Цитаты в теме «день», стр. 484
Я постучусь к тебе в душу непрошеной и незваной,
Пытаясь сложить в рисунок осколки былой мечты,
Чтоб стать не на день или вечер, а навсегда желанной,
Чтоб вместе идти по жизни, спасаясь от суеты.
Я постучусь к тебе в душу тихонечко, осторожно.
Если откроешь не сразу, то подожду у дверей,
Чтобы поверил и понял ты: счастье ещё возможно,
А вместе значительно легче, солнечней и теплей.
Я постучусь к тебе в душу ах, это лишь бред желаний.
Напрасно не беспокойся — уклад не нарушу твой.
Пройду, ступая неслышно, дорогой не встреч — прощаний,
Не зная, куда стучаться, ведь нету двери такой.
Ты спасал меня от скуки
В пору осени дождливой,
Одинокой, сиротливой
Твои губы, твои руки
Были, словно панацея
От сердечной непогоды.
Неудач отринув годы,
В счастье призрачное целясь,
Полюбить твою квартиру
Я пыталась терпеливо,
Так старательно, пугливо,
Пряча трепетную лиру.
Но в углах блуждали тени
Дней твоих, что стали прошлым —
Болью, снежною порошей,
Каруселями сомнений.
Трудно стать незаменимой —
Уходила, приходила,
Обижалась и шутила
Так хотелось быть любимой.
Ты извини, что вискаса в сумке нет.
Просто сегодня хотела напиться вдрызг.
Есть в холодильнике пара сырых котлет
И путассу. Это рыба - кошачий визг.
Надо - пожарю. А нет - так сырую сьешь.
Ты не бросай меня, Рыжий, а то умру.
Празднуем день идиотских пустых надежд?
Рыбой закусим горе, тоску, муру,
Сплин, одиночество, пошлое "не нужна",
Мысли о том, что жестоким бывает мир...
Знаю, не любишь ты запах и вкус вина.
Выброшу, хочешь? И купим сейчас кефир
Или сметану. Не пробовал? Бедный мой.
Знать, у тебя житуха - помилуй бог.
К черту помойку! Мурлыка, пошли домой?
Хряпнем кефиру и выведем на фиг блох.
Знаешь, о прошлом, правда, забыть пора.
Хватит унылой дурью сжигать нутро...
Голубь издохший - воздух и три пера.
Валим до хаты. И вместе начнем с зеро.
Опять, увы, бездарно прожит день.
Несбывшееся временем уносит.
Уходит, сдвинув шляпку набекрень,
Прочь от меня задумчивая осень.
Шурша широким шёлковым плащом,
Мурлыкая, что: "...нет плохой погоды".
Смотрю на дождь и думаю о том,
Что ждать весны ещё почти полгода.
А, впрочем, что мне проку с той весны?
Она для юных, чистых и наивных.
А мы давно циничны и умны.
Обходим грабли и не верим Грину.
Бездарно пролетевшие года...
Осыпались несжатые колосья.
Уходит, сдвинув шляпку, в никуда
От слёз моих задумчивая осень.
А по-моему, нет в печальной русской жизни более печального явления, чем эта расхлябанность и растленность мысли. Сегодня мы скажем себе: «Э! Все равно, поеду я в публичный дом или не поеду — от одного раза дело не ухудшится, не улучшится». А через пять лет мы будем говорить: «Несомненно, взятка — страшная гадость, но, знаете, дети семья » И точно так же через десять лет мы, оставшись благополучными русскими либералами, будем вздыхать о свободе личности и кланяться в пояс мерзавцам, которых презираем, и околачиваться у них в передних. «Потому что, знаете ли, — скажем мы, хихикая, — с волками жить, по-волчьи выть».
Где ты бродишь, моя хулиганка?
С кем ты ночи проводишь теперь?
Что сейчас у тебя за приманка?
Скольких ловишь на страхе потерь?
Скольким даришь пустые надежды?
Скольким лестью ласкаешь сердца?
Буду верить, ты та же, как прежде,
Та, чьего не забыть мне лица
С кем теперь ты воюешь, малышка,
За свое «я решу все сама»?
Кто теперь тот несчастный мальчишка,
Хитрым взглядом сведенный с ума?
Для кого ты теперь, моя радость,
Стала смыслом всех будущих дней?
Знал бы он, как же мало осталось
Называть тебя нежно своей.
Знал бы он, скольких ты погубила.
Знал бы он, как потом без тебя.
И какая нужна будет сила,
Выжить так безответно любя.
Живи одной весной со всем на свете,
Благословляй и радость и печаль, —
Так поступают мудрецы и дети,
Им в этом мире ничего не жаль.
