Цитаты в теме «бог», стр. 275
— Слов совсем мало. Только «Говард Рорк. Архитектор». Но это как тот девиз, который когда-то вырезали над воротами замка и за который отдавали жизнь. Это как вызов перед лицом чего-то столь огромного и темного, что вся боль на свете — а знаешь ли ты, сколько страданий в мире? — вся боль исходит оттуда, от этого темного Нечто, с которым ты обречен сражаться. Я не знаю, что это такое, не знаю, почему оно выступит против тебя. Знаю только, что так будет. И еще я знаю, что если ты пронесешь свой девиз до конца, то это и будет победа. Победа не только для тебя, Говард, но и для чего-то, что обязано победить, чего-то, благодаря чему движется мир, хотя оно и обречено оставаться непризнанным и неузнанным. И так будут отомщены все те, кто пал до тебя, кто страдал так же, как предстоит страдать тебе. Да благословит тебя Бог — или кто там есть еще, кто один в состоянии увидеть лучшее, высочайшее, на что способны человеческие сердца. Говард, ты встал на путь, который ведет в ад.
Когда волнуется желтеющая нива,
И свежий лес шумит при звуке ветерка,
И прячется в саду малиновая слива
Под тенью сладостной зеленого листка,
Когда росой обрызганный душистой,
Румяным вечером иль утра в час златой,
Из-под куста мне ландыш серебристый
Приветливо кивает головой,
Когда студеный ключ играет по оврагу
И, погружая мысль в какой-то смутный сон,
Лепечет мне таинственную сагу
Про мирный край, откуда мчится он, -
Тогда смиряется души моей тревога,
Тогда расходятся морщины на челе,
И счастье я могу постигнуть на земле,
И в небесах я вижу Бога...
Если, друг, тебе сгрустнется,
Ты не дуйся, не сердись:
Все с годами пронесется -
Улыбнись и разгрустись.
Дев измены молодые,
И неверный путь честей,
И мгновенья скуки злые
Стоят ли тоски твоей?
Не ищи страстей тяжелых;
И покуда бог дает,
Нектар пей часов веселых;
А печаль сама придет.
И, людей не презирая,
Не берись учить других;
Лучшим быть не воображая,
Скоро ты полюбишь их.
Сердце глупое творение,
Но и с сердцем можно жить,
И безумное волнение
Можно также укротить...
Беден, кто, судьбы в ненастье
Все надежды испытав,
Наконец находит счастье,
Чувство счастья потеряв.
ПРОРОК
С тех пор как вечный судия
Мне дал всеведенье пророка,
В очах людей читаю я
Страницы злобы и порока.
Провозглашать я стал любви
И правды чистые ученья:
В меня все ближние мои
Бросали бешено каменья.
Посыпал пеплом я главу,
Из городов бежал я нищий,
И вот в пустыне я живу,
Как птицы, даром божьей пищи;
Завет предвечного храня,
Мне тварь покорна там земная;
И звезды слушают меня,
Лучами радостно играя.
Когда же через шумный град
Я пробираюсь торопливо,
То старцы детям говорят
С улыбкою самолюбивой:
"Смотрите: вот пример для вас!
Он горд был, не ужился с нами:
Глупец, хотел уверить нас,
Что бог гласит его устами!
Смотрите ж, дети, на него:
Как он угрюм, и худ, и бледен!
Смотрите, как он наг и беден,
Как презирают все его!"
Зачастую человек сетует на свою жизнь, что дескать она не не такая хорошая и успешная, как у других. И глядя на других людей, более благополучных и более удачливых, завидует им и восклицает: «Отчего у меня такая жизнь тяжелая!?». А ведь такое разумение неверно, потому что с каждым происходит та жизнь, какая ему нужна для пользы душевной. С человеком происходит не самое худшее, как он порой думает, а самое лучшее из того, что могло бы происходить. Поэтому прежде всего человек должен осмотреться вокруг себя и понять, насколько он счастлив, как много Господь даровал ему благ Своих. Умение благодарить Бога за все, что имеешь, а главное не вслепую эту благодарность изливать, а истинно осознать, что действительно ты живешь благодатной жизнью — основа духовной жизни человека. Ведь коли человек не осознает тех благ, какие имеет, и просит еще больших, то зачем Богу давать большее, если человек еще не вступил в наследство, какое он уже имеет, какое ему уже дано?
Маскарад
Все хочешь ты иметь, а жертвовать не знаешь;
Людей без гордости и сердца презираешь,
А сам игрушка тех людей.
******
— Вы человек иль демон?
— Я? — Игрок!
******
— Но бог всевидящий Прости ее, благослови.
— Но я не бог, и не прощаю!
******
Плачь! Плачь — но что такое, Нина,
Что слезы женские? Вода!
Я ж плакал? Я, мужчина!
От злобы, ревности, мученья и стыда
Я плакал — да!
А ты не знаешь, что такое значит
Когда мужчина — плачет!
О! в этот миг к нему не подходи:
Смерть у него в руках — и ад в его груди
******
Жизнь — вечность, смерть — лишь миг!
