Цитаты

Цитаты в теме «душа», стр. 155

Ты – в старой тетрадке, пропахшей песком и морем.
И буквы от ветра рассыпались вкривь куда-то.
А я улыбаюсь. Я даже почти не спорю.
Как часто не прав ты и как не желаешь сдаться!

А я улыбаюсь. Преграды твои нарушив,
Вхожу осторожно. Кружу, исполняя танец
На самом пороге, ведущем в родную душу
Под музыку снега а вдруг, наконец, растает?

Ты – в каждом кармашке моих заполошных строчек.
Там нет ни на йоту вакансий другим и места.
А я улыбаюсь: опять среди разных-прочих
Меня выбираешь. Однажды стрелял ты метко,

Охотник и ловчий, и снова попал в десятку.
Давай, о хорошем? Мне даже подумать страшно,
Что ты, заблудившись опять среди разных-всяких,
Забудешь и помнить о том, что на вечность старше.

А я улыбаюсь. Легенды слагают люди.
Но им, посторонним, совсем невдомёк И ладно!
Наш маленький остров, где кто-то кого-то любит,
Где, ты, улыбаясь, небрежно снимаешь латы.
Як і всі а порожнеча все більш проглядає крізь лиця,
Нас бидло лякає менше, ніж наша міліція,
І магазини зіяють, лякають собачими цінами,
Та нас не здолати і не зробити кретинами

Нас влада чавить законом, а також податками,
Ми душу і совість згубили в погоні за статками,
Дорога одна, але кожен крокує по різному,
Браття — то люди усі, та не кожен з мізками

Сидим вечорами в контакті, чекаєм покращення,
Нам брешуть банкіри, біг-борди і телебачення,
В нас бізнес і сатанізм — це слова синоніми,
Час прийде і здохнем усі тут неначе коні ми

А місто моє зелене, чарує квітами,
Але медецина нас врешті зробить каліками,
Робота, навчання, побут, що з нас зосталостя?
Боже, дай сили й бажання дожити до старості!

А я, як і всі крокую своєю стежиною,
А я, як і всі хочу просто зостатись людиною
Я зайвий в системі, як в череві паличка Коха,
Я — дрібна перлина в безмежному морі епохи.
Быть мужчиной — это не стрёмный ебальникc таким выражением, будто сейчас пёрднет. Мужчина — это не значит начальник, который достал всех своих подчиненных. Мужчина — это не бампер с деньгами, в грязной рубашке и вечно не бритый. Мужчина, он мудр и добр словно Гамми, с чистой душой нараспашку открытой. Мужчина, он честен, умен и прекрасен, роняет слова будто бы афоризмы. Он не обезьяна и не безобразен, ну разве что, если вдруг лишнего выпьет Мужчина, он не пошляк, он нормальный! А если пошлит, то на, то есть причины. Подумайте сами, ну разве бывает пошлость раздельно с нормальным мужчиной? Бывает, какая-нить дура вдруг скажет,что, мол, мужикам одного всем лишь надо,но это не правда, полнейшая лажа, она сто процентов несчастная баба. Говорят, настоящих мужчин сейчас нету, а где раньше были — глубокие трещины. Но, я вас прошу, это глупые сплетни, они все ушли просто к истинным женщинам.
Мужчина — тот же обычный парень,
Но с рядом внесенных модификаций,
По образу Бога он нашего спаян,
В нем ангел и черт, дибил и Гораций

Мужчина — это не бампер с деньгами,
В грязной рубашке и вечно не бритый.
Мужчина, он мудр и добр словно Гамми,
С чистой душой нараспашку открытой

Мужчина, он честен, умен и прекрасен,
Зерном афоризмов как бисером сыплет,
Он не обезьяна и не безобразен,
Ну разве что, если вдруг лишнего выпьет

Мужчина, он не пошляк, он нормальный!
А если пошлит, то, на то есть причины.
Подумайте сами, ну разве бывает
Пошлость раздельно с нормальным мужчиной?

Бывает, какая-нить дура вдруг скажет,
Что, мол, мужикам одного всем лишь надо,
Но это не правда, полнейшая лажа,
Она сто процентов несчастная баба

Говорят, настоящих мужчин сейчас нету,
А где раньше были — глубокие трещины.
Но, я вас прошу, это сплетни по ветру,
Они все ушли просто к истинным женщинам.
Оптимисты тоже грустят, правда, как-то иначе, по-своему. Когда листья с деревьев летят, они тоже льют слёзы солёные. Оптимистам дана печаль, но особенная — иная. И на каждом стоит печать, и у каждого доля лихая. Оптимисты не так уж просты и смеются, пусть плакать охота, пусть сирени цветут кусты, пусть ракетой мелькают годы. Оптимисты не верят в любовь, ни во что оптимисты не верят. У них просто горячая кровь, просто надо же что-то делать!? Оптимисты очень больны, потому что душа не корыто, потому что им в души плюют, от того они часто разбиты. Оптимисты страдают слегка, от обид и ужасной мигрени, а им бы, да в небо сигать! А им бы, да пива с пеной! Оптимисты вам всё простят, скажут: «Брат, да ну с кем не бывает» Только знай, оптимисты грустят! Так, как будто бы что-то знают, и когда сухарями хрустя, ты их встретишь с лицом довольным, то запомни — они грустят! Только как-то иначе, по-своему.
Витают по улице Гуччи и Кензо,
И люди по улицам бродят обильно.
Но нас с тобой глючит — реально, бомбезно,
Ведь я тебя сильно, и ты меня — сильно

Прости же нас, Боже, прости нас, Всесильный,
И дай нам свободы и силы жить дальше,
Подай с неба знак на убитый мобильный,
Подай нам любови, избави от фальши

За руки друг дружку, и вдаль по дорожке,
И я улыбнусь тебе в тридцать два зуба,
И вдруг назову тебя ласково: «крошкой»,
А ты назовешь меня ласково: «бубой»

Нас вечер согреет холодной луною,
Но прежде закат окропит алой дымкой,
Пусть люди уйдут, и мы души откроем,
И ночь нас укроет плащом невидимкой

И руки полезут под тонкую майку,
Язык с языком в греко-римской сплетется,
И сердце, гонящее импульсов стайки,
Одно на двоих поделить нам придется

И Бог нам на миг приоткроет порталы,
Где стразами небо покрытое стильно,
И мы растворимся в далеких анналах,
И я прошепчу как же я тебя сильно.