Цитаты в теме «утро», стр. 88
И больше строчек о тебе не будет,
Не интересно больше о тебе,
Другой мужчина утром меня будит,
И я свободна — ты не нужен мне.
И что с того, что я тебя любила,
Что я хотела быть только твоей,
Моя любовь к тебе не долетела,
Ты бы не смог заботиться о ней.
Ты не готов. А мне какое дело?
Я для любви открыта навсегда,
Спасибо, жизнь, что я его любила,
Спасибо, жизнь, что быть с ним не смогла.
И в сердце тот, кто сделал меня сильной,
С кем не ищу больше я других,
А ты остался лишь на полке пыльной
В моих тетрадках и в стихах моих.
Не спи, Анютушка, не спи,
А то проспишь ты что-то,
Что может серце зацепить,
Как грузовик ворота.
Не спи Анютушка, не спи,
А то вдруг не заметишь
Как ангел скачет по степи,
Как мчится черт в карете,
Как солнце облако жует
И запивает пивом,
И как я задом наперед
Иду, когда счастливый.
Не спи Анютушка, не спи -
Не спал в твои я годы,
С утра до ночи небо пил,
Закусывал природой .
А спал я только на ходу,
Чтоб, сэкономив время,
Девчонку целовать в саду
И губ глотать варенье.
Бывайте здоровы!
Я «цэ» витамина царица,
Я фея лекарственных трав!
Я ставлю отвары вариться
С утра (предварительно встав).
Я шарю в цветах радиолы,
В бактериях разных секу,
Я пару найду метанолу
За пару, буквально, секунд.
В рецептах могу изгаляться
(В народных, ведь я же — народ!) —
От пластырей до ингаляций,
От капель до прысканий в рот!
Познав типологию хрипов,
На уровень вышла богинь
Во-первых, в лечении гриппов,
А в гомеопятых, ангин!
С врачительства я панацею —
Прошу зарубить на носу!
На блюдечке эхинацею
Быстрей ахинеи несу!
Мной снадобий список изучен
От «А» ну, пожалуй, до «Ю»
Давай поправляйся! Замучил. Ещё заболеешь — убью.
Навес кумирни, жертвенник в жасмине
И девственниц склоненных белый ряд.
Тростинки благовонные чадят
Перед хрустальной статуей богини,
Потупившей свой узкий, козий взгляд.
Лес, утро, зной. То зелень изумруда,
То хризолиты светят в хрустале.
На кованом из золота столе
Сидит она спокойная, как Будда,
Пречистая в раю и на земле.
И взгляд ее, загадочный и зыбкий,
Мерцает все бесстрастней и мертвей
Из-под косых приподнятых бровей,
И тонкою недоброю улыбкой
Чуть озарен блестящий лик у ней.
Я устала жить в этом ритме —
Не обвал, так дожди с небес.
Он садится и говорит мне —
Солнце, это ли не пиздец?
Хорошо бы с тобой тут вечно,
Ну как минимум — до утра,
Только ты же опять по встречной,
Мне — под ребрами свист, дыра.
Никто ничего не просит, можно врать,
Только нечем крыть.
«Пожалей себя, успокойся.
Будет так, как должно бы быть.
Вот сейчас тебе двести чая,
Пара слов, и потёк твой лёд.
Мы сейчас тебя откачаем,
Я уеду и все пройдет.»
Ладно-ладно, я понимаю
«Но вообще-то ты молодец!»
Он уходит, а я, немая,
Понимаю — пиздец.
Вот, посмотри: будет все у тебя.
Побойся. Как бы тебе не повеситься от тоски.
Как прикрепить себя к правильному инвойсу,
Как не снимать кольцо со своей руки.
Вот, полюбуйся — это твоя программа:
Тачка, ребенок (дочка), сойти с ума упс,
Это вроде в твои не входило планы, только смотри:
Ты придумала так сама.
Утро, солярий, зал, диетолог, встреча,
Свежевыжатый барменом милым фреш
Господи, если б водки, то может легче?
Господи, ну пошли ураган мне, смерч
Чтобы снесло все крыши, и юной Элли
Я оказалась в выдуманной стране.
Господи, хоть на месяц, хоть на неделю,
Чтобы Тотошкой черным он был при мне
Вот посмотри на себя — улыбаясь (скалясь)
Ты демонстрируешь самый жизненный свой рефлекс:
Гладить его глазами, не прикасаясь,
И отрабатывать ночью с законным секс.
Вот посмотри — у тебя уже все, не бойся.
