Цитаты в теме «безумие», стр. 10
Существует Санта Клаус или нет, я не поэтому люблю Рождество. Когда я был ребенком, независимо от того, как бы плохо ни обстояли дела, моей матери всегда удавалось сделать рождественский сочельник волшебным. Каждый год она разыгрывала «Щелкунчика». И я думал, что если она делает это в нашей крохотной квартирке, когда мы совсем одни и у нас почти нет денег, это давало мне надежду, что все образуется. Я люблю это чувство, это ощущение надежды. Знаешь, это безумие. В одну из самых коротких и темных ночей года люди всех религий отмечают торжество света. Плюс, кто же не любит подарки?
В тот мир, где нет ни молодых, ни старых,душа войдет не поздно и не рано,свеча догаснет, допоет огарок,допляшет пламя О, сколько теней вьется в этой пляске,ночей, приговоренных вечно длиться а время, как факир, сжигает маскии лепит лица И наступают сумерки прозрений,и молния пронзает цель, не целясь,а за окном безумие сирении моря шелест А море шелестит, что жизнь сложилась,как речь, из откровений и ошибок,и даже ложь, которая свершилась,непогрешима.А пламя плачет, пламя рвет и мечет,душа летит как пуля заказная,а море дышит, море не перечит,а море знает
Я могу быть с моим сыном и сказать ему: «Милый, я вижу твою боль. Что я могу сделать? Я люблю тебя. Если ты сможешь показать мне мою роль здесь, для того чтобы я смогла помочь тебе, я сделаю это. Я люблю тебя. Я здесь». Я смогу обнять его. Но страх сам собой не сможет покончить со страхом. Моя боль не сможет покончить с его болью.
И если он скажет мне: «Ох, нет, мама, ты не сможешь помочь мне. Уходи», я услышу его. Прекрасно! Как он ясен в этом, и тогда я ухожу. Это оставляет ему возможность исцелить самого себя, он находится с внутренним Мастером. Я не учу его, что я источник его счастья. Это безумие. Что произошло бы, если я умру? Он потерял бы источник своего счастья. Возвращать его к себе — это любовь.мой перевод с английского
Если коротко и о личном — что за дело, кем я жива?
Все в порядке, живу отлично, иногда выдаю слова
Порционно, по ложке к чаю, лучше с медом — они горчат.
Я еще иногда скучаю, но уже не зовут врача,
Не сдают меня с рук на руки и не шепчутся «се ля ви».
До безумия близоруки мы бываем, бродя в любви.
Но за эти смешные шрамы — благодарность, а не хула.
И за сбои кардиограммы, и за все, что сполна взяла
От безумия и полета до падения с высоты.
Доктор, я ведь влюблюсь в кого-то?
Доктор, может быть, это ты?
Но — наверное, это один из законов насмешницы-природы! — чем меньше восторгов у тебя вызывает всё человечество в целом, тем больше шансов у какого-нибудь незнакомца задеть таинственную, тонкую, болезненно звенящую струнку в твоём сердце. Достаточно пустяка: неожиданно отчаянной улыбки, поворота головы, при котором лицо случайного собеседника вдруг на мгновение становится лицом ангела, теплой ладошки, доверчиво вцепившейся в темноте в твою собственную руку, золотистой искорки веселого безумия, всколыхнувшей тёмное болото тусклых глаз — и ты вдруг понимаешь, что готов на всё, лишь бы вдохнуть свою, настоящую жизнь в это удивительное, чужое существо, а потом развернуть его лицом к небу и спросить, задыхаясь от благоговения перед свершившимся чудом: «ну вот, теперь ты видишь?»
— Несколько больных помешались на Боге, несколько — на Библии, а почти все прочие — на самом безумии.
— Вы так думаете? — удивился Тернбулл.
— Думаю, — отвечал Макиэн, — больше того, знаю. Начитались ученых книг, наслушались басен о наследственности и комплексах. Да весь воздух, которым здесь дышат, насыщен психиатрией! Я говорил сейчас с одним больным. Господи, во что он верит! Он говорит, что Бог есть, но что сам он — лучше Бога. Он говорит, что жену человеку должен выбирать врач, а родители не вправе растить своих детей, так как они к ним пристрастятся.
— Да, вам попался тяжелый случай, — признал Тернбулл. — Видимо, можно помешаться и от науки, как от любви и от других хороших вещей. Интересно бы поглядеть на этого больного
— Пожалуйста, я покажу, — сказал Макиэн. — Вон он, у настурций.
И Макиэн указал на человека с неподвижной улыбкой и легкой светлой бородкой. Тернбулл надолго окаменел.
— Ну вы и кретин! — выговорил он наконец. — Это не больной, это доктор.
А знаешь ли ты, что такое любовь —
Не похоть, не страсть, не животный инстинкт?
А именно то, что по воле богов
Кометой на голову сверху летит
И падает так, что потом не вздохнуть.
Когда на рассвете тепло влажных губ
По коже взволнованной делает путь
От кончиков пальцев к горящему лбу.
Когда понимаешь, что в каплях росы
Твоё отражение всюду стоит,
Твой вкус на щеке от прозрачной слезы,
Твой пульс на запястьях — его бьётся нить.
А знаешь ли ты, что такое любовь?
Сплетение душ под молитвы ветров,
Сумбурные сны и виденья с тобой
На кромке безумия, стыке миров.
Господи, прости меня и помилуй за то, что я написал эти гнусные слова. Но зачем же ты так жесток? Зачем? Я знаю, что ты меня наказал. О, как страшно ты меня наказал! Посмотри, пожалуйста, на мою кожу. Клянусь тебе всем святым, всем дорогим на свете, памятью мамы-покойницы — я достаточно наказан. Я верю в тебя! Верю душой, телом, каждой нитью мозга. Верю и прибегаю только к тебе, потому что нигде на свете нет никого, кто бы мог мне помочь. У меня нет надежды ни на кого, кроме как на тебя. Прости меня и сделай так, чтобы лекарства мне помогли! Прости меня, что я решил, будто бы тебя нет: если бы тебя не было, я был бы сейчас жалкой паршивой собакой без надежды. Но я человек и силен только потому, что ты существуешь, и во всякую минуту я могу обратиться к тебе с мольбой о помощи. И я верю, что ты услышишь мои мольбы, простишь меня и вылечишь. Излечи меня, о господи, забудь о той гнусности, которую я написал в припадке безумия, пьяный, под кокаином. Не дай мне сгнить, и я клянусь, что я вновь стану человеком. Укрепи мои силы, избавь меня от кокаина, избавь от слабости духа.
Я могу делать все что угодно, кроме одного: не дано мне заставить другого. Прошу человека следовать за мной в моем безумии, в моей жажде жизни. Я не жалею о перенесенных страданиях, я горжусь своими шрамами, как гордятся боевыми наградами, я знаю, что цена свободы высока — так же высока, пожалуй, как цена рабства, и разница всего лишь в том, что ты платишь с удовольствием, с улыбкой, пусть даже эта улыбка — сквозь слезы.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Безумие» — 483 шт.
