за ним. Когда он об этом услышал, он понял, что такое нельзя допустить, и решил обратиться с просьбой к Теону, а если тот не согласится, убить его. Он пришел в дом священника в Эдо, и священник с достоинством принял его, думая, что это паломник.
Городзаэмон приблизился к нему и сказал: «Мне нужно сообщить вам лично одну секретную вещь. Пожалуйста, отошлите ваших прислужников.
Говорят, что вскоре вы наградите Цунасигэ печатью за его успехи в буддизме. Однако, поскольку вы из Хидзэна, вы должны быть достаточно осведомлены о традициях кланов Рюдзодзи и Набэсима. В наших владениях низшие и высшие сословия живут в согласии, потому что, в отличие от других, власть у нас передается по наследству из поколения в поколение. За все предыдущие века никогда не было случая, чтобы даймё получил буддийскую печать. Если вы даруете печать Цунасигэ, то он, вероятно, возомнит себя просветленным и с презрением отнесется к тому, что говорят его слуги. Великий человек станет тщеславным. Ни в коем случае не давайте ему печать. Если вы не согласны со мной, то знайте, что я настроен решительно». В его голосе звучала такая уверенность, что не было сомнений в том, что он пойдет до конца.
Цвет лица священника изменился, но он ответил: «Ну что ж... Ваши намерения заслуживают уважения, и я вижу, что вы хорошо разбираетесь в делах своего клана. Вы преданный слуга...»
Но Городзаэмон перебил его: «Нет! Я вижу вашу уловку. Я пришел сюда не для того, чтобы меня похвалили. Не добавляя ничего лишнего, позвольте мне ясно услышать, собираетесь ли вы отказаться от своего намерения дать Цунасигэ печать или нет».
Теон ответил: «То, что вы говорите, разумно. Я заверяю вас, что не стану вручать ему печать».
Городзаэмон понял, что тот говорит правду, и вернулся домой.
Цунэтомо услышал эту историю из уст самого Городзаэмона.

— У меня теория. Врач утверждает, что рана зашита шелком.
— Чудно.
— В наши дни — да, а вот в начале 19 века шелковые нити пользовались успехом у хирургов. В те времена пациенты мёрли от инфекций, как мухи!
— Кошмар!
— Точно! Так вот, врачи боролись с заражением, в том числе, использую опарышей.
— Сэм, я ем
— Опарыши ведь поедают отмершую ткань, но не трогают здоровую. Так вот, у нашего приятеля брюшная полость оказалась забита червями!
— Сэм! Я ем!

В медицине половина успеха — это поверить в то, что ты самый лучший, самый умный, самый удачливый врач из всех, кто ходил в этих стенах.

Я всегда удивляю сам себя. Это единственное, ради чего стоит жить.
******
Умеренность — роковое чувство. Только крайность ведет к успеху.
******
Наш самый вопиющий недостаток и есть наше самое большое достоинство.
******
Весь мир делится на два класса: одни веруют в невероятное, как простая чернь, другие же совершают невозможное.

Если вы выдавили из себя каплю раба, избавили себя от какой-то вредной привычки, то не надо эту каплю вдавливать в кого-то для закрепления собственного успеха.

Предсказывать будущее можно с таким же успехом, как завидев человека в мундире пожарного, предсказывать, что он будет гасить огонь.

Без любви человек не более чем мертвец в отпуске, несколько дат, ничего не говорящее имя. Но зачем же тогда жить? С таким же успехом можно и умереть.

Чем выше гений поэта, тем глубже и обширнее понимает он природу и тем с большим успехом представляет нам ее во взаимосвязи с жизнью.

Суеверие проходит с успехом цивилизации.

Только в силе воли заключается условие наших успехов на избранном поприще.

Успех идей зависит от того, насколько масса «интересуется» известными целями и насколько эти цели вызывают энтузиазм масс. «Идея» неизменно посрамляла себя, лишь только она отделялась от интереса масс.

Краеугольными камнями успеха одних часто становятся камни преткновения других.

Сегодня у сына закончился учебный год. Принёс дневник: «2» — по поведению, «2» — по прилежанию, «3» — по русскому и математике и Грамоту: «За успешное окончание учебного года» и подпись: «Желаем дальнейших успехов в учёбе» Вот не знала — плакать или смеяться.

Умеренность — страх зависти или презрения, которые становятся уделом тех, кто опьянен удачей; или суетное желание покрасоваться силой духа; а в людях, высоко вознесшихся, — желание казаться више собственного успеха.

Людям необходимо, чтобы рядом был кто-то, кому можно послать чек на Рождество. Поэтому оставайся бедным. Ты - доказательство их силы и мужества. Ты - доказательство, что они герои. Живое свидетельство их успеха.

В этом мире всякий успех — преступление, которое приходится искупать.

Брачный тоталитаризм продолжает каждый день увековечивать несчастье из поколения в поколение. Нас заманивают в эти сети во имя надуманных и затасканных принципов с единственной тщательно скрываемой целью снова и снова приумножать наследство горя и лицемерия. Ломать жизни – по-прежнему любимый спорт старых французских семей, и они свое дело знают туго. Поднаторели. Да, и сегодня можно с тем же успехом написать: семьи, я вас ненавижу.

Добиться успеха легче, чем его заслужить.

Бога я не гневлю, не корю,полагая и это успехом,всю дорогу себе говорю:«Подожди, ты ещё не доехал »