Цитаты в теме «смерть», стр. 200

Когда наши души, прямые и сильные, встали
Друг к другу лицом, чтобы сблизиться, соприкоснуться,
И расправили крылья, и ясным огнем засверкали
Эти крылья на сгибах своих хитроумных конструкций,
Что нам эта земля может горького – скверного сделать
Чтобы крылья сломать? А вверху пролетающий Ангел
Будет нам посылать золотые шары песнопений
И внизу в тишине мы их будем ловить руками.
Лучше здесь на земле мы останемся среди людей
Презирающих дух и духовное вместе.
Где любить разрешается только единственный день
Посреди темноты и мерцающей смерти.

Я — доктор Оуэн Харпер, и это — моя жизнь. Насыщенная жизнь. Полная жестокостей. И работы, и чудес. Тайн. И секса. И любви. И разочарований. Смерти. Моей смерти. Смерти, которую я пережил. Смерти, через которую я сейчас живу. Вот только это не жизнь. Каждый день одно и то же. Я встаю. Готовлюсь идти на работу. Как и все. Но дело в том, что я уже не такой. Я прихожу на работу, и все делают что и прежде. Болтают о пришельцах, свадьбах. Я не настоящий. Три дня назад я умер. А они считают, что со мной всё в порядке. Но они не правы.

— Она умерла, но восстает из тьмы, обретает голос и говорит с тобой. Ты должна выслушать ее.
— Мне страшно.
— Так будь храбрей!
— Это не моё.
— Анна, в глубине души ты самая храбрая. Ты могла бы очень плохо думать о людях. Но этого происходит, благодаря женскому началу, инстинкту жизни, а не смерти. Ты обязана открыться и следовать.
— Я никому ничего не обязана.
— Как скажешь, принцесса.
— Я свободна. И никогда не любила матерей.
— В твоей жизни должен быть смысл и ты должна найти его!
— Моя жизнь — бессмысленная точка.

— Знаешь, я меня постоянно мучит мысль о смерти. Важная для меня тема.
— Да-а?
— У меня абсолютно пессимистический взгляд на жизнь. Тебе следует это знать, раз уж мы решили встречаться. Мне кажется, жизнь бывает либо ужасная, либо несчастная. Категорий только две. Страшная жизнь ну не знаю — у смертельно больных, например. Или у слепых, инвалидов
— Да-а.
— Не понимаю, как они живут. Просто не могу себе представить. А несчастная жизнь у всех остальных. Третьего не дано. Так что нужно радоваться, что ты всего лишь несчастен, потому что Потому что это большое везение — быть несчастным.

— Вам не спится, Ватсон?
— Я прекрасно спал. Но меня разбудило вот это
— Но вы говорили, что любите музыку.
— Музыку? Да. Но это я думал, с кем то плохо или кошка застряла в трубе.
— Наверное Вы правы. Но дело в том, что это одна из моих привычек — под эти звуки мне лучше думается. А сейчас как раз есть о чем подумать.
— Вы бы лучше подумали о том (высыпает порошок со снотворным в рот), что уже два часа ночи.
(Ватсон берет стакан с водой и видит на дне глаз)
— Что это?
— Глаз. Человеческий глаз.
— Стеклянный?
— Настоящий. Принято считать, что в зрачке убитого остается изображение убийцы в последний момент перед смертью. Я провел ряд опытов и могу с уверенностью сказать: абсолютная чепуха! Дорогой Ватсон, чтобы Вас утешить, я могу сыграть более привычное для Вашего слуха.

Мое имя Каран Сингхания Я и мои друзья мы убили министра обороны. Повторяю: мы убили министра обороны. Мы не террористы. Мы не ставленники иностранных организаций. Мы не входим ни в одну из политических групп. Мы — пятеро студентов Делийского Университета. Мы убили министра обороны за то, что он убил нашего друга — пилота Аджая Ратхода и многих других пилотов. Мы убили потому, что он не только убил Аджая, но даже имя его втоптал в грязь. Мать Аджая, прямо сейчас, находится при смерти. Министр обороны должен защищать нацию. А не торговать ею. Такие люди как он, стоят не только выше закона. Они управляют им. Мы убили его потому, что кто-то должен сказать — «Хватит!» Возможно, мы поступили неправильно потому что это грех, убивать кого-то. Но мы не могли больше этого терпеть. Сегодня, мы здесь, чтобы признаться в нашем грехе. Сегодня мы здесь, чтобы сказать вам если есть проблема Она должна быть решена.

