Цитаты в теме «волосы», стр. 8
— Я рассказывал когда-нибудь, когда я понял, что хочу жениться на тебе?
— Когда впервые увидел меня на подиуме?
— Нет, тогда я понял, что хочу спать с тобой. В общем, я понял, что хочу жениться на тебе, когда мы пошли в тот ресторан на Третей улице. Ты была в белом льняном платье и заказала огромную тарелку ребрышек. И ты съела их с таким удовольствием! Все твои руки были в соусе, мясо было у тебя в зубах, волосы в жире. Когда ты закончила, я отметил, какая ты замарашка. И ты достала свое зеркальце, посмотрела на себя и так счастливо громко рассмеялась. Твой смех заполнил комнату. Я подумал: «Вот этот смех я хочу слышать до конца своей жизни». Потому-то я и предложил тебе руку и сердце, и твоя внешность ни при чем.
— А знаешь, когда я решила, что хочу остаться с тобой навсегда?
— Нет, когда?
— Две секунды назад.
Прекрасны те глаза, которые стараются видеть в людях одно только хорошее.
Стройной будет фигура у того, кто разделит свою еду с голодным.
И волосы станут как шёлк, если их каждый день будет гладить ребёнок.
Хочешь прямой осанки — тогда держись и помни, что ты — пример для своего попутчика.
Люди даже больше, чем вещи, нуждаются в нашей поддержке, уходе, исправлении и прощении, и прощении, и прощении.
Никогда никого не оставляй.
Помни, если тебе потребуется рука помощи, ты всегда найдёшь её в своей ладони.
А когда ты подрастёшь, ты узнаешь, что тебе даны две руки:
одна — помогать себе, а другая — помогать ближним.
Твои лучшие времена ещё впереди, и пусть они продлятся, как можно дольше.
Самой нежной любви наступает конец,
Бесконечной тоски обрывается пряжа
Что мне делать с тобою, с собой, наконец,
Как тебя позабыть, дорогая пропажа?
Скоро станешь ты чьей — то любимой женой,
Станут мысли спокойней и волосы глаже.
И от наших пожаров весны голубой
Не останется в сердце и памяти даже.
Будут годы мелькать, как в степи поезда,
Будут серые дни друг на друга похожи
Без любви можно тоже прожить иногда,
Если сердце молчит и мечта не тревожит.
Но когда-нибудь ты, совершенно одна
(Будут сумерки в чистом и прибранном доме),
Подойдешь к телефону, смертельно бледна,
И отыщешь затерянный в памяти номер.
И ответит тебе чей-то голос чужой:
«Он уехал давно, нет и адреса даже.»
И тогда ты заплачешь: «Единственный мой!
Как тебя позабыть, дорогая пропажа!»
Помню петли волос каштановых,
По утрам отдающих в медь,
Помню - как я тебя обманывал,
Что веснушчатых жгли как ведьм...
Как мешала проспаться досыта,
Дулась букой по три часа,
Как чихала и злилась до смерти,
Не успев подвести глаза...
Помню - как ты искрилась весело,
Даже если трясло внутри,
Как лечила свою депрессию
Под трофимовы "Снегири"...
Как мечтала дожить до пятницы,
Как искала себя в себе,
Как шептала, что всё наладится
В косолапой моей судьбе...
Помню всех твоих жгучих чёртиков,
Кожу с запахом хризантем...
Помню всё... до последней чёрточки...
Жаль, никак не пойму - зачем...
Я скоро приеду, жди меня.
Я спрыгну с подножки поезда, своим необычным именем твои украшая новости. Мы будем пути нанизывать, чужие миры захватывать, канатами и карнизами чертить на окошках матовых таинственные знамения, колдуя другим бессонницы, и все таки, тем не менее, не мучаться мукой совести. Взахлёб упиваться крышами, сидеть на игле безумия, и я волосами рыжими сгорю на костре Везувия.
А хочешь, все будет взорвано? Мосты, электрички, здания, цветы, что людьми не сорваны, провалены парт задания? А хочешь, мы против правильно придумаем что-то заново? Дороги меня за край вели от мира, когтями драного, закаченного под креслице, отделанного под кашицу. Моё альтер - эго крестится, даже когда не кажется.
