Цитаты в теме «москва», стр. 17
— Алё Ларису Ивановну хачу. * * *— Пойдём ресторан, туда-сюда потанцуем * * *— Валик-джан, я тебе один умный вещь скажу, но только ты не обижайся: ты и она не две пары в сапоги * * *— Слущий, какой нормальный человек в Москву без денег приедет? Ну пошёл в ресторан туда-сюда, закусил и кончил. * * *— Садитесь, пожалуйста.— Спасибо, я пешком постою * * *— Такую личную неприязнь я испитываю к потерпевшему, что кушать не могу! * * *— Я так думаю! * * *— Что вы можете сказать по поводу данного инцидента?— Я все могу рассказать. Этот — Потерпевший.— потерпевший открыл дверь, а Валико-джан — Подсудимый.— а подсудимый сказал: «Здравствуй, дарагой». А потерпевший сказал: «Извините, я в туалет хочу». А она вискочился на улица и кричала «Милиция, милиция». А я сказал: «Валик-джан, пошли домой». И пошли
Между ними лежит полоса,
Между ними длина расстояний,
Он обычный курсант,
Но в душе генерал-майор,
И за то что б увидеть её
Он продал бы все состояние,
Покорил бы Москву,
Париж и взорвал бы Нью-Йорк
Она мучает календарь
И вычеркивает глупые цифры,
Даже Бог под устал
От ее каждодневных молитв,
Если б папа узнал,
Он тогда б непременно ей всыпал,
А она как ни в чем не бывало
Пьет чая уже третий литр
А ему тяжело, ну просто невыносимо!
А ему б подождать!
Но ждать уже нету сил!
Увидел бы думает
Взял бы да изнасиловал!
Без спроса бы взял!
Обнял бы и не отпустил!
Ей бы плюнуть на всех
И на вся обложив их чертями!
Она думала так иногда,
Но лишь иногда,
Ей хотелось исчезнуть уйдя
Как-то ночью путями,
В тот тоннель где в конце
Превращается в свет темнота
Она сядет за стол
И станет возится с тетрадью,
Черпая слова словно жемчуг
Из райских озёр,
Она любит его.
Три точки.
Иначе не катит,
Он обычный курсант.
Но в душе генерал-майор.
Половины этого города просто не существует. По моему мнению, пространство внутри Садового кольца вечерами превращается в некое подобие компьютерной игрушки, населенной людьми-пустышками. Когда-то они были нормальными людьми, у них были мечты, «души прекрасные порывы», проблемы и жизненные заботы. Но затем, в какой-то момент, они поняли, что легче превратиться в персонажей гламурных журналов, героев и героинь танцпола, фей подиума и ресторанных рыцарей ножа и тарелки. Превратить свою жизнь в атмосферу круглосуточной вечеринки и стать теми самыми рекламируемыми на всех углах «ночными жителями». Постоянные лучи софитов отучили их глаза воспринимать дневной свет, лампы солярия сделали невозможным нахождение на дневном солнце, тонны парфюмерии и косметики вкупе с наркотиками и диетами постепенно иссушали их тела, а актуальные журналы и развлекательное телевидение сделали то же самое с их мозгом. В конце концов они превратились в тени людей, в некое подобие невидимок, которые могут выходить из дома только в ночное время суток, когда искусственное освещение скрывает то, что под оболочкой из макияжа, платья «Prada», джинсов «Cavalli» или костюма «Brioni» — скрыта пустота. Именно поэтому вы никогда не встретите их днем на улицах Москвы. Боязнь, что кто либо увидит, что под темными очками «Chanel» нет никаких глаз, а их лица просто нарисованы, заставляет их оставаться днем дома. День — время людей, тогда как ночь — время мумий.
Я давно оставил на полях сражений все свое здоровье, все свои нервы, чувства и мечты. Вон они, посмотри, лежат между стульев и столиков, на пустых тарелках и в перевернутых бокалах. Да и сами поля сражений уже заросли травой. Сколько их ушло за это время? Джаз кафе, Циркус, Джусто, не выдержал даже старик Цеппелин. Это Наполеону потребовалось четыре года, чтобы пройти путь от Маренго, через Пирамиды и Москву к Ватерлоо. Здесь людям хватит и года за глаза, никаких вышеперечисленных мест не нужно посещать, хватит и одной Москвы, все зависит от того, хороший ли у тебя дилер.