— Ясно ли ты ощущаешь свою связь с жизнью там ?
— А ты любитель крайних вопросов. Боюсь, что скоро ты спросишь меня о смысле жизни.
— Подожди, не иронизируй.
— Это банальный вопрос. Когда человек счастлив, смысл жизни и прочие вечные темы его редко интересуют. Ими следует задаваться в конце жизни.
— А когда наступит этот конец — мы же не знаем, вот и торопимся.
— А ты не торопись — самые счастливые люди те, кто никогда не задавался этими проклятыми вопросами.
— Вопрос — это всегда желание познать, а для сохранения простых человеческих истин нужны тайны: тайна счастья, смерти, любви.
— Может быть ты и прав, но попробуй не думай обо всём этом.
— А думать об этом всё равно что знать день своей смерти. Незнание этого дня практически делает нас бессмертными.

Мы просто решили положить конец оскорблениям, взять в руки свою жизнь. А какие мы, Барри?.. Надо мной, например, смеется отец, когда я прихожу домой со шрамом на лице. Ему так проще забывать о себе. Я хожу в школу, где я терплю дерьмо. А ты? Что ты за парень? Тебя бросил твой отец, когда ты еще под стол пешком ходил. Это ты жмешься скромно в уголочке и не производишь ни на кого никакого впечатления? Всем начхать на меня и всем начхать на тебя! < > Какие у тебя в жизни удовольствия? Чему научили тебя в школе, кроме того, что этот мир — дерьмо? И это правда, жизнь — отстой, а ты все равно умрешь. Что ты сделаешь до смерти, что оставишь после себя? Если я могу заявить о себе, чего бы мне это не стоило, я сделаю это.

Для животных естественно образовывать группы, хищникам присуща жестокая иерархия. Тот, кому не удалось стать вожаком, обречён страдать до самой смерти. Травоядные же постоянно вынуждены сталкиваться с дилеммой: погибнуть самому или пожертвовать товарищем. В нашем мире образование групп не даёт никакого преимущества отдельно взятому индивидууму, потому я и выбрал для себя модель поведения медведей. Медведь — самодостаточное животное, живущее в одиночестве без всяких тревог, к тому же зимой впадает в спячку. Чего ещё можно желать? В следующей жизни я непременно хочу стать медведем.

— Я хотел извиниться.
— Хорошо.
— Я не закончил, я сказал хотел, а потом понял, что я не сожалею.
— Ты скорее умрешь, чем станешь человеком и хочешь чтобы я смирилась?
— Я и не говорил, что ты должна смириться. Я просто сказал, что не сожалею. Но ты ведь знаешь, кто я. Эгоист. Я принимаю решения, причиняя при этом тебе боль. Да, я лучше бы умер, чем вновь стал человеком. Я лучше умру сейчас, чем проведу с тобой годы, и потеряю, когда стану старым и беспомощным, а ты останешься собой. Лучше я умру прямо сейчас, чем проведу последние годы жизни, думая о том, как раньше было хорошо. Потому что я такой, Елена, и я не изменюсь. И не одно извинение в мире не изменит того, что я тебе совсем не подхожу.
— Ладно, мне тоже не жаль. Не жаль, что я встретила тебя. Не жаль, что знакомство с тобой подняло множество вопросов, и даже после смерти ты тот, кто заставляет меня чувствовать себя живой. Ты был просто ужасным. Ты часто делал неправильный выбор, но за всю мою жизнь, возможно это будет самой большой моей ошибкой, но мне не жаль, что я люблю тебя. Я люблю тебя, Деймон.

Между эскадроном и неприятелями уже никого не было, кроме мелких разъездов. Пустое пространство, саженей в триста, отделяло их от него. Неприятель перестал стрелять, и тем яснее чувствовалась та строгая, грозная, неприступная и неуловимая черта, которая разделяет два неприятельские войска
«Один шаг за эту черту, напоминающую черту, отделяющую живых от мертвых, и — неизвестность страдания и смерть. И что там? кто там? там, за этим полем, и деревом, и крышей, освещенной солнцем? Никто не знает, и хочется знать; и страшно перейти эту черту, и хочется перейти ее; и знаешь, что рано или поздно придется перейти ее и узнать, что там, по той стороне черты, как и неизбежно узнать, что там, по ту сторону смерти. А сам силен, здоров, весел и раздражен и окружен такими здоровыми и раздраженно-оживленными людьми». Так ежели и не думает, то чувствует всякий человек, находящийся в виду неприятеля, и чувство это придает особенный блеск и радостную резкость впечатлений всему происходящему в эти минуты.