Найди себе безмолвную обитель,
Укройся в ней от ярости и зла.
И там прости всех, кто тебя обидел
(Прости меня, коль я из их числа).
Душа созвучна звонам колокольным,
Молитвенному бдению цикад.
Живи благочестивым и довольным,
Как те, о ком в легендах говорят.
Познаешь путь, истоки и пределы,
Свой ум не вознося за облака
Коль до судов людских тебе нет дела —
Воистину судьба твоя легка.
Что начиналось с буквы «Л»
Теперь толкуют о деньгах
В любых заброшенных снегах,
В портах, постелях, поездах,
Под всяким мелким зодиаком.
Tот век рассыпался, как мел,
Который словом жить умел,
Что начиналось с буквы «Л»,
Заканчиваясь мягким знаком.
О, жгучий взгляд из-под бровей!
Листание сборника кровей!
Что было содержанием дней,
То стало приложением вроде.
Вот новоявленный Моцарт,
Сродни менялам и купцам,
Забыв про двор, где ждут сердца,
К двору монетному подходит.
Всё на продажу понеслось,
И что продать, увы, нашлось:
В цене всё то, что удалось,
И спрос не сходит на интриги.
Явились всюду чудеса,
Рубли раздув, как паруса,
И рыцарские голоса
Смехоподобны, как вериги.
Моя надежда на того,
Кто, не присвоив ничего,
Своё святое естество
Сберёг в дворцах или в бараках,
Кто посреди обычных дел
За словом следовать посмел,
Что начиналось с буквы «Л»,
Заканчиваясь мягким знаком.
Вечная песня... Визбор гениален
СЕРЁГА САНИН
С моим Серегой мы шагаем по Петровке,
По самой бровке, по самой бровке.
Жуем мороженое мы без остановки —
В тайге мороженого нам не подадут.
То взлет, то посадка, то снег, то дожди.
Сырая палатка и писем не жди.
Идет молчаливо, в распадок рассвет.
Уходишь — счастливо, приходишь — привет.
Идет на взлет по полосе мой друг Серега,
Мой друг Серега, Серега Санин.
Сереге Санину легко под небесами,
Другого парня в пекло не пошлют.
Два дня искали мы в тайге капот и крылья.
Два дня искали мы Серегу.
А он чуть-чуть не дотянул, совсем немного,
Не дотянул он до посадочных огней.
У каждого из нас в жизни есть свой такой Серёга... Увы.
А будет это так: заплачет ночь дискантом,
И ржавый ломкий лист зацепит за луну,
И белый-белый снег падет с небес десантом,
Чтоб черным городам придать голубизну.
И тучи набегут, созвездьями гонимы,
Поднимем воротник, как парус декабря,
И старый-старый пес с глазами пилигрима
Закинет морду вверх при желтых фонарях.
Друзья мои, друзья, начать бы все сначала,
На влажных берегах разбить свои шатры.
Валяться б на досках нагретого причала
И видеть, как дымят далекие костры.
Еще придет зима в созвездии удачи,
И легкая лыжня помчится от дверей,
И, может быть, тогда удастся нам иначе,
Иначе, чем теперь, прожить остаток дней.
И будет это так - заплачет ночь дискантом,
И ржавый ломкий лист зацепит за луну,
И белый-белый снег падет с небес десантом,
Чтоб черным городам придать голубизну.
Я вернулся
Здравствуй, здравствуй, я вернулся!
Я к разлуке прикоснулся,
Я покинул край, в котором
Лишь одни большие горы,
Меж горами перевалы, -
В том краю ты не бывала -
Там звезда есть голубая,
В ней угадывал тебя я.
Здравствуй, здравствуй, друг мой вечный!
Вот и кофе, вот и свечи,
Вот созвездье голубое,
Вот и мы вдвоем с тобою.
Наши дни бегут к закату,
Мы, как малые ребята,
Взявшись за руки, клянемся -
То ли плачем, то ль смеемся.
Здравствуй, здравствуй, милый случай!
Здравствуй, храбрый мой попутчик!
Разреши идти с тобою
За звездою голубою
И на рынок за хлебами,
И с корзиной за грибами
И нести вдвоем в корзинке
Наших жизней половинки.
27 июля 1976
Фанские горы
ДЕНЬ ЛЕТНЕГО СОЛНЦЕСТОЯНИЯ
Двадцать первого числа,
При немыслимом свеченьи,
При негаснущей заре
Мы плывем невесть куда,
Наблюдая за кормой
Летних вод перемещение,
Наблюдая за собой уходящие года.
Наш случайный коллектив,
Расположенный к остротам,
Расположен на борту
Небольшого катерка.
Комментируем слегка
Все, что нам за поворотом
Открывает сквозь июнь
Проходящая река.
Костерок на мокрый луг
Стелет дым горизонтальный,
Допризывники вдвоем
Ловят рыбу у реки.
Им бы Родину стеречь,
Строго вглядываясь в дали,
А они, представь себе,
Все глядят на поплавки.
И не важно, милый друг,
Все, что было накануне,
Все, что с нами совершат
Тишина и высота.
Только было бы всегда
Двадцать первое июня,
Только б следующий день
Никогда бы не настал.
Ты ведь иначе не смог бы, мой верный друг ?
Только вот так - по живому, сквозь смех и слёзы,
доверху крепкий душевный забив сундук
скарбом нехитрым отживших своё эмоций.
Что же, теперь один сможешь их достать,
ловкими пальцами горе - комедианта,
и перебрать ... а ,может быть, и продать,
если вдруг хватит терпения и таланта.
Если не хватит, брось на дороге дней,
выгребут/подберут - много людей досужих.
Карт не храни, петляй, заблудись сильней:
так поступают все, кто себе не нужен.
Пусть в ожидании новых ночей слепых
бьётся за рёбрами тихая неизбежность ...
Знаю , как больно и глупо, когда поддых
вдруг попадает своя же шальная нежность.
А днём, всё чаще, тянет закрыть глаза. Лучше б твоей ладонью, пахнущей горьким летом, и оказаться за гранью добра и света. И не вернуться назад, пока не закончится эта вендетта души моей с головою /обе пока не настроены поговорить со мною /. А ещё, иногда предаёт тело. Так, не обидно, по мелочи: вдруг, под утро, услышу твой запах и просыпаюсь от страха : что это, сон или явь ? До берега одиночества вплавь, из памяти, добираются самые отчаянные запахи, слова, жесты. Определяю им место возле душевной двери, чтоб не наглели. Но они, как умные звери, ведут себя так, что начинаешь им верить, и уже себе не находишь места. Я за сто этих дней стала сильней. Мало курю и почти не пью в одиночку. Скоро осмелюсь поставить точку в теме письма. Только вот, до сих пор, сама, чувствую боль твою, как свою.
Значит, пока ещё лю ... зЛЮсь/моЛЮсь/любЛЮ.
Что жизнь моя? да просто лишь мгновенье,
В, котором я ищу тебя, который год
Я не познала дня счастливого, забвения,
И лишь одна иду уверенно вперед,
А впереди тебя не видно,
Лишь лиц пустых попутно улицы полны,
И мне, наверное, немножечко обидно,
Что небом мы друг другу не даны.
А где ты есть, и собственно зачем?
Ведь мы так много время потеряли
Я веру потеряла уж почти совсем,
Мы так друг друга не узнали,в толпе людей,
Средь сотни глаз,
Я глаз твоих не вижу,
И где ты бродишь в этот час,
Ответа тоже не услышу.
Я больше всех тебя любила,
Оберегала, как могла,
Я, все что было, подарила,
Тебе, сыночек, отдала,
Растила тебя, как родного,
Хотя, ты не родной мне сын,
Взяла тебя, тогда, с детдома,
Что б не печалился один
Я на работе пропадала,
Что б заработать денег, впрок,
Но я совсем тогда не знала
Что будешь ты ко мне жесток,
Однажды, возвращалась я с работы,
Спешила поскорей домой,
Забыв про все свои заботы,
И дождь шел в день тот — проливной,
Переходила я дорогу
И как услышала едва
Не опознав души тревогу
Пронзила боль меня, сперва
Потом что было, я не знаю,
Я с неба на тебя смотрю
И слезы горькие роняю,
Дождем на голову твою,
А ты ведь не пришел ни разу
На кладбище цветочка не принес
И как не поняла я сразу
Что ты мой сын — да не всерьез.
Меня не стало позапрошлой ночью,
Когда оставил ты меня одну
Я так боялась этого дня, очень
И в боли бесконечной я тону.
Я метаюсь в комнате пустой,
Из угла в углы как тень,
Сердце я прошу тебя не ной
Ночь пройдет, наступит день.
Остановилось время, но часы идут
И стрелки бегают беспечно
Зачем они мне подло врут?
Минута длится бесконечно!
Меня не стало позапрошлой ночью,
Когда входная за тобой закрылась дверь
Мне было больно, больно очень,
Ты большей стал из всех потерь
Я умерла задолго до рассвета
И помешать мне в этом ты не смог,
Душа моя теперь блуждает где-то,
А может у твоих осталась ног.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «День» — 10 000 шт.
