Цитаты в теме «свет», стр. 209
Незаметно окончилось лето,
Налетела осенняя грусть,
Возвращаться плохая примета,
Я к тебе никогда не вернусь!
Может ты всех красивей на свете,
Может, лучше других. Ну и пусть!
Возвращаться плохая примета,
Это значит, что я не вернусь.
Почему ты не дал мне ответа?
Ну скажи откровенно, не трусь!
Возвращаться плохая примета,
Жди не жди, я уже не вернусь.
Если мы повстречаемся где-то,
Я тебе лишь слегка улыбнусь,
Возвращаться плохая примета,
Ты прости, только я не вернусь.
В сердце места любви больше нету,
В сердце правит обида и грусть,
Возвращаться плохая примета,
Я к тебе никогда не вернусь.
Моя двадцать девятая весна,
И солнца свет запутался в ресницах,
Но где же птицы? Что за тишина?
На поезд с юга опоздали птицы
И кажется, что воздух онемел,
И кажется, что нас с тобой осудят,
За то, что ты найти меня посмел,
Среди других, все ждущих счастья, судеб
Так хочется совсем простых вещей:
Подснежников и ласточек прилета,
И хочется, чтоб ты любил сильней,
Так хочется опеки и заботы!
Так хочется, чтоб среди сотни лиц,
В моих глазах ты отыскал ответы,
В словах моих услышал пенье птиц,
(Они все ждут резервные билеты)
И хочется, чтоб даже холода,
Нам не мешали мартом насладиться,
И хочется, чтоб раз и навсегда,
Увидеть, улыбнуться и влюбиться.
Мне все равно, что завтра будет дождь,
Мне все равно, что нас с тобой осудят,
Со мной приезда птиц ты подождешь,
А дальше? Там посмотрим. Будь, