Цитаты в теме «океан», стр. 21 ▷ Socratify.Net

Небесный океан прекрасен и могуч,
Я снова слышу его грозные раскаты.
Бушует шторм, когда из бездны туч,
К земле стремятся его огненные скаты.

Я мечтаю, чтобы русские солдаты омыли свои ноги теплой водой Индийского океана. Чтобы там были базы отдыха, лагеря для молодежи, санатории, профилактории.

— Мы пойдем купаться в океане?
— Давай поговорим об этом, когда у меня перестанет раскалываться голова.
— Почему у тебя раскалывается голова?
— Вчера немного перебрал вина.
— Зачем ты пьешь вино, если тебе от него плохо?
— Люди не любят гребаных умников, Джейк!
— С тебя доллар. Ты сказал «гребаные».
— Вот, возьми двадцатку – до обеда должно хватить.

Привет, это я. Знай, я только что бросился в океан, потому что не могу жить без тебя. Нет, я не из океана звоню.

Я надеюсь, что переберусь через границу, надеюсь увидеть своего друга и пожать ему руку, я надеюсь, что Тихий океан такой же голубой, каким он мне снился, я надеюсь

Знаешь, что мексиканцы говорят про Тихий океан? Говорят, что у него нет памяти.

— Парагвай разве граничит с океаном?
— Понимаете, Мисс Свайн, Парагвай — маленькая, но очень гордая страна. И поэтому он с кем хочет, с тем и граничит.

Вот эта маленькая родинка на нежной спине океана и есть остров Святой Елены.

Тина: Я беременна! Я бы так хотела описать каково это Это
Эрин: Хорошо, мы можем себе это представить.
Тина: Раньше, в древние времена, женщины посвящали себя только этому. Ты становишься ходячим домиком, уединяешься, как высиживающая яйца, курица.
Элис: Короче, вы собираетесь пропустить закрытую вечеринку на самой известной яхте на всём тихом океане и пойдёте домой высиживать яйца?! Я правильно вас поняла?
Бэтт: Да, именно так. Ты не ослышалась, Элис.

Мы все используем разные вещи, чтобы отвлечься от сложностей, от реальности Никто не спрашивает себя, кто я и от куда никто не думает о том, какого труда стоит кем-то стать, вытащить себя из этого океана боли, из которого нам приходится выбираться

Сэр, ведь я моряк. Там, откуда я родом, нет океана. Только грязные фермы и упрямые мулы. Ни один уважающий себя моряк не станет зарабатывать на жизнь погоняя мулов.

Спросите анестезиологов, и они расскажут вам, что сознание человека, спускающегося по лестнице, ведущей от жизни к смерти, изменяется сотни раз. При помощи наркоза пациента опускают всего лишь на десятую ступеньку, а под ней лежит целый океан неуловимых градаций, исследовать которые не удавалось еще никому.

— Наверное, из твоего окна открывается вид на океан?
— Иногда.

— Cпроси у меня: какой глубины океан?
— Зачем?
— Затем, что я знаю ответ.
— И какой он глубины?
— Я тебе не скажу.
— Все, моя жизнь сломана.

Хвала отчаявшимся. Если бы не мы,
То кто бы здесь работал на контрасте.
Пока живые избегают тьмы,
Дерутся, задыхаются от страсти,

Рожают новых и берут взаймы,
Мы городские сумрачные власти.
Любимые наместники зимы.
Хвала отчаянью. Оно имеет ген

И от отца передается к сыну.
Как ни пытались вывести вакцину —
То нитроглицерин, то гексоген.
В больницах собирают образцы, ну

И кто здоров и хвалит медицину — приезжий.
Кто умрет — абориген.
Хвала отчалившим. Счастливого пути.
Погрузочный зашкаливает счетчик

На корабле — ко дну бы не пойти,
У океана слабый позвоночник.
В Ковчег не допускают одиночек,
И мы друг к другу в гости к десяти

Приходим с тортиком.
Нас некому спасти.
Хвала Отчизне. Что бы без нее
Мы знали о наркотиках и винах,

О холоде, дорогах, херувимах,
Родителях и ценах на сырье.
Отчаянье, плоди неуязвимых.
Мы доблестное воинство твое.