Если Бог существует — во что я, правда не верю, — Он должен знать, что есть предел силам человеческим, преде человеческому пониманию. Ведь разве не Он создал этот мир со своей безнадежной неразберихой, с его ложью, наживой, нищетой, отчужденностью, несправедливостью, одиночеством. Несомненно, Он действовал из лучших побуждений, но результаты оказались давольно-таки плачевными. Итак, если Бог есть, Он должен быть снисходителен к тем своим творениям, которые хотят пораньше покинуть эту Землю, а может быть, даже попросить у них прощения за то, что заставил ходить по ней.
Когда они любили друг друга — то жадно и просто, то неспешно и изощренно, — всем существом Фандорина овладевало пронзительное, непередаваемое словами ощущение, что СМЕРТЬ ЕСТЬ. Он всегда, с раннего детства твердо знал, что жизнь тела невозможна без жизни души — этому учила вера, об этом было написано в множестве прекрасных книг. Но теперь, на двадцать третьем году от рождения, под падающей с неба луной, ему вдруг открылось, что верно и обратное: душа без тела тоже жить не станет. Не будет ни воскресения, ни ангелов, ни долгожданной встречи с Богом — будет нечто совсем другое, а, может, и вовсе ничего не будет, потому что души без тела не бывает, как без тьмы не бывает света, как не бывает хлопка одной ладонью.
На днях вы говорили о том, что по Европе бродит призрак нигилизма. Вы утверждали, что Дарвин превратил бога в атавизм, что мы убили бога точно так же, как сами и создали его когда-то. И что мы уже не мыслим жизни без наших религиозных мифологий. Теперь я знаю, что говорили вы не совсем об этом – поправьте меня, если я ошибаюсь, – но мне кажется, что вы видите свою миссию в демонстрации того, что на основе этого неверия можно создать кодекс поведения человека, новую мораль, новое просвещение, которые придут на смену рожденным из предрассудков и страсти ко всему сверхъестественному.
Серьезному человеку нужны друзья. Когда все рушится, у него остаются его боги. Но у меня нет ни друзей, ни богов. Во мне, как и в вас, живут страсти, и ничто не может сравниться со страстным желанием совершенной дружбы, дружбы interpares, среди равных. Что за опьяняющие слова — interpares, слова, в которых отрада и надежда для такого, как я, который всегда был одинок, который всегда искал, но никогда не встречал того, кто в точности ему подходит.
Иногда я изливал душу в письмах сестре, друзьям, но когда я сталкиваюсь с людьми лицом к лицу, я пристыжено отворачиваюсь.
В одном лесу жил-был медведь. Он в страхе всех держал.
Инакомыслящих зверей он на запчасти рвал.
Никто в лесу давным-давно медведю не дерзил,
И всякий кланялся ему, подарки подносил.
И слово против возразить ему никто не мог,
Медведь себе вообразил, что он и царь, и бог.
И вот, однажды, он решил за мёдом не ходить,
Сказал, что пчёлы этот мёд должны ему носить.
Но на медвежий наглый рёв сказали пчёлы: «Нет».
Для них медведь ни царь, ни бог и ни авторитет.
Медведь от злости закипел, вот-вот повалит пар.
И он на пасеку рванул, чтоб нанести удар.
Но пчёлы — это не хорьки, у них, один за всех.
Медведю пчёлы дали бой, ему, подпортив мех.
Он ноги кое-как унёс, за речку убежал,
В бинтах, в больнице целый год, замотанный лежал.
Хочу медведю дать совет, и будет он таким:
В чужой не суйся монастырь с уставом со своим.
Белая ворона или в меня влюблён даже Бог.
Свои чувства можно и нужно контролировать. Не они властвуют над нами, а мы над ними.
Начало любви всегда самое красивое. Хочется его смаковать, любоваться им и постепенно выпивать по крохотной капельке, чтобы оставить что-то на потом и как можно дольше растянуть удовольствие.
Мы вместе строим замки на песке, чтобы потом их смыло прибрежной волной.
Временами я похожа на вулкан. Могу одним махом уничтожить всё, что создавала годами.
Меня считают странной, подозрительной и ненормальной. Я же горжусь своими странностями и не пытаюсь соответствовать стандартам.
У нас тенденция: чем интереснее женщина, тем охотнее толпа готова окунуть её в грязь.
Я могу быть нежной, сладкой, неприступной, порочной, беспощадной, жестокой, колкой на язык и смертельной для врага, но при этом я всегда настоящая.
Почему за окном аномальный плюс, а внутри абсолютный ноль?
Что меняет точка отсчета, да и есть ли она вообще?
Мне сегодня приснилось, что я не сплю, а снимаю с тобой кино
О чем-то безумно нашем, о чем-то, что больше любых вещей.
Солнце выставил Бог, если верить цифрам, где-то в восьмом часу.
Камера двигалась тихо-тихо, чтобы не разбудить.
Я играла спящую кошку, которой ты приказал уснуть.
Кошка кажется спящей, на самом деле она за тобой следит.