Ты не чувствуешь? Я же лузер. Конченый мудак с позами провинциального актеришки. Я шут гороховый, готовый стебаться над всеми, в том числе над собой. Я с детства быстро устаю от игрушек, мне тут же что нибудь новенькое подавай. Я и жизнь свою проматываю этой ежедневной погоней за развлечениями. Я же бегу сам от себя, мне самому с собой скучно, тошно и мерзко. Даже в редкие моменты веселья я жду не дождусь, когда же наконец вернется ко мне моя единственная любовь — ДЕПРЕССИЯ. Я очень нервничаю, когда она задерживается, и с радостью падаю в ее объятия, когда она возвращается, чтобы тотчас же начать с ней бороться. Я себя когда-нибудь раскачаю на этих качелях до смерти. Голова уже кругом идет, скоро совсем отвинтится к чертовой матери. Я уже разучиваюсь понимать, когда мне весело, а когда грустно. Не жизнь, а муть какая-то.
В результате, столь необходимое Сибирскому правительству признание его всероссийскою властью не последовало, что лишило Россию возможности учавствовать в заключении Версальского договора и не позволило заключить налаживавшийся американский заем. Но, чтобы не не обманываться иллюзиями, надо признать, что ни то, ни другое, т. е. признание и заем, не изменили бы конечного результата Сибирской Белой борьбы. Не в иностранцах, а в нас самих лежали причины неуспеха. Так же точно можно лишь теоритечески расуждать о недостатках и даже иногда преступности в деятельности министерства внутренних дел и финансов. Не от работы этих министерств зависел конечный исход борьбы, даже если бы во главе их стояли такие великаны мысли и опытка, как Столыпин и Витте. Центр тяжести, несомненно, находился в области ведения военных операций. Победа на фронте, занятие Москвы и изгнание из Кремля красной нечисти разрешили бы сразу все вопросы и, естевсвенно, аннулировали бы самое существование сибирских министров, ибо в Москве им делать было бы нечего.
Когда в Москве стихает шум и гомон,
Когда рассвет редеет голубой,
Я выхожу к себе во двор, как будто лирик или вор,
И на свидание иду с тобой.
А ты не ждешь меня и не скучаешь
Ты сладко спишь на пятом этаже.
И Пироговка под окном течет к пруду с монастырем,
И птицы ранние поют уже.
Москва, Москва, в сиреневом и белом,
Москва, Москва, весенняя Москва!
Мы всю насквозь тебя пройдем,
В ладони дождика нальем,
И выпьем стоя за тебя, Москва!
Я просочусь к тебе сквозь талый сумрак,
И нам никто не сможет помешать
В оконный вылететь проем и над
Москвой парить вдвоем,
И сонным воздухом одним дышать.
Но нас поймут лишь дворники и кошки,
И у кого окно горит в ночи —
Не спящие ученые, и все, как мы, влюбленные,
И никому не нужные врачи
Москва, Москва, в сиреневом и белом,
Москва, Москва, весенняя Москва
Мы всю насквозь тебя пройдем,
В ладони дождика нальем
И выпьем стоя за тебя, Москва!
Очень разный город!
Москву можно любить или ненавидеть,
Но безразличным к ней не быть никогда!
— Есть много интересных игр. Города, например. Я вот «Москва» говорю, ты значит на «а», Астрахань, например, а ты, значит, на «н», Новгород. Говори, Федя.
— А чё я?
— Ну, говори на «д».
— Воркута.
— Почему Воркута?
— Я там сидел.
В ресторане, сев за столик, Мэтью сказал:
— Я тебя, наверное, подвел. Ты ослепительна, а я в джинсах и своем вечном черном блейзере, только рубашку поменял.
Варя и бровью не повела, только посмотрела на него чуть затуманенным взором, полным восхищения.
— Как ты ошибаешься. Это Москва, Мэтт. Тут женщин ценят только за красоту. А мужчин — только за успех. Лишь очень успешный и уверенный в себе мужчина может прийти в ресторан с красивой женщиной, одетой по-вечернему, а сам при этом быть в джинсах. Иного я от тебя и не ожидала. Если бы ты пришел в костюме, да ещё, не дай бог, с галстуком Hermes, ты бы меня разочаровал. Так одеваются лишь мужчины, которые стараются доказать, что они — кто-то.
Женщины жарки, мужчины жалки.
Дети желанны мне скоро тридцать.
Гляжу, на глаза натянув ушанку,
В синее небушко Аустерлица.
Мне скоро тридцать. такую цифру
Нельзя опустить. подводя итоги,
Я замечаю: проблемы с циклом -
То ли гормоны чудачат, то ли
Простая усталость; Москва жиреет -
На карте собою Ижевск закрыла;
Смышленым лютиком в оранжерее
Расту, воспитав ощущение тыла
До уровня нормы; внутри копаясь,
Я стала видеть кусок вселенной
И понимать, что порезать палец -
Намного смелее, чем резать вены,
Пачкая кафель мне скоро тридцать.
Три ноль в мою пользу крутые бедра.
Вот только отвыкнуть бы материться
И можно сразу рожать ребенка.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Москва» — 339 шт.
