Цитаты в теме «игра», стр. 10 ▷ Socratify.Net

НЮ — это искусство. Раскрывайте изящество формы, нежность текстуры, передавайте тонкую игру света и тени — только так можно запечатлеть красоту человеческого тела в фотографии.

— Жизней много — игра одна!

Жизнь — как шахматная партия. Только чёрные не совсем чёрные, а белые не совсем белые. Неважно, сколько фигур ты потерял. Игра продолжается, пока Королю не объявили шах и мат.

Моя игра основывается на импровизации. Очень часто у нападающего не хватает времени на раздумья. У тебя есть секунда, реже дольше, чтобы решить ударить, обвести или отдать пас.

В хорошей игре, любое сражение можно выйграть словами.

Вся мудрость мира имеет один источник, всё остальное это игра слов.

Нет, не любовь жестока, а мы. Любовь не игра, ее превращаем в игру мы сами.

— Как можно больше спорта, игр, увеселений — пусть человек всегда будет в толпе, тогда ему не надо думать. Организуйте же, организуйте всё новые и новые виды спорта, сверх организуйте сверх спорт! Больше книг с картинками. Больше фильмов. А пищи для ума всё меньше. В результате неудовлетворённость. Какое-то беспокойство. Дороги запружены людьми, все стремятся куда-то, всё равно куда. Бензиновые беженцы. Города превратились в туристские лагери, люди — в орды кочевников, которые стихийно влекутся то туда, то сюда, как море во время прилива и отлива, — и вот сегодня он ночует в этой комнате, а перед тем ночевали вы, а накануне — я.

Предположим, что ты принимаешь участие в игре-шоу и выигрываешь. В качестве приза тебе предлагают выбрать или набор мебели для гостиной из пяти предметов фирмы «Бройхилл» стоимостью три тысячи долларов, или десятидневное путешествие по красивым местам Европы. Большинство людей предпочли бы мебель поездке. Просто в награду за свои старания человек желает иметь нечто такое, что можно показать другим. Вспомните фараонов с их пирамидами. Поэтому-то, если у выигравшего даже уже есть именно такой набор мебели, какой предлагают в качестве приза, он все равно выберет его, а не путешествие.
Я хочу, чтобы мы с вами были такими людьми, которые выбрали бы поездку в Европу.

А ты, думаешь, мне так легче,
Каждый раз ощущать вину,
Вспоминая тебя под вечер,
Поднимая внутри волну...

А ты думаешь, как коварна я,
Что двойную веду игру,
Что я лживая, неблагодарная,
Ищешь, где же тебе я вру?

Обвиняешь меня в жестокости,
Что молчу, не пишу, не звоню,
Зависаешь в своей одинокости
И страдаешь, а вдруг изменю?

Прекрати, перестань, пожалуйста,
Ты издергал меня и себя,
Не пытайся давить на жалости,
И начать все опять с нуля...

Извини, это все иллюзии,
И, хоть стал ты давно, как брат,
Но другими мы связаны узами,
Без надежды на результат...

И чем дальше, тем все бессмысленней,
И все гуще, дремучей лес,
И все тише внутри, без жизненней,
И все меньше, увы, чудес...

А привыкнуть, прости, не получится,
И тем более рядом жить...
Это больно...Так стоит ли мучиться?
Постарайся скорей забыть!

— Что ты делаешь, когда в игре тебя сбивают или полосуют на кусочки?
— Перегружаюсь и иду по-новой.
— Вот именно. К этому быстро привыкаешь. Веришь, что смерть обратима
— Она и так обратима.
— и всегда можно начать заново. Вместо ярости остаётся азарт. Вместо ненависти — честолюбие. Вместо страха — обида. Ты можешь быть асом в лучшем пилотажном симуляторе, но грохнешь свой корабль на первой же посадке. Можешь быть снайпером лучше мршанцев, но не подстрелишь врага даже из интеллектуальника. Ни один профессионал не играет в игры.

Я долго жил среди взрослых. Я видел их совсем близко. И от этого, признаться, не стал думать о них лучше.
Когда я встречал взрослого, который казался мне разумней и понятливей других, я показывал ему свой рисунок №1 — я его сохранил и всегда носил с собою. Я хотел знать, вправду ли этот человек что-то понимает. Но все они отвечали мне: «Это шляпа». И я уже не говорил с ними ни об удавах, ни о джунглях, ни о звездах. Я применялся к их понятиям. Я говорил с ними об игре в бридж и гольф, о политике и о галстуках. И взрослые были очень довольны, что познакомились с таким здравомыслящим человеком.

Идея и заветы Пьера де Кубертена (отца-основателя Олимпийских игр – прим.) по-прежнему удивительно современны, являясь философией олимпийского движения. Эта философия многогранна и мудра, и каждый находит в ней для себе самое главное. Для меня особенно важны такие идеи, как стремление людей к совершенству и объединению, так как именно мирное соревнование является благородной основой олимпийского движения.
Это как никогда актуально в современном мире, который, открывая безграничные возможности для человека, одновременно оказывается раздираемым конфликтами, противоречиями и противостояниями. Но я оптимист и уверен в светлом будущем международного олимпийского движения.

