Цитаты в теме «глаза», стр. 252
Он бежит от нее, потому что с ней жизнь — на кусочки.
Его цель — убежать. И плевать, что будет потом.
На бегу понимает отчетливо, что обесточен,
Обессилен, ослаблен, разбит, кислорода лишен
Но бежит все равно. Он находит ее отражение,
Он меняет ей нос, форму губ и, конечно, глаза.
Аритмию меняет на ровное сердцебиенье.
Проживает. Живет. Существует. Не смотрит назад.
Он бежит от нее. Нелюбимо-любимое имя
Не впивается в сердце (забыл, что с корнями вросло).
Он смиряется с возрастом, ложью, висками седыми.
И с заменой неравной смиряется тоже. Назло.
Он бежит от нее. Так бегут, например, от цунами —
Без оглядки и в панике. Может быть что-то страшней?
Но, едва убежав, семимильными мчится шагами —
В направлении обратном.
Безумец. К единственной. К ней
У нас Наташа модница,
Ей нелегко приходится!
У Наташи каблуки,
Как у взрослых, высоки,
Вот такой вышины,
Вот такой ужины!
Бедняжка! Вот страдалица -
Идет, чуть - чуть не валится.
Малыш с открытым ротиком
Не разберет никак:
— Ты клоун или тетенька?
На голове — колпак!
Ей кажется — прохожие,
С нее не сводят глаз,
А те вздыхают: — Боже мой,
Откуда ты взялась?
Колпак, пиджак коротенький
И мамино пальто,
Ни девочка, ни тетенька,
А непонятно кто!
Нет, в молодые годы,
Не отставай от моды,
Но, следуя за модой
Себя не изуродуй!
Первая любовь
Каждый может догадаться —
Антонина влюблена!
Ну и что ж! Ей скоро двадцать,
А на улице весна!
Только звякнет телефон,
Тоня шепчет: — Это он!
Стала ласковой и кроткой,
Ходит легкою походкой,
По утрам поет, как птица
Вдруг и младшая сестрица
Просыпается чуть свет,
Говорит:- Пора влюбиться!
Мне почти тринадцать лет.
И Наташа на уроке
Оглядела всех ребят:
«Юрка? Слишком толстощекий!
Петя ростом маловат!
Вот Алеша славный малый!
Я влюблюсь в него, пожалуй».
Повторяет класс по карте,
Где Иртыш, где Енисей,
А влюбленная на парте
Нежно шепчет:- Алексей!
Алик смотрит огорченно:
«Что ей нужно от меня?»
Всем известно, что девчонок
Он боится как огня,
Он понять ее не в силах!
То она глаза скосила,
То резинку попросила,
То она вздыхает тяжко,
То зачем-то промокашку
Подает ему любя.
Алик вышел из себя!
Поступил он с ней жестоко
Отлупил после урока.
Так вот с первого свиданья
Начинаются страданья.
Мхами кутал нетвердый шаг
Синий вереск в сухом бору,
Где плутала всю ночь душа,
Да казнила себя к утру,
Что желаньями растеклась,
К ступе ладила помело,
По глаза закопалась в грязь
От отчаянья, всем назло.
Горько мутным держать ответ,
Там, где видишь себя в лицо.
Страшно вымолвить — Смерти нет!
Коль на пальце ее кольцо.
Оторочены облака
Бледно-розовой кисеей.
От далека, до далека,
Небо дышит сырой землей,
И тревожит огнями даль,
Что, как свечки, колышет лес.
Отлетает душа-печаль
Птицей серою в дым небес.
Когда тень превратится в дух,
Когда пламенем станет взор,
На заре промолчит петух,
Принимая зарю в укор.
Успокоится плачем страх,
Растворится в любви вина,
И оттает душа в слезах,
Понимая, что прощена.
Бой воли, ропот боли — азбука огня,
Пламя золотится на ветру.
Я не вижу звезд в олове дождя,
Может, распогодится к утру.
Полвека шел потехой, пел да отжигал,
И не собираюсь тормозить.
Только на душе шрамы в три ряда,
От такой простой работы жить.
Не утолить пламя в груди
Тем, кто пытался любить.
Учит терпеть боль на пути
К небу — работа жить.
А с теми, кто не в теме нечего делить —
Наши тропы к разным полюсам.
Близорукий марш, вялая возня —
Я слепцов читаю по глазам.