Душа как птенец. Приходя в этот мир, она смотрит на него из родительского гнезда. Она может петь и веселиться, беззаботно глядеть вокруг, наслаждаясь прекрасными видами. Наивность ребёнка — это счастье души. Но проходит время, человек становится старше, и наступает момент, когда кто–то выталкивает его душу из «гнезда». Но речь не идёт о родительском доме, речь идёт о том доме, что вырос внутри самого человека.
Этот внутренний дом человека, это внутренний уклад его жизни — его картина мира, его представления о мире, его представления о самом себе. Это его мечты, надежды, желания. И этот дом рушится. Оказывается, что жизнь другая. В ней никому нет дела ни до твоих надежд, ни до твоих желаний. Никому. В ней и до тебя–то никому нет никакого дела, потому как каждый занят только своими надеждами и желаниями. Каждый занят только собой.
И разверзается бездна, и душу охватывает ужас. Чтобы ты смог взлететь, ты должен начать падать. Ты должен увидеть дно своей жизни, чтобы внутри тебя родилась потребность взмыть вверх. И потому душа, сама того не понимая, ищет то самое дно, ту крайнюю степень падения, без которой ее истинный, исполненный силы полет невозможен. Она бросается вниз, она готова разбиться и погибнуть Это мнимое стремление к смерти на самом деле — стремление к истинной жизни. Но если бы она это знала, она бы не бросилась вниз

Решение о смерти, которое принимает человек, переживающий тяжелейший духовный кризис, конечно, разновидность безумия. Но что поделать? Безумие и недееспособность — это разные вещи. Конфликт разума и души достигает своей финальной, кульминационной точки. И это самое страшное, самое сложное, самое опасное испытание, какое только может выпасть на долю души
Душа, не верящая в смерть, не понимающая, что смерть вообще возможна, загнана разумом отчаявшегося человека в угол. Логика его рассуждений в какой-то момент берет верх над силой душевного чувства: если мир зол, глуп, невежественен и жесток, то что делать в нем светлой душе? Разум словно предоставляет душе последнюю возможность самой сказать — «Да, я согласна умереть».
В этом есть что-то дьявольское Быть может, если душа сама согласится на смерть 0 это и будет моментом ее подлинной смерти? Может быть, так ее действительно можно убить?.. Но душа не может, не способна И хотя у нас нет никаких логических оснований продолжать жить, если все в самой этой жизни говорит об обратном, но душа Душа хватается за соломинку.
Странное место отведено Богу в жизни человека. Ему отведена роль соломинки. О нем вспоминают именно в тот миг, когда все прочие аргументы исчерпали сами себя. Он появляется в нашей жизни в тот момент, когда, кажется, даже дворовый пес отказался бы от нас Нищие духом — да утешатся.

Слушайте мою клятву и будьте свидетелями моего обета Ночь собирается, и начинается мой дозор. Он не окончится до самой моей смерти. Я не возьму себе ни жены, ни земель, не буду отцом детям. Я не надену корону и не буду добиваться славы. Я буду жить и умру на своем посту. Я — меч во тьме; я — Дозорный на Стене; я — щит, охраняющий царство людей. Я отдаю свою жизнь и честь Ночному Дозору в эту ночь и все грядущие

— Кругом будет смерть. Как может человек противостоять её неистовой ярости?
— Мы отразим её. Мы справимся с ней.
— Смерть во имя славы?
— За Рохан. За наш народ.
— Пусть наше оружие нанесёт глубокие раны. В последний раз. Пусть в этот час мы вместе скрестим мечи в бою.

Знаешь поговорку: что русскому хорошо — то немцу смерть? Так вот, я живу, чтобы её опровергнуть.

Таких, как ты, сжигали на костре,
Сбривали волосы и обряжали в рясы...
Рожденную на «ведьминой» горе
Железом раскаленным жгли до мяса...

Держа тебя в стенах монастыря,
Спасали смертных, нарекая «ведьмой»,
И в жертву принося у алтаря,
Крестились за грехи твои в молебне.

Таких, как ты, держали на цепи,
До обмороков били мокрой плетью,
Таких трепали кони по степи,
И злого духа изгоняли смертью...

Пускали твою дьявольскую кровь,
И выбивая колдовские чары,
Уничтожали жаркую любовь,
Боясь проклятий и тяжелой кары...

Таких, как ты, боялись как огня,
За искушенье человечьей плоти.
Тебя одну за все грехи виня,
За то, что ты гуляешь на свободе...

А ты молчала, слыша эту ложь,
И принимала тщетные усилья,
Когда холодный острый чей-то нож
Старался уничтожить твои крылья...

САМЫЕ ПОПУЛЯРНЫЕ ТЕМЫ бессонница болезнь вес вред голод гром девушка день добро добродетель дрова жена жизненно личность луна молчание море невеста опасность полнота приказ размышление разочарование родня связь согласие спасение старики стремление удар французский цена чтение шрам эпоха