Я скоро приеду в город твой. Мне хочется доказательства — и если совсем уж коротко, тебя в мою жизнь вмешательства.
Укутав плечи меховым туманом,
Спешила осень на прощальный бал
Влюблённый ветер в одеяние рваном,
За госпожой — позёмкою бежал
Копна красивых золотых волос
Богатым шлейфом туфелек касалась
Шуршало платье крыльями стрекоз,
И Божеством она ему казалась
Но ветер беден и лицом не молод,
Не светский лев, не эталон манер,
А где-то ждёт её надменный
Холод —для юных дев завидный кавалер
Любовь в душе осталась без ответа,
Горяч и нежен, но, увы, не князь
Из-под колёс её резной кареты —
В лицо ему летела пыль и грязь
Вы слышали, как ветер этой ночью,
От ревности за стёклами стонал?
И листьев позолоченные клочья,
В слепые окна яростно бросал.
Она распускает волосы и смеётся.
Ей вроде пора уже позабыть, смириться:
Он никогда сюда не вернётся.
Два раза в сети не залетают птицы.
Она заведёт себе хомяка и рыбку,
Составит планы на год грядущий.
Старое пианино заменит скрипкой —
Развлекать людей, по метро бегущих.
Научится танцевать и плавать,
Готовить и просыпаться рано,
И, подскользнувшись, на льду не падать,
А если падать, то сразу вставать упрямо.
Он не вернётся? — А ну, и Бог с ним.
Храни его, Бог, как зеницу ока.
Любой человек в жизни заменим:
Ей этот был вместо пролога.
Ты мне подарила надежду на счастье,
Любовь показала в ярчайших тонах,
Я снова вдруг вспомнил осложенных крыльях,
И как люди ищут любовь в облаках.
Одна за другою проносятся ночи,
Наступит заветное время для душ,
Как завороженный смотреть буду в очи,
Тонуть в океане волнительных чувств.
Мы две половинки, как плюс и как минус,
Судьбой разлучённые по полюсам,
Я верил, когда-нибудь будем мы вместе,
И я прикоснусь вновь к твоим волосам.
Меня запах твой как всегда одурманит,
Ослепнув, прижмусь к твоим сладким губам,
Касания кожи тела возбуждают,
Уже в неизвестность плывём по волнам.
Разрушить оковы любви невозможно,
Ты, словно наложница, мне подчинена,
Руками скользну вниз я в такт осторожно,
И в рай устремится на крыльях душа.
Он думал, что ее забыл
И начал жить как прежде,
Но по ночам он волком выл
И прогонял надежды,
Ведь водопад ее волос
И взгляд бездонной глубины
В душе оставили разрез
И до сих пор тревожат сны,
ЕЕ вина была лишь в том,
Что душу для него открыла,
Хотела быть ему родной,
Она так искренне любила,
А он свободы захотел,
И брак пугал, как клетка зверя,
Но год за годом пролетел-
Он осознал свою потерю,
А время вспять не повернуть,
Она к нему уж ровно дышит,
Он без нее продолжит путь,
Он в ее жизни теперь лишний,
И ей совсем не интересно,
Как он проводит вечера,
С любовью поступил нечестно,
Она простила, но ушла.
Задёрну шторы, выключу все звуки,
Доступной буду только лишь тебе.
Я стану целовать и гладить руки,
И в сердце воздавать хвалу судьбе -
За нежность встреч и тайну ожиданий,
Случайность счастья в заурядном дне,
За упоительную ласковость лобзаний,
За то, что мы увидимся во сне.
Фитиль свечи горит и коротеет,
Лишь небо бесконечно высоко.
Задёрну шторы я, и пусть свеча белеет,
На сердце делается чисто и легко.
Ни музыка, ни ласковое море,
Ни заповедник ароматных роз,
Ни праздник, ни вино не смогут спорить
С мерцаньем завитков твоих волос.
И речь тиха, слова - как поцелуи.
Душа дрожит, как бабочки крыло.
И даже в церкви пенье "Аллилуйя!"
Затмить бы счастье встречи не могло.
Скорей, скорей откройте дверь!
Я, к вам пришла, Беда!