Выпей с собой за это — умерь свой пыл.
Он уже жив, хорошая, успокойся.
Он даже имя, слышишь, твое забыл.
Все, не злись. Исчерпана Устала
Линий жизни нету на ладошках.
Оставляя прочим пьедесталы,
Раскидаю из кармана птицам крошки.
В этом городе давно не видно чувства,
Ни приезжим, ни прописанным по клеткам.
В этой осени, одетой так безвкусно,
Нет тепла и сладости конфетной.
Все, не злись. Смотри, как я упала.
В грязь лицом — и по щекам размазать.
Я давно собой быть перестала.
Только стала ярче губы красить.
До утра проговорить о вечном
Пустяки, запрятав глубже сердца.
Ты такой нелепый и беспечный,
Мне тобой вовеки не согреться.
Все, отстань. В финальном акте пьесы
Сдохнут все — от куклы до урода.
Только полоумная принцесса,
Убежит от принца к кукловоду.
Помолись у постера с Шакирой,
Пригвозди меня окурком к полу.
Покажи, чем закрываешь дыры,
Как тебе все это — по приколу.
Все, уйди. Сейчас смотреть не надо.
Залпом и до дна — со мною в первый.
Как не отравился этим ядом ?
Все, не злись Я кончилась, наверно.
Давай расстанемся, заменим все маршруты.
И указатели перевернем вверх дном.
В случайное такси, субботним утром.
Все наши разговоры запихнем.
Давай останемся, мы лучшими врагами.
Да наплевать, как мы искусно врем,
Как письма, молча прячем за шкафами
И спьяну их от туда достаем...
Давай заселим, к нам в квартиры незнакомцев.
Чтоб пустоту на время погасить.
Заводим экзотических питомцев.
Пытаясь догадаться, как нам жить...
Давай признаемся пощечиной, по левой!
Чуть только поцелованной щеке.
Тебе не все равно. И уж наверно, точно...
Стремительно небезразлично мне...
И пускай с другими всё перепутано,
Зыбко, и не досказано, и непрочно,
Просыпаясь, он пишет ей «доброе утро»
Засыпая, пишет — «спокойной ночи»
Больше ничего, ни звонков, ни писем,
Ни тем более встреч на аллее в парке.
Был бы набожен — за неё молился бы,
Если бы мог — дарил подарки.
Её кровь течёт у него под кожей,
У неё словечки его, привычки.
Это всё что он сейчас дать ей может,
Всё что ей принимать от него прилично.
Он всегда соблюдает свои законы,
Только словом, не телом её он греет.
Но становятся, в миг, ночи её спокойней,
Но становится утро — чуть-чуть добрее.
Всё для тебя: эти улицы и мосты,
Все эти горы, гордый мой эдельвейс,
Мир этот безымянный, безумный — весь;
Радуйся жизни, как это умеешь ты.
Всех приручай, кого хочешь, мой братец Лис,
Чтобы потом их — хоп! — и в терновый куст;
Делай всё, чтобы чувствовать жизни вкус —
Сталкивай своих женщин, после — за них молись.
Пусть любая дорога покорно лежит у ног,
Пусть подойти боятся на шаг семь бед.
И наконец-то найди такую же, по себе, —
Чтобы ты не был так вызывающе одинок.
С календаря по утрам обрывай листву;
Только вперёд, не смотри, что останется за спиной.
Раньше просила — про исходи со мной.
Сегодня просто прошу тебя — существуй.
Моё безумие — портрет без рамки
I у моего безумия — глаза из тёмного серебра,
Скверный характер и ласковые слова.
Если вижу я сны лоскутные до утра, —
Значит, он их со скуки за ночь нарисовал
Мы гуляем по звёздам и крышам, рука в руке;
Голод его до лунного света — неутолим.
У моего безумия — ветер на поводке;
Он ходит с ним, и тот танцует в земной пыли
И, куда бы я ни вела колею свою, —
В синем смальтовом небе, в холодной талой воде
Я безошибочно взгляды его узнаю,
Но никогда — почему-то, — среди людей.
И у него много вредных привычек — дарить цветы
Незнакомкам на улице, прятать в ладонь рассвет,
Безнадёжно запутывать волосы и следы,
Пить абсент с моей душой вечерами сред.
А я до сих пор не умею ему помочь,
А если он смотрит — то без жалости, без стыда;
А у него такая улыбка, что хочется то ли — прочь,
То ли — остаться с ним навсегда.
