Цитаты в теме «шум», стр. 15
В МИНУТЫ МУЗЫКИ
В минуты музыки печальной
Я представляю желтый плес,
И голос женщины прощальный,
И шум порывистых берез,
И первый снег под небом серым
Среди погаснувших полей,
И путь без солнца, путь без веры
Гонимых снегом журавлей
Давно душа блуждать устала
В былой любви, в былом хмелю,
Давно понять пора настала,
Что слишком призраки люблю.
Но все равно в жилищах зыбких —
Попробуй их останови! -
Перекликаясь, плачут скрипки
О желтом плесе, о любви.
И все равно под небом низким
Я вижу явственно, до слез,
И желтый плес, и голос близкий,
И шум порывистых берез.
Как будто вечен час прощальный,
Как будто время ни при чем
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.
Я всегда искал путь к жизни,
Где будет радость, тишина, покой.
Крутил в сознании глухие механизмы,
И прикрутился неожиданно домой.
И вот приехал, здесь около недели,
Давно не то, чего я долго ждал.
Скрипят уныло старые качели,
И двор уже не тот, каким его я знал.
И что же? Видимо опять в дорогу!
Опять вокзальный шум и суета,
Я в городе своем чужой, ей богу.
Иная сердце греет красота.
Быть может, я противник постоянства?
А может не нашел тот самый путь.
Пусть мой поступок сродни хулиганства,
Но некуда мне больше повернуть.
Ложиться тяжкий груз на плечи,
И хочется купить билет туда,
Где раны все мои залечит,
Не сон, не время, а новая, другая красота.
Вошел он в комнату ко мне
И сел к роялю.
И с гор потоками камней
Прелюд роняет.
Вот на басах зеленый тон
Проснулся в роще.
И стал пейзаж со всех сторон
Ясной и проще.
Кузнечиками быстрых нот
Под солнцем скачет.
В речной волне водоворот
Звенит и плачет.
И вот на княжеских балах
Летит под крышу.
И в золотых колоколах
Я песню слышу.
И как яблоню трясут
С веселым свистом.
Осенний сад шумит, как суд
Над пианистом.
Но поздно, поздно! Белый зал
Былой столицы
Аккорды, словно красный залп
По белым лицам.
И снова полудремный лес —
Ромашки, маки,
И звон косы и синь небес,
И лай собаки.
И темнота, и в темноте
Огонь от спички,
В далекой, черной тишине
Шум электрички.
От ветра занавески шелк
Заколыхался.
Он встал, закрыл рояль, ушел,
А я остался.
В морском прибое, в шуме сосен,
В глухой тональности дождя,
И в кликах журавлей под осень,
И в том, как слово произносит
Впервые малое дитя,
Во всхлипах (стонах, междометиях),
В потоках и лавинах гор,
В любом предмете и сюжете,
Во всех пределах и столетиях
Живут мажор или минор.
Есть звукоряды чистых тембров —
Чугун колоколов и сталь,
Ель тонкой деки и хрусталь,
А город — хаос пот и темпов,
Его тональность не проста.
И если выдастся минута
Беспечной грусти, праздных дум,
Прислушаюсь тогда к чему-то,
Что рядом прозвучит лишь смутно,
Как легкий и неясный шум,
И в соразмерность ритма доли
Я приведу по мере сил,
И к звукам горечи и боли
Добавлю радости и воли,
И шум берез или осин.
И ощущаю повторение
Из бессознательной глуши
Мелодии стихотворения,
И выбираю направление
Потока мысли и души.
Милая, слышишь, я руки вздымаю —
Слышишь: шуршит даже и это подслушают, знаю:
В ночь одиночества кто-то не спит.
Милая, слышишь движенье страницы:
Это полеты нарушенных дум
Милая, слышишь, как никнут ресницы:
Мнится, и это — волнующий шум.
Шорох неясный, и робкий, и краткий
В сдавленной дали рождает волну,
В шелк тишины закрепит отпечатки,
Небо и землю ласкает в плену.
Вздох мой колышет звезду голубую,
Облаком легким всклубя;
Все ароматы в себя я в колдую,
Ангелов лунных я в небе волную;
Только одну я не чую — тебя.
Я учился траве, раскрывая тетрадь,
И трава начинала как флейта звучать.