Не ждали вы никак, видать!
Тут хочешь, верь не верь!
Семьёю всей мы рады вам! --
Ответом удивив,
Промолвили хозяева,
Лишь, двери отворив.
Вдруг с удивлением в голосе --
Вас, как-то, не понять!
Должны уж дыбом волосы
На голове стоять!
Беда, Беда я! Поняли?
Да поняли мы вас!
От Бога – польза вовремя.
И для Беды свой час!
Задумалась от слов таких.
Замешкалась Беда.
«Наверно, удивлю других…
Не ждали бы, когда б!
Но, их придётся поискать
И, думаю, найду.
Тем, кто не ждёт меня-Беду,
Смогу бедою стать!
Свободолюбивые дети — как наполненные гелием шарики, привязанные за ниточку. И ниточка эта постоянно натянута. А потом происходит нечто такое, что она рвётся и они могут улететь. Может статься, ты этого шарика больше никогда не увидишь. А может, года через при-четыре, или дня через три-четыре, ветер принесёт шарик обратно. Но ниточка эта обязательно обрывается. Проблема с этими шариками в том, что их слишком много. В небе от них уже тесно, они летают, трутся друг о друга, и все эти шарики в итоге так или иначе оказываются на моём столе, и со временем теряешь веру. Но иногда встречаешь какого-нибудь подростка с большими глазами и огромной копной волос, и не хочется говорить ему правду, потому что он кажется хорошим человеком. Ты ему сочувствуешь, потому что хуже туч шаров, которые вижу я, может быть только то, что видит он: голубое, безоблачное небо всего с одним шариком.
Но запомни, когда ниточку перерезают, обратно её уже не прикрепить.
Правила поклонения
Мы мертвы, когда одеты...
Я зову тебя с собой насытить твоё молчание, любовь моя,
Туда, где черными клавишами бесконечной музыки дышит белое.
Помнишь, как среди обнаженного доверия
Теплый ветер дыханья медленно раскачивал слова.
Лето твоих песен во мне,
Во всех касаниях, что обретали звуки вслед за моею рукой...
Оспаривая право на тебя...
Эта нежность и эта страсть,
Эта грация бабочки,
Этот контур медлительной луны,
Эти губы, что знают все правила поклонения,
Эта поэзия нежности, вся, целиком...
И когда все уйдут, мы останемся вдвоем
Слушать разговор наших пальцев...
Ты утолила всё то, что не смогли утолить другие...
Острейшее касание стиха,
Я следую за голосом твоим,
Открытость всех морей в тебе...
Ночь пьёт Гекаты мёд,
Вальсируем пьяняще с тенью, касаясь друг друга невнятными буквами...
Где губы твои раскрываются всё жарче...
Где наши руки зажигаются огнём... как посвящение жажде...
Тебя, такую вольную во всем,
От ступней вверх до кончиков волос и снова вниз
Читать...
Яркие слова, я укрываю ими тебя...
Яркие слова песком у твоих ног...
Близость подобна разоблачению...
Я потерял своё инкогнито, мой бог...
Пульсирует на шее слово,
Отбрасывая тень к стене...сбрасывая тело в близость...
Глотаю воздух из твоих глаз,
Код нашей войны в нашей нежности...
Тень истекающих строк на гладком шелке...
Символы прикосновений...Пылающее сердце свечей -
Древнего речитатива и молитвы...
Ты похожа на мёд и красное вино...
Предел у влажных лепестков - так пахнет время красотой.
Покинь же ненадолго мир и возвращайся...
Как вечное, как своеволье... как... россыпь лепестков,
Где эти трепетные звуки пронзают кожу -
Так расцветает близость...Распяв руками руки.
На стебле расцветает лилия...
И вязью букв в величественном танце выгибают спину.
Ты, нищий, способен дать всё; Ты, всесильный, проси!
Вручая себя губам,
Безжалостному поединку двух откровений,
Где под утро вы станете произносить себя тишиной,
Долгим послевкусием разливаясь по венам тем, что было ночью вами.
Густая степень близости произнесения шрамирует бумагу,
Рисуя строками тебя как вечное,
Как своеволье древнего речитатива и молитвы...
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Волосы» — 844 шт.
