Цитаты в теме «лес», стр. 40
Что встретил в пути Берен, с какими трудностями столкнулся, – неизвестно. Ведомо лишь, что в Дориат он добрался поседевший и согбенный, словно провел в дороге многие годы. Но вот однажды летом, бродя светлой лунной ночью в лесах Нелдорета, он повстречал дочь Короля, Лучиэнь. Стоило ему увидеть дивный силуэт, танцующий на вечно-зеленом холме возле Эсгалдуина, как перед очарованием волшебного видения разом отступили, забылись усталость и муки, перенесенные в пути, ибо волшебно-прекрасна была Лучиэнь, прекраснее всех Детей Илуватара в этом мире. Синий, как вечернее небо, плащ струился за спиной Лучиэнь, мерцая золотым шитьем; темные волосы, словно сгустившийся сумрак, волной ниспадали на плечи, и искрились серые глаза, словно сумерки, пронизанные светом звезд. И вся она была волнующимся бликом в листве, голосом чистых звенящих струй, жемчужным сиянием туманов вечерней земли; нездешним светом, мягким и таинственным, озарено было лицо Лучиэнь.
можно было вообразить, что у тебя есть все то, что показывают по телевизору, — вроде любви, ранчо в лесу с лошадкой, и новехонького джипа, и ребенка, и любящей тебя жены, которая касается твой щеки, когда ты приходишь домой, так нежно, что ты знаешь, что живет она только тобой. А когда ты идешь по лесу или городу, перед тобой расстилается путь, и ты всегда знаешь, в какую сторону идти, и ничего никогда перед тобой не выскакивает, тебя не останавливает и не выбивает из жизненной колеи, потому что ты находишься там вместе с ним, ты часть всего этого, и ты ничего не упустил. Телевизор, когда ты смотришь в него, — это твое зеркало.
Взгляни на нее, на эту землю, которую бог дал ее обитателям. Разве не ясно, что вся она со своими растениями и лесами предназначена исключительно для животных? Что найдется на ней для нас? Ничего. А для них все: пещеры, деревья, листья, родники — жилища, еда и питье. Так что привередливые люди вроде меня никогда и не могут чувствовать себя здесь хорошо. Довольны и удовлетворены только те, кто приближается к животным. А как же прочие — поэты, утонченные или беспокойные души, мечтатели, исследователи? Ах, бедняги!
Поверхность Земли, на которой мы живем, тверда. Леса, долины, скалы. Но если проникнуть под зеленую поросль, спуститься под земную кору – там горячо, там кипит расплавленная магма, сердце Земли. Именно магма – источник силы и духа, эта бесформенная, раскаленная материя и есть внутренний пламень, составляющий суть всякой формы. Белое, как алебастр, прекрасное человеческое тело тоже содержит в себе этот пламень, оно оттого и прекрасно, что пламень просвечивает сквозь кожу! Знайте же, Штрассер, что эта магма движет миром, придает мужество бойцам, заставляет ставить на кон собственную жизнь, наполняет сердца юношей жаждой славы, вспенивает кровь всякого удальца, идущего в сражение. Нас с Адольфом объединяет не что-то конкретное, земное. Человек как физический объект всегда сам по себе, люди могут сходиться и расходиться, могут предавать друг друга. Нас же сплавляет воедино бесформенная магма, кипящая глубоко под земной корой
Невольно я подумала – а стала бы я ждать Данте, если бы случилось так, что мир требовал бы от него большего внимания, чем собственная жена и дети? Если бы мне пришлось коротать годы в затерянной посреди леса избушке, каждый вечер зажигать свечу у окна, с трепетом ожидая – не застучат ли по утоптанной тропе конские копыта? Не заскрипят ли доски на старом, добротном крыльце, не стукнет ли входная дверь, впуская в домашнее тепло столь давно ожидаемого хозяина? Сумела бы я сохранить такую же беззаветную веру в его возвращение, как Элия?
Не знаю.
Но не могу сказать, что не попыталась бы. Пока есть ради чего бороться, есть кого ждать у окна
Есть кого любить.
Вот такая осень. Ни дать, ни взять
У нее какой — то особый шарм.
А внутри меня, сквозняком скользя,
Затерялась где — то моя душа.
Улетели за море журавли,
Позабыв кленовую рыжесть лап.
А она, сердечная, не болит.
Словно я всегда без нее жила.
Когда мне осталось одно весло,
И никто, никто не сказал " прости».
Во мне словно что — то оборвалось
И с тех пор, наверное, все летит
Мне — никак. Ни капельки. И ничуть.
У меня броня из " o'key», " welkome»
Но ищу ее, до сих пор ищу.