Я ловил соответствия звука я цвета,
И когда запевала свой гимн стрекоза,
Меж зеленых ладов проходя, как комета,
Я-то знал, что любая росинка — слеза.
Знал, что в каждой фасетке огромного ока,
В каждой радуге ярко стрекочущих крыл
Обитает горящее слово пророка,
И Адамову тайну я чудом открыл.
Я любил свой мучительный труд, эту кладку
Слов, скрепленных их собственным светом, загадку
Смутных чувств и простую разгадку ума,
В слове правда мне виделась правда сама,
Был язык мой правдив, как спектральный анализ,
А слова у меня под ногами валялись.
И еще я скажу: собеседник мой прав,
В четверть шума я слышал, в полсвета я видел,
Но зато не унизил ни близких, ни трав,
Равнодушием отчей земли не обидел,
И пока на земле я работал, приняв
Дар студеной воды и пахучего хлеба,
Надо мною стояло бездонное небо,
Звезды падали мне на рукав.
Тот, кто рядом со мной, не выносит сцен,
Терпелив и нежен, в который раз
Он глядит на меня, и тревоги тень
Чуть заметна в морщинах у самых глаз.
Тот, кто рядом, привычно заварит чай,
Добавляя в него мяту, мед и жасмин,
Я укутаю плечи в пушистую шаль,
Он под шум дождя разведет камин.
Тот, кто рядом со мной, на меня похож,
И читая тайны минувших весен,
Отделяет от правды скупую ложь
И меня никогда ни о чем не спросит.
Тот, кто рядом, задумчиво тих и нем
И со мной полжизни рассветы встречает,
Но порой, мне кажется, я совсем
О себе и о нем ничего не знаю.
Не хочу. Не могу. Я устала.
Силы выжаты, словно лимон.
Меня ждёт шум и гомон вокзала,
Многолюдный, холодный перрон.
Я уеду. Исчезну. Решилась.
Ты меня не ищи. Позабудь.
Всё могло быть иначе, молилась,
Хриплым стоном давило на грудь.
Я не жду. Не надеюсь. Не плачу.
Оставляю твой след позади.
В новой жизни я точно не встречу
Фальшь из нот и слова «подожди».
Я кричала. Звала. «Приходи же!»
И спаси от туманностей дней.
Не приехал, хотя и всё слышал,
Говорил, есть дела поважней.
Уезжаю. Сегодня. Довольно.
Ты живи, как жилось, без меня.
Вот и поезд как всё-таки больно,
Я могла бы встречать в нём тебя.
Два письма.
Я так часто не отправляю письма, что уже почти что их не пишу:
Собирай слова, словно жемчуг -
Бисер, по коробкам складывай звук и шум,
Вспоминай на ощупь рассвет
И воздух, наблюдай, как ветер и чист, и свят –
Все равно любой твой восторг
И возглас обернется сдавленным «я тебя».
И тебя не помню, не жду, не знаю –
Триста битв минуло, десяток лет:
Я дурной солдат, потерявший знамя,
Проигравший в созданной им войне –
Сам себе судья: побежден и пойман –
Так верши победу или беду.
Я тебя не знаю, не жду, не помню.
Я тебя не помню. Не жду. Не жду.
******
Сохрани, что дорого,
Пусть дорога приведет в дома,
Где тепло и шелк.
Если в бога верил, так нету бога,
А в себя не верил – и хорошо,
Потому что вера никчемней смеха,
Хуже солнцем выбеленной травы).
Мы так сильно верили, что бессмертны,
Что не сразу поняли, как мертвы.
Русь азиатская
Просыпаюсь я от крика,
Что за шум стоит в ночи?
Может, это террористы?
Может, это басмачи?
Посмотрел в окно — таджики
Выгружают кирпичи.
Утром встал, пошел на рынок,
Не пойму, куда попал.
Может, просто заблудился,
Может, просто я устал.
Я один, вокруг китайцы.
Или я китайцем стал?
Прихожу я на работу,
Свой завод не узнаю,
Может, адресом ошибся?
Или слишком много пью?
Или вновь Орда степная
Захватила Русь мою?
Тут я, правда, испугался:
Как там дома? Как жена?
Может, в гости к нам собрались
Душанбе и Астана? А Россия оказалась
Азиатская страна?
Вот и я не знаю, в какой стране живу.