СЛОВНО ДЫМ

Разметав по ветру грезы,
Заклеймив позором слезы,
Я сегодня очутилась
По ту сторону любви.

В бег по кромке океана,
Через занавес тумана,
Ты меня, убийца-нежность,
Больше в сети не лови.

Истина давно не в моде,
Я хочу хмельной свободе
Рассказать, как глупо было
Продавать ее за грош.

Налегке, без мыслей мутных,
Без раскаяний попутных
Из дневного рациона убираю
Пряность-ложь.

Нет вины, вина, угара,
Нет сейчас бесценней дара,
Чем поймать осколок солнца в
Хмурой злобе наших зим.

Я тоску сдавлю руками,
Пусто цветы чувств меж нами
Вырву с корнем, растворившись
И растаяв, словно дым.

Потерпи, и ты пройдёшь —
минешь, кончишься, избудешь
в смене праздников и буден
смоет всё вчерашний дождь.
Статуэтку оригами,
оборотную Луну
может, тоже утону
в том, что не случится с нами.
Пересохшая гортань,
кошки, что скребут по крыше
ты как будто был, и вышел —
из себя, потом за грань.
Я не спрашиваю — как?
знаю, штилево, удобно,
океан внутриутробно
всё штормит в моих стихах.
Сумасбродства позади,
ты ушёл, и стало тихо.
Это раньше я — трусиха,
а сейчас иди! Иди.
Что же, не уходишь, ждёшь —
легион, частица, милли
Это всё мы проходили,
потерпи, и ты пройдёшь.

Яркий лоскутик счастья
перешиваю снова
Просто кусочек жизни —
по сантиметру вспять.
Сон — нежный, дивный мальчик
девственен и нетронут,
Летом весну нелепо,
кажется, догонять.
Сказки всё только сказки
слабое утешенье,
Да, соглашусь, конечно,
даже тебе кивну.
Буду и отражением,
хочешь, и отторжением
Днём — белым дивным Ангелом,
ночью уйду ко дну.
Лучше? — Не надо лучше!
лучше быть равновесной
Снова? Мачеха-память снова
тащит тебя на круг
Хочется быть в осадке —
так тяжело быть взвесью!
Плетью-переплетеньем тем, что лишилось рук
Здесь невозможно шагом,
даже ползком лишь вдохом.
«Переведи!» — нелепо
Каждому свой Майдан —
через отрезок Жизни,
через Любви эпоху,
через пустыню Гоби —
в Тихий пасть океан

Заткните телефон, долой часы
Пускай за кости не грызутся псы
Рояли тише, барабаны об,
Умершем плачьте и несите гроб.
Пусть самолет кружа и голося,
«Он умер» впишет прямо в небеса.
Пусть креп покроет шеи голубей над головой
И чёрные перчатки наденет постовой.
Он был мне север, юг, восток и запад он,
Шесть дней творения и субботний сон,
Закат и полдень, полночь и рассвет,
Любовь, я думал, будет вечной — яки бред!
Не надо, звёзд не нужно ни черта,
Луну в чехол и солнце на чердак
Допейте океан, сметите лес,
Всё потеряло всякий интерес.

Бывают вечера, когда небо мне кажется пустыней, звёзды — холодными мрачными покойниками, трупами в этом безжизненном бессмысленном мироздании, только мы одни мечемся в одиночестве на нашей маленькой захудалой провинциальной планете, как в глухом городишке, в захолустье, где нет воды, темно и даже не останавливаются скорые поезда
Но бывают вечера, когда всё небо полно жизни, когда если хорошенько прислушаться, слышно, как на каждой планете шумят леса и океаны Фантастические океаны! Бывают вечера, когда всё небо полно таинственных знамений, словно это живые существа, рассеянные по разным планетам, которые смотрят друг на друга, угадывают, дают знаки, ищут друг друга