Только вот не знаю зачем и в ком
А у леса осень сдает зачет
Золотых не пройденных середин.
Я давно потеряна и не в счет.
Но душа, найдешь ее — пощади.
Мы — дети любви, пропавшие в дебрях
Дремучих славянских лесов
С крестом на груди, с повадками зверя
И с дерзостью бешеных псов.
Опричник и вор, святой да охальник,
Учитель да пьяный палач —
Трех коней гоним по лесу вскачь.
Мы верим в Христа, в счастливое завтра
И в лешего с Бабой-Ягой,
Жалеем слонов с далекой Суматры
И ближних пинаем ногой.
Мы терпим нужду, томимся богатством
И ищем потерянный след
В ту страну, где не бывает бед.
Там, там, там вечное лето,
Там, там, там вольная жизнь.
Там Господь каждому даст конфету
И позовет в свой коммунизм.
Мы ценим других, читая некролог
У серой могильной плиты
И топчем живых — мол век наш не долог —
На всех не найдешь доброты.
Мы наших врагов венчаем на царство
И ждем благодати с небес:
Там потом будет не так, как здесь.
Там, там, там вечное лето,там, там, там вольная жизнь.
Там Господь каждому даст конфету
И позовет в свой коммунизм.
Я люблю судьбу свою,
Я бегу от помрачений!
Суну морду в полынью
И напьюсь,
Как зверь вечерний!
Сколько было здесь чудес,
На земле святой и древней,
Помнит только темный лес!
Он сегодня что-то дремлет.
От заснеженного льда
Я колени поднимаю,
Вижу поле, провода,
Все на свете понимаю!
Вот Есенин - на ветру!
Блок стоит чуть-чуть в тумане.
Словно лишний на пиру,
Скромно Хлебников шаманит.
Неужели и они - Просто горестные тени?
И не светят им огни
Новых русских деревенек?
Неужели в свой черед
Надо мною смерть нависнет,-
Голова, как спелый плод,
Отлетит от веток жизни?
Все умрем. Но есть резон
В том, что ты рожден поэтом.
А другой - жнецом рожден...
Все уйдем. Но суть не в этом...
Что вспомню я?
Все движется к темному устью.
Когда я очнусь на краю,
Наверное, с резкою грустью
Я родину вспомню свою.
Что вспомню я? Черные бани
По склонам крутых берегов,
Как пели обозные сани
В безмолвии лунных снегов.
Как тихо суслоны пшеницы
В полях покидала заря,
И грустные, грустные птицы
Кричали в конце сентября.
И нехотя так на суслоны
Садились, клевали зерно,-
Что зерна? Усталым и сонным,
Им было уже все равно.
Я помню, как с дальнего моря
Матроса примчал грузовик,
Как в бане повесился с горя
Какой-то пропащий мужик.
Как звонко, терзая гармошку,
Гуляли под топот и свист,
Какую чудесную брошку
На кепке носил гармонист...
А сколько там было щемящих
Всех радостей, болей, чудес,
Лишь помнят зеленые чащи
Да темный еловый лес!
Вошел он в комнату ко мне
И сел к роялю.
И с гор потоками камней
Прелюд роняет.
Вот на басах зеленый тон
Проснулся в роще.
И стал пейзаж со всех сторон
Ясной и проще.
Кузнечиками быстрых нот
Под солнцем скачет.
В речной волне водоворот
Звенит и плачет.
И вот на княжеских балах
Летит под крышу.
И в золотых колоколах
Я песню слышу.
И как яблоню трясут
С веселым свистом.
Осенний сад шумит, как суд
Над пианистом.
Но поздно, поздно! Белый зал
Былой столицы
Аккорды, словно красный залп
По белым лицам.
И снова полудремный лес —
Ромашки, маки,
И звон косы и синь небес,
И лай собаки.
И темнота, и в темноте
Огонь от спички,
В далекой, черной тишине
Шум электрички.
От ветра занавески шелк
Заколыхался.
Он встал, закрыл рояль, ушел,
А я остался.
Смотрю на тебя и не верю,
Как может природа создать,
В такой ослепительной мере
Такой красоты благодать.
Как можно из атомов почвы
И легких молекул небес
Слепить этот профиль неточный
И стан, отрицающий вес,
И речи, как скрипка с органом,
На фоне шумящих лесов,
И ум, ироничный и странный,
Подвижный, как стрелка весов,
И руки, плывущие грустно,
По правилам северных птиц,
И губы, твердящие устно,
Пробелы мудреных страниц.