И хочу, но не в силах любить я людей:
Я чужой среди них; сердцу ближе друзей —
Звезды, небо, холодная, синяя даль
И лесов, и пустыни немая печаль...
Не наскучит мне шуму деревьев внимать,
В сумрак ночи могу я смотреть до утра
И о чем-то так сладко, безумно рыдать,
Словно ветер мне брат, и волна мне сестра,
И сырая земля мне родимая мать...
А меж тем не с волной и не с ветром мне жить,
И мне страшно всю жизнь не любить никого.
Неужели навек мое сердце мертво?
Дай мне силы, Господь, моих братьев любить!
Абонент безумно недоступен,
Есть де-юре, нет его де-факто,
По безмолвию в эфире судя,
Не идет на встречные контакты. —
Абонент, скажите, как живете,
Все ли хорошо с тарифным планом,
Может, не хватает средств на счете?
Хочется спросить о самом главном.
Что случилось с уровнем сигнала,
Слышите? немедленно ответьте.
Может, перегружены каналы,
Или абонент ушел из сети.
Нужен веский довод для молчанья,
Факторы, причины, аргументы
Видно совершенно не случайна
Эта недоступность абонента
Не волнуйтесь, абонент не умер,
Хоть порой бывает очень скверно,
Растворился он в эфирном шуме,
Просто обо всем сказал наверно.
Есть такие люди, которых хочется рассматривать бесконечно. Не красивые, не знаменитые. Просто они другие. Ты ловишь каждый взмах его руки, каждое слово, каждый взгляд Вроде ничего особенного, но абсолютно ясно: перед тобой человек немыслимой глубины. Многогранный, как кристалл. Какой бы стороной ни повернулся, он всегда будет разным. Такие люди светятся изнутри, сияют, озаряя все вокруг любовью и радостью.
У меня есть знакомый по имени Феодосий. В тридцать лет он работал в какой-то конторе менеджером, ездил на иномарке и жил в хорошей квартире на Сретенке. А потом решил все изменить. Надел кирзовые сапоги, русскую рубаху, подпоясался кушаком и уехал в Карелию на Белое море. Купил деревянный домик, выдолбил лодку из сосны и стал ловить рыбу. Один! С тех пор в Москву он приезжает раз в год. Рассказывает, что нет ничего чудеснее запаха дикой природы, плеска волн и шума ветра. Сильный человек! Вы бы так смогли?
Повесил свой сюртук на спинку стула музыкант.
Расправил нервною рукой на шее черный бант.
Подойди скорей поближе, чтобы лучше слышать.
Если ты еще не слишком пьян.
О несчастных и счастливых, о добре и зле
О лютой ненависти и святой любви.
Что творится, что творилось на твоей земле
Все в этой музыке, ты только улови.
Вокруг тебя шумят дела, бегут твои года
Зачем явился ты на свет, ты помнил не всегда
Звуки скрипки все живое, скрытое в тебе разбудят
Если ты еще не слишком пьян.
О несчастных и счастливых, о добре и зле
О лютой ненависти и святой любви.
Что творится, что творилось на твоей земле
Все в этой музыке, ты только улови.
Устала скрипка, хоть кого состарят боль и страх
Устал скрипач, хлебнул вина, лишь горечь на губах.
И ушел, не попрощавшись, позабыв немой футляр
Словно был старик сегодня пьян.
А мелодия осталась ветерком в листве
Среди людского шума еле уловима.
О несчастных и счастливых, о добре и зле,
О лютой ненависти и святой любви.
Все хорошее в моей голове возникает в деревне. У меня есть квартира в Берлине, но порой Берлин меня изнуряет. Так что я часто живу в своей деревне, севернее, между Шверином и Висмаром. Многие мои друзья, которые здесь с нами в туре, тоже живут там. Моего отца уже давно нет. Но моя мать живет там. Моя дочь Нелле со своим сыном, малышом Фритцем, часто там бывает. Все мы — большая семья. Я рыбачу. Охочусь. Смотрю, не отрываясь, на озеро. Ночами я сплю в лесу и прислушиваюсь. Я слушаю природу. То, что ты слышишь в лесу, – восхитительно. Это — звуки неописуемой красоты. Я ненавижу шум. Я ненавижу болтовню. Я выставляю себя напоказ, и это напоминает чистый мазохизм. После этого мне нужно себя защитить. Шум сводит с ума. Из-за него умирают.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Шум» — 329 шт.
