Цитаты в теме «религия», стр. 29 ▷ Socratify.Net

Человек всецело поддерживает религию до тех пор, пока не побывает в по-настоящему религиозной стране. После чего он начинает всецело поддерживать канализацию, машины и минимальную заработную плату.

Единая Богооткровенная истина представлена в разных версиях, которые порой кажутся противоречивыми. В Шримад-Бхагаватам говорится: для того чтобы вылечить больного, лекарство можно упрятать в конфету. Так, ради блага невежественных людей совершенная истина иногда преподносится в виде обычной религии, допускающей компромиссы с мирскими устремлениями.

Сущностью религии является мораль.

Как-то раз я беседовал с атеистом.
— Я атеист, — сказал атеист, — мой долг противостоять религии. И противостоять Богу!
— Так ведь Бога нет, — говорю. — Как можно противостоять тому, чего нет? Тому, что сам же и отрицаешь?..

Самостоятельное индивидуальное мышление — вот первородный грех в иудейской, христианской и исламской религиях. Оно саботирует попытки властей упорядочить и структурировать хаос.

Религия есть познание Бога. Наука есть познание вселенной. Но с ещё большим основанием можно утверждать, что религия научает познавать Бога в его сущности, а наука — в его деяниях; таким образом, обе приводят к Богу.

Где было больше всего так называемой "положительной религии", всегда было меньше всего нравственности.

Ты можешь много чего изучать, но свою принципиальную политику лучше держи при себе. Это то же самое, что распинаться о том, что якобы Бога нет и говорить это тому человеку, которому религия помогает жить. Попробуй скажи это какому-нибудь исламисту, и он тебя просто зарежет ножом. Если ты считаешь себя убеждённым атеистом, держи это при себе. А если ты начинаешь это говорить для всех, ты просто выглядишь тупым ослом. Вот и всё, не более того.

Религия одной эпохи - литературное развлечение следующей.

Армяне всегда жили под властью правителей, служивших отличной от армянской религии. В результате они превратились в людей, скрывающих свои мысли, чувства и намерения, превратились в мошенников и лжецов.

Мне кажется, что все религии — это лишь разные двери в один и тот же дом. Иногда я верю, что этот дом существует, иногда нет.

Легко относиться к религии с сарказмом.

Я бы и соврала, но минус моей религии в том, что мы не можем.

Нет ничего более выгодного, чем религия. Пока ты говоришь о Господе, тебе прощают любые поступки.

коснуться пальцами, начать волшебный бег, срастаться мыслями, телами, даже нервами
Ты — самый долгожданный человек, который лишь вчера обыкновенным был
а руки вожделеют обладать какое натяжение спирали! — как нелегко становится дышать, стремительно летя по вертикали притиснуться, прижаться и спаять срастаются кусочки по живому и пару тысяч будней разменять, не сожалея, лишь за вдох истомы!
Ты — пульс весны, Ты — тоненькая нить, Ты — крылья, Ты — тяжёлые вериги
Ты, искушая, мог благословить
меня, мой бог, свободный от религий.

Соня разрыдалась истерически, отвечала сквозь рыдания, что она сделает все, что она на все готова, но не дала прямого обещания и в душе своей не могла решиться на то, чего от нее требовали. Надо было жертвовать собой для счастья семьи, которая вскормила и воспитала ее. Жертвовать собой для счастья других было привычкой Сони. Ее положение в доме было таково, что только на пути жертвования она могла выказывать свои достоинства, и она привыкла и любила жертвовать собой. Но прежде во всех действиях самопожертвования она с радостью сознавала, что она, жертвуя собой, этим самым возвышает себе цену в глазах себя и других и становится более достойною Nicolas, которого она любила больше всего в жизни; но теперь жертва ее должна была состоять в том, чтобы отказаться от того, что для нее составляло всю награду жертвы, весь смысл жизни. И в первый раз в жизни она почувствовала горечь к тем людям, которые облагодетельствовали ее для того, чтобы больнее замучить; почувствовала зависть к Наташе, никогда не испытывавшей ничего подобного, никогда не нуждавшейся в жертвах и заставлявшей других жертвовать себе и все-таки всеми любимой. И в первый раз Соня почувствовала, как из ее тихой, чистой любви к Nicolas вдруг начинало вырастать страстное чувство, которое стояло выше и правил, и добродетели, и религии; и под влиянием этого чувства Соня невольно, выученная своею зависимою жизнью скрытности, в общих неопределенных словах ответив графине, избегала с ней разговоров и решилась ждать свидания с Николаем с тем, чтобы в этом свидании не освободить, но, напротив, навсегда связать себя с ним.

— Что такого природа дает нам? Разве она не жадна, не разрушительна, не жестока, не непостоянна и не совершенно черства? Не замечали ли вы, что она лучше всего умеет убивать и калечить? Разве вы не видите, что зло — ее естественный элемент? Что ее творческие порывы только наполняют мир кровью, слезами и горем.
— Она — наша мать!
— Какая мать тратит столько своей энергии, причиняя страдания, беспощадно и систематически убивая собственных детей? Стоит только бросить взгляд на эту вашу «мать», и станет понятно, что она создает только, чтобы уничтожить. Все, что она делает, так это убивает! А мы — ее дети! Так почему же, мы, должны вести себя иначе? Я убил бы такую мать!
Что же касается Бога Природа, по крайней мере, существует независимо от нашей воли, наших желаний. А Бог Он просто создан из человеческих страхов и надежд.
Люди всегда были несчастны. И они всегда боялись. Они ищут причину бед и надеются остановить свои страдания. И они породили такую химеру, как Бог, в надежде, что он исполнит их желания!
Бог — не более, чем химера, рожденная нашими опасениями и слабостью.
— Но религия преподает нам
— Что говорит христианская догма, об этом вашем могущественном Боге? Что ваша религия говорит о нем? Все, что я вижу, так это непостоянное и варварское существо, создавшее однажды мир, чтобы потом только и сожалеть об этом. Слабое существо, неспособное сотворить человека таким, как он хочет!
— Но если бы бог создал нас совершенными, зачем нам надо было бы стараться быть достойным спасения?
— Какая банальность! Почему бы людям, не быть достойным их Бога? Создать нас неспособными к злу это было бы деянием, достойным Бога! Но давая человеку свободу выбора, вы даете ему искушение. Бог в его бесконечной мудрости должен был знать, куда это ведет. Он вводит в заблуждение существ, созданных им, исключительно для собственного развлечения! Такой Бог ужасен! Такой Бог чудовищен! Такой Бог вреден! И он заслуживает только нашей ненависти и мести!

Представляете, мир без религии: мусульмане не будут убивать евреев, христиане не будут взрывать клиники абортов Мир будет прекрасен!.. Без Бога.

Чем ближе религия к монотеизму, тем она бесчеловечней, а из всех религий именно ислам навязывает самый радикальный монотеизм.

Скорость — наша религия. Мы наркоманы. Только вместо дорожки у нас двойная сплошная, вместо баяна – педаль газа, а вместо нирваны – красная зона на тахометре. Наш финиш – это линия горизонта.