Однажды Великого Магистра Ордена Часов Попятного Времени Мабу Калоха спросили: «Почему ты столь безмятежно улыбаешься, когда играешь в карты и проигрываешь? »
«Потому что когда я выигрываю, я остаюсь самим собой, а когда проигрываю, превращаюсь в своего соперника и испытываю его радость», — объяснил Магистр Маба Калох.
Его ученики долго обдумывали и обсуждали услышанное. Им показалось, что испытывать чужую радость — это великое достижение, и они стали практиковаться. Через дюжину лет многие Магистры Ордена Часов Попятного Времени умели испытывать чужую радость. А еще через две дюжины лет это ушли даже Орденские послушники.
Ради практики они каждый вечер посещали трактиры, где шла игра, и постепенно спустили на ветер всю Орденскую казну, которая и без того была невелика.
Когда Магистр Маба Калох узнал о состоянии казны, он не стал упрекать своих учеников, только кротко улыбнулся и сказал: «А теперь испытайте-ка мое настроение».
После этого все Магистры Ордена Часов Попятного Времени лупили друг друга до наступления ночи.

— Чувство вины — это все равно что мешок тяжелых кирпичей, да сбрось-ка их с плеч их долой А для кого ты таскаешь все эти кирпичи? Для Бога? В самом деле, для Бога? Так позволь открыть тебе маленький секрет про нашего Бога. Ему нравиться наблюдать, он большой проказник: он дает человеку инстинкт, дарит этот экстраординарный подарок, а потом, ради развлечения для своего ролика космических трюков, устанавливает противоположные правила игры. Это самый жестокий розыгрыш за все минувшие века: смотри — но не смей трогать, трогай — но не пробуй на вкус, пробуй — но не смей глотать И пока ты прыгаешь с одной ноги на другую, что делает он? — хохочет, так что его мерзкая задница вот-вот лопнет от натуги, и он — закомплексованный ханжа и садист, он просто рэкетир, и поклоняться такому Богу — никогда.
— Лучше царствовать в Аду, чем служить на небесах?
— А почему нет? Здесь, на земле, я погружен в ее заботы с сотворения Мира, я приветствовал каждую новинку, которую мечтал заполучить человек, я помогал ему во всем и никогда не осуждал. Более того, я никогда не отвергал его, несмотря на все его недостатки; я фанатично влюблен в человека; я гуманист, быть может, последний на Земле. Кто станет отрицать, если только он не выжил из ума, что двадцатый век был исключительно моим веком! Ведь этот век, Кевин, от альфы до омеги, мой; я достиг апогея силы; теперь мой звездный час, наш звездный час

Имя Бога

Веер цветения, шелест теней...
Пронизывает плоскости света,
Преступающие за возвращение...

В прикосновение падают руки...
Если можешь, назови себя, сердце,
Надо мною склоняясь и не помня себя от любви...
Подобно подобию,
Приметам возвращающихся,
Монетам, брошенным в воду
Между ожиданием и совпадением....ты и я.

Вымолвить чтение чтения,
Имеющих знак и сторону....
Люди танцуют, как свечи на ветру,
Огонь призывает мотыльков,
Указывая им путь откровения.
Жизнь блистающей крови,
Суть пустоты – сад, сквозящий узором,
И свеча, притягивающая мотыльков...
Образ ясности - это штрих мгновения,
Где белое и черное - всегда начало различия.
Метафора... отражение.
Жизнь изображений осыпавшихся мгновений...
Вечность, к которой мы спешим, находится повсюду.
И некуда идти.
Мгновение распускается как цветок....
Это и есть момент встречи...
Кровь, ведомая тяготением вымолвить Бога.

Странные пересечения,
Где нет ни одной надписи.
Каждый тающий облик,
Где ткется признание предвкушения вечности.
Где трава и шепот сверчков...
Где свет вложен в тень, как ода...
Листва и шум, где рассказ о нас начинается за пределами рассказа.
Мера желания - отречение от того, что было сказано за мгновение до...
Словесная опора и ветер, огибающий ее.
К чему применимо имя времени?
Искажение идеальности Словаря...полустёртые шрифты...
Как долго и упорно меня обучали другие искусству умирать.

Нет ни одного сравнения, которое не опоздало бы к тебе....
Блеск и пустота, ткань восхищения единого бога,
Игра в игру....
И двое, отказавшиеся играть,
Произнесшие имя Бога вслух,
Люблю.

— Мне кажется, я начинаю разбираться в этом.
— Серьёзно? Все, что я понял за эти два часа, это то, что американские мужики обожают пиво, бегают по маленькому чаще обычного и у них проблемы с эрекцией.
— Смотри игру, а не рекламу, Радж!

Работа — это то, что человек обязан делать, а Игра — это то, чего он делать не обязан. Поэтому делать искусственные цветы или носить воду в решете есть работа, а сбивать кегли или восходить на Монблан — забава.

Россия тягостно инертна...
В азартных играх тьмы со светом,
И воздаётся лишь посмертно,
Её убийцам и поэтам!

Не во всякой игре тузы выигрывают.