Не утолить пламя в груди
Тем, кто пытался любить.
Учит терпеть боль на пути
К небу — работа жить.
Слово для сердца надежней, чем небо для глаз —
Импульс начала и светоч предтечи конца.
Слово заблудшие души спасало не раз,
Слово разило неверных вернее свинца.
Семь миллиардов и тысячи тысяч до них,
Ждали у моря погоды, да славили муть.
Лишь единицам открылось, что ветер затих,
Чтобы огнем по земле проложить новый путь.
Серый пепел лет — Отзвук тишины.
Все, кто видел свет, оглашены.
Мир промежутков подобен стоячей воде,
Не то чтоб болото, но все же никак не река.
В мире задернутых штор нет приюта звезде,
Голый расчет при условии наверняка.
А над городом, солнце лучит заря,
Льет в мир золото силою тропаря,
Меж тем в топоте тают остатки сил
Тех, кто ропотом
Жил, слова не ведая.
Пыл тьмы проповедуя.
Век коротали в разгулы отеком лица,
Комкали Слово, купелью считая кровать,
Сором пустой болтовни наполняли сердца,
И гибли в тупом нежелании хоть что-то менять.
Не улыбайся жалобно. Зачем?
Мы всё уже с тобой обговорили,
И в мире не осталось больше тем,
Где были б варианты: или — или.
Ты думаешь, мне просто отрезать?
Я не хирург, чтоб так вот, по живому
Не надо мне заглядывать в глаза —
Я б даже пса не выгнала из дому.
Не спрашивай напрасно. Решено
Не здесь, не мной Но я сказала слово,
Которое готовила давно.
И для меня оно звучит не ново.
И только ты — «обманываться рад»
Но я-то правдолюбием страдаю.
Ты думал добрести до райских врат,
Но мы с тобой давно идём по краю.
За ним обрыв, поверь мне, это так,
Пора придать реальности значение.
Не надо ни осад и ни атак —
Порою лучший выход — отступление.
Пускай мечтой останется мечта,
Недостижимым светом с небосвода.
Подумай, что, наверно, неспроста
Сегодня — очень лётная погода.
Уже прощаться, видимо, пора,
Труба зовёт, и скатертью дорога
И двое — обнялись среди двора,
Едва сойдя с родимого порога.
Сцепили руки вкруг горячих тел,
В груди — огонь, зато — мороз по коже.
А двор, что по - октябрьски поредел,
Не укрывает их от глаз прохожих.
Шуршит вокруг опавшая листва,
Дробят асфальт калёные набойки
Но что им чьи-то взгляды, и молва,
И запах застоявшейся помойки,
И маятники тоненьких ветвей
Берёзы, отмеряющих минуты
И вихрь — беду верёвочкой завей —
Заплёл на их ногах тугие путы.
Не проникают запах, цвет и звук
В мирок нерасторжимого объятья.
Не расцепить замок застывших рук
Роденовской скульптуры с юной статью
И видит ясно автор этих строк,
От ветра укрываясь за стеною:
Неумолимый времени поток
Влюблённых обтекает стороною.
Вот слово «нет», и в поисках значений
Мой черный кот, как маятник полночный,
Спешит на рандеву пересечений,
Пересекая нить пути заочно,
Чтобы взглянув на чистую бумагу,
Не осознать предчувствия, при этом,
Чуть замирая перед каждым шагом,
Высматривать отсутствие приметы.
У слова «нет» так много толкований,
Пять сотен «да» и тысяча «возможно»,
Мой черный кот к полуночи устанет
Искать ответы в лабиринтах сложных
От немоты беззвучных интонаций,
До тишины не сказанного слова,
Пытаясь, безусловно, разобраться,
В чужих глазах запутавшись, условно.
В своих лесах мы заблудились оба,
У слова «нет» не может быть оттенков.
Мой кот пути пересекает, чтобы
Уснуть под утро на твоих коленках.
Я из черного теста,
Из пепла войны,
И стихи мои,
Как погорельцы, грустны.
Лишь закрою глаза,
И опять я – малец,
В неокрепшее темечко
Метит свинец.
И несет почтальон
На потертом ремне
Безотцовщину черную
Брату и мне.
******************
Никогда не забуду,
Как во время войны
Из картошки из мерзлой
Мать пекла деруны.
Деруны на олифе
И сластят, и горчат,
*******************
Но и этому рады
Я и старший мой брат.
Мы сидим в одеялах,
За окошком мороз.
Письмоносец соседке
«Смертью храбрых...» – принес.
И она прибежала к нам –
Белее стены.
Мать ее утешает...
И горят деруны.
*******************
Война прошла, прошла война,
Но барабанным перепонкам
Казалась странной тишина,
Обманчивой, чрезмерно полной.
На кровью политых полях
Уже пшеницу убирали,
Но все еще в госпиталях
Солдаты наши умирали.
Вы сидели в манто на скале,
Обхвативши руками колена.
А я — на земле,
Там, где таяла пена,-
Сидел совершенно один
И чистил для вас апельсин.
Оранжевый плод!
Терпко-пахучий и плотный
Ты наливался дремотно
Под солнцем где-то на юге,
И должен сейчас
Отправиться в рот
К моей серьезной подруге. Судьба!
Пепельно-сизые финские волны!
О чем она думает,
Обхвативши руками колена
И зарывшись глазами в
Шумящую даль?
Принцесса! Подите сюда,
Вы не поэт, к чему вам смотреть,
Как ветер колотит воду по чреву?
Вот ваш апельсин! И вот вы встали.
Раскинув малиновый шарф,
Отодвинули ветку сосны
И безмолвно пошли под
Скалистым навесом.
Я за вами — умильно и кротко.
Ваш веер изящно бил комаров —
На белой шее, щеках и ладонях.
Один, как тигр, укусил вас в пробор,
Вы вскрикнули, топнули гневно ногой
И спросили: «Где мой апельсин?»
Увы, я молчал. Задумчивость,
Мать томно- сонной мечты,
Подбила меня на ужасный поступок
Увы, я молчал!
Это я зависима?
Не болтайте глупости!
Я хоть раз из Интернета
Выйти не смогла?
Пропадаю сутками
С мышкой на компьютере?
О, не лезьте в душу мне,
Это лишь мечта, что глаза?
Ну, красные, узкие, уставшие,
Так ведь возраст виноват,
А не Интернет
Просьбы игнорирую?
Надо будет, выполню!
Только дело важное
Предъявите мне.
Если что? Не может быть
Связь нарушит кто-нибудь?
Ну, наверно, два часа
Как-то проживу
Только гада этого,
Если где-то встречу я,
То его по косточкам
Точно разберу!
Мам, время не лечит.
Время совсем не лечит.
Мне не понятны цели его и роли.
Только чуть — чуть становится мне полегче,
Следует в вену порция новой боли.
И я взрываюсь, на хрен, опять слезами.
Только услышу голос, на твой похожий.
Или в толпе встречусь с тобой глазами,
А это не ты — просто чужой прохожий.
По выходным езжу к тебе в гости.
Кладу на могилку цветы,
А на стол — конфеты.
Это единственный в мире к тебе мостик?
Может ты мне сумеешь сказать: где ты?
Ты мне приснись: будто сидим за чаем.
И ты одета странно, не по погоде.
Я задаю вопросы. Ты отвечаешь.
И боль уходит. Боль навсегда уходит.
А ты такая счастливая, прям из света.
Я тебе глажу руки, целую щечки.
Я буду ждать в своих снах твоего ответа.
Мам, до свидания. Твоя дочка.
И берешь себя в руки. Как-будто в твоих руках
Успокоится буря, отсрочится чей-то суд.
И душа в твоем теле безоблачна и легка.
И бездонная память — прозрачный пустой сосуд.
Нет в ней больше осколков и пепла. И нет вины.
И тебе все до фени, до лампочки, до звезды.
А вокруг бесконечность, умноженная на сны,
По которым на волю уходят твои следы.
Голоса неразборчивы. Сколько их там в тебе?
Они глуше и глуше. Стихают уже в дали.
И идешь себе с Богом по миру, где правит бес,
И все то, что от Бога, безбожно в тебе болит
А вокруг столько глаз. Только кажется — ни души.
Потому что они занавесили зеркала.
И не чувствуешь святость, покуда не согрешишь.
А она изначально ты помнишь? В тебе была.
И твой внутренний хаос — обычная дань войне,
На которой от пули не спрячешься за слова
Если выбраны цели — кощунственно о цене.
И берешь себя в руки. И молишься, что жива.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Глаза» — 5 802 шт.