По сигналу тревоги — из сна назад,
Бесполезно любимый будильник кидать в окно;
Я сплю, я очень крепко зажмуриваю глаза, —
Но утро опять начинается всё равно
Слишком много слов, — как в дурном кино;
Больше не важно — суббота или среда,
Потому что главное нами сказано
Так давно, что можно умолкнуть разом и навсегда.
Слишком много света, слишком много людей
Подгоняя часы, минуты бесценные торопя,
Жду который день, когда закончится этот день, —
Но новый опять начинается без тебя.
Зимняя книга
Выше высоких крыш,
Выше самых высоких деревьев
Нас уносила пурга,
Обнимая седым покрывалом.
Утром ударил мороз,
И упали кристаллы снежинок,
Как мириады алмазов,
Сияя под утренним солнцем.
Мы остались стоять на холме,
Вознося восхваления зиме.
За ночь для нас на холме
Вырос замок прекрасней кристалла
Серого раух-топаза,
Ограненного Древним народом.
Вот наше гордое племя
Стоит у подножия замка
И смотрит, впервые
За тысячелетия вместе,
Не желая оставить следа
На блестящей поверхности льда.
Мальчик из замка принес
Долгожданную Зимнюю книгу,
На первой странице открыл,
Молча нашему подал отцу.
Там мы прочли обо всем,
Что искали в различных пространствах,
Нашли же у самого дома,
В сверкающих этих холмах.
И птица, раскинув крыла,
Над нами на юг пронеслась.
Роняя свет печальный
И тень твою качая,
Фонарь глядит из темноты.
От снега город белый,
И никому нет дела,
Что от меня уходишь ты.
Смотрю, как стынет полночь,
И не могу припомнить
Такой неласковой зимы,
И не могу поверить,
Что ты моя потеря,
Что навсегда расстались мы.
Как глухо ветер плачет!
К утру сугробы спрячут
Следов прерывистую нить.
Откуда, я не знаю,
Пришла зима такая,
Чтоб нас с тобой разъединить.
А вьюга, как нарочно,
Кружится, как нарочно,
Следы всё больше
Занося тебя окликнуть можно,
Ещё окликнуть можно,
Но возвратить уже нельзя.
Представь себе весь этот мир, огромный весь,
Таким, каким он есть, и что любовь в нем есть.
Когда наполнен он дыханием весны,
И напролет ему цветные снятся сны.
И если что-нибудь не ладится в судьбе,
Тот мир, где нет любви опять представь себе.
Так же синей ночью звезды в небе кружат,
Так же утром солнце светит с вышины.
Только для чего он, и кому он нужен —
Мир, в котором люди друг другу не нужны?
Так же гаснет лето, и приходит стужа,
И земля под снегом новой ждет весны.
Только мне не нужен, слышишь, мне совсем не нужен
Мир, где мы с тобой друг другу не нужны.
Только мне не нужен, слышишь, мне совсем не нужен
Мир, где мы с тобой друг другу не нужны.
Может, по понятию молодых,
Мы, кому уже давно за тридцать,
Не умеем уважать «крутых»
И «в натуре» весело «туситься».
Может, по понятию молодых,
Наши годы — прошлого страница.
Может Но спросила б я у них:
«Ваша юность с нашею сравнится?
Вы смотрели в небо по ночам,
Восхищаясь, как оно искрится?
Вы звезде кричали: «Эй, мадам,
Когда наша встреча состоится?»
Вы читали Пушкина всерьёз,
Находя там «чудное мгновенье»,
И с глазами, мокрыми от слёз
Про Афганистан стихотворения?
У костра сидели до утра,
Слушая гитарные напевы:
«Капли Датского короля
Пейте, королевы " ?
Может, по понятию молодых,
Юность мы свою не так прожили.
Только на условиях любых
Ни за что б другой не заменили!
Ожидание чуда или после праздничное
Вот и закончилась праздника кутерьма.
Чудо опять не случилось — финал привычный.
Впрочем, всё в жизни размеренно и циклично,
Юной весне не уступит права зима.
Вновь преподносит нам утро тумана взвесь.
Где же ты, лучик солнца отчаянно-нежный?
Чтобы в душе поддержать огонёк надежды,
Веры, что, всё-таки, чудо на свете есть!
В целом, не так уж я много от жизни жду:
Маме — здоровья, чтоб век дожила спокойно,
Детям — любви и удачи, судьбы достойной,
Мне бы — чудесную сказку хоть раз в году.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Утро» — 2 104 шт.