В полдень внесли голубое небо, включили холодный свет,
Режиссер смотрел свысока и думал, что завтра, при монтаже,
Он разделит на быль и небыль этот фильм и заставит всех
Выбирать себе роли людей и кошек (читай: палачей и жертв).
Съемка закончилась ровно в полночь с боем Его часов.
Исчезли резкость и перспектива, включили ночной режим.
За окном тепло, и январь, похоже, видит все тот же сон,
О том, как в хрусталике объектива собирается наша жизнь.
Всем, пострадавшим от наводнения в Краснодарском крае. Крымск, Геленджик, Дивноморск. Светлая память погибшим. Немой укор тем, кто мог предотвратить, но не сделал этого.
— Мама, кругом вода!
— Да, мой хороший, да, там, под водой, беда, под водой искрят оголенные провода.
— Мама, она все выше!
— Смотри, смотри, лампа в воде горит, светится изнутри. Вода прибывает. Бог с тобой говорит.
— Мама, воды все больше, все льет и льет!
— Спи, мой хороший, земля свои слезы пьет.
Утром настанет другой високосный год.
Не наш високосный год.
Ну что за жизнь? — не жизнь, а геморрой!
Вот воскресенье — мой законный выходной
Будильник, сука, по ошибке зазвонил
Потом сосед, козлище, «засверлил»
Открыл окно, на голову грачи насрали!
Придурки под окном поссали
И голова трещит, лишь помнится — «давай, давай !»
О точно! Начну-ка день со слова — «наливай!»
1. Утро всё ближе и ближе. Тишина гробовая, ни звука! По морде будильничьей, вижу звонить собирается! Сука!
2. Кто рано встаёт, тому бог перфоратор даёт
3. Открыл окно, вскочив с постели, а сверху шлёп — кусок говна. Грачи — засранцы прилетели, а х@ли сделаешь — ВЕСНА!
4. Бросать окурки в форточку-дурной тон. Они могут упасть на хороших людей, которые ссут под окнами!
5. Не знаю кто это такой «Давай-Давай» но вчера за него так на бухались!
Когда ты слишком долго и слишком настойчиво просишь Бога о чем-то, Он дает тебе это. Есть, правда, одно маленькое, но существенное обстоятельство: то, о чем ты просишь, станет твоим только в тот момент, когда ты откажешься от намерения иметь это, когда угаснут твои последние надежды. Ты внутренне простишься, расстанешься, оплачешь и отпоешь свои надежды Все, конец. И то, что ты считал счастьем, будет стоять у твоего порога. И тогда ты узнаешь: то, о чем ты просил Бога, будет твоим вечным проклятием. Бог дает нам не то, что мы у него просим, а то, что Он считает для нас нужным.
Сегодня я видел человека, который сказал мне, что он Ангел. Вы мне можете не верить, но это так. Он и выглядел как самый настоящий Ангел, только без крыльев. И вот он сказал мне кое-что, что я хочу с вами обсудить. Он мне сказал: «Если ты не хочешь накликать беды, как бы тебе ни было трудно, никогда не призывай Бога в свою жизнь и вообще — не рассказывай Ему, что Ему следует делать». Это я помню дословно. И еще, когда я спросил его, зачем он пришел Я подумал, что он пришел совершить чудо — ведь он же Ангел. Он мне сказал — тут я дословно не помню: «Я не Ангел Смерти, иначе бы я сотворил чудо, какое надо человеку. Но пока я просто Ангел. Просто пришел, потому что меня вызвали».
ПОТОМКИ КАИНА
Он не солгал нам, дух печально-строгий,
Принявший имя утренней звезды,
Когда сказал: "Не бойтесь вышней мзды,
Вкусите плод, и будете, как боги".
Для юношей открылись все дороги,
Для старцев - все запретные труды,
Для девушек - янтарные плоды
И белые, как снег, единороги.
Но почему мы клонимся без сил,
Нам кажется, что кто-то нас забыл,
Нам ясен ужас древнего соблазна,
Когда случайно чья-нибудь рука
Две жердочки, две травки, два древка
Соединит на миг крестообразно?
Театр
Все мы, святые и воры,
Из алтаря и острога
Все мы — смешные актеры
В театре Господа Бога.
Бог восседает на троне,
Смотрит, смеясь, на подмостки,
Звезды на пышном хитоне —
Позолоченные блестки.
Так хорошо и привольно
В ложе предвечного света.
Дева Мария довольна,
Смотрит, склоняясь, в либретто:
«Гамлет? Он должен быть бледным.
Каин? Тот должен быть грубым »
Зрители внемлют победным
Солнечным, ангельским трубам.
Бог, наклонясь, наблюдает,
К пьесе он полон участья.
Жаль, если Каин рыдает,
Гамлет изведает счастье!
Так не должно быть по плану!
Чтобы блюсти упущенья,
Боли, глухому титану,
Вверил он ход представленья.
Боль вознеслася горою,
Хитрой раскинулась сетью,
Всех, утомленных игрою,
Хлещет кровавою плетью.
Множатся пытки и казни
И возрастает тревога,
Что, коль не кончится праздник
В театре Господа Бога?!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Бог» — 6 428 шт.