Как жаль, что любые портреты
В движении, сидя и в рост,
Не смогут скопировать это,
Оттенки и глаз, и волос,
А голос из света и влаги,
И музыки прежних времен,
Значками на нотной бумаге
Не может быть запечатлен.
Чисты, совершенны движенья,
Как съемка замедленных крыл.
Я думаю, эти решения
Господь не один находил.
НЕХОЖЕНАЯ ДОРОГАДве дороги расходились в желтом лесу,К сожалению, я не мог идти двумяИ,будучи одиноким странником, долго я стоял,Смотря на одну из дорог настолько далеко, насколько мог,Как она петляет, исчезая в перелеске.Но я выбрал другую, нехоженую почти,Полагая,что она приведет меня к цели.Дорога была покрыта травой, которая была почти не примята,Но стоило бы там не раз пройти,И по этой дороге пошли бы другие.Две дороги лежали предо мной в то утро.Ни одного свежего отпечатка ног не было ни на одной.Первую дорогу я решил отложить на следующий раз!Хотя и видел, куда она ведет,Я сомневался, не нужно ли мне будет возвращаться.Я говорю об этом со вздохом,Говорю сквозь проносящиеся века.Две дороги расходились в лесу,Я выбрал ту, по которой почти не ходили,И в этом была вся разница.
Скучаю
Я скучаю по лесу,
По березам, дубам колдунам,
По просторам лесным.
Где часами бродила,
Лес весной-молодая пора,
Ах как хочется петь,
Птичьи трели кругом,
Пробуждение души,
Вот и лето в лесу,
Утром, с первыми лучами,
Запах ягод дурманит,
Он так манит меня,
Завлекая меня и маня,
Бесконечными своими дарами.
Вот и осень настала. Лес багряным
Нарядом укрылся и туманы стоят,
Золотая пора как люблю у реки посидеть.
Лесу отдыхать наступает пора.
Вот и Осень прошла наступила зима.
Как пьянит запах хвои и мороз не почем.
Я часами брожу по заснувшему лесу.
До весны попрощаюсь я с ним.
Разорвал молчание колокольный звон,
Мне в который раз уже снится тот же сон,
Как икона бледная, в небесах луна,
Маленькая девочка среди звёзд одна.
Шепчут губы детские, глядя в небеса,
И примолкли жуткие тёмные леса.
Ангелы, как голуби, кружатся над ней,
А на крыльях ангелов тысячи огней.
От молитвы девичьей расцвели сады,
Растворились мёртвые вековые льды,
Маленькая девочка в звёздном храме сна: —
Чем ты озабочена, почему грустна,
Что ты просишь, девочка, небо?— Говорю.
Не прошу, помилуйте, я благодарю!
Мне в который раз уже снится тот же сон,
Слышу голос девочки, как церковный звон,
Она держит звёздную ожерелья нить,
Учит не просить меня, а благодарить!
Как часто мы учим тому, что самим не под силу,
За правду свою всех волков в стае света порвём,
И с сальными лицами ходим поститься уныло,
И сами себе, что так надо! бессовестно врём.
Поклоны бьём в церкви, лобзая иконы при людно,
Плевать, что сказал нам Учитель: лишь тайное Мне!
И в Библию тыча перстом, возмущаемся судно,
Но чудо ли то, что воды слишком много в вине?
Кто прав, кто не прав может это решать всё же Богу?
За веру рвём глотки, кичимся, что мы — не как те!
И лес вырубая, ненужную строим дорогу,
Услужливо ищем поддержку своей правоте.
Кто прав, кто не прав предоставьте решать это Богу,
Чья вера важней разберётся, поверьте, без нас,
В отличие от нас Он не судит заблудших так строго,
Но спросит и с тех, и с других в предназначенный час.
Просил одного: возлюбите себя и друг друга,
Кто душу положит за брата, тот Бога узрит,
А мы ни на шаг от закона — от рабского плуга,
Но Он своих блудных овец от бесчинства хранит.
Шиповник
Назад мы вернемся на несколько лет,
Узнаем печальной легенды сюжет
В дальней станице казачка жила,
Богатством была лишь ее красота,
Казак приглянулся, влюбилась девица,
Но счастью не долго, над ними, кружиться
Она приглянулась еще одному,
Что был атаманом в том дальнем краю
Вскоре на службу парень уходит,
А атаман все за девицей бродит,
На все предложения слышит отказ
Слугам, своим, отдает он приказ
Темною ночью, похитив девицу,
До свадьбы ее запирают в темнице,
Все же в день свадьбы она убегает,
В лесу от сердечной тоски погибает
Где девушка с жизнью окончила счет
Душистый кустарник с шипами растет.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Лес» — 907 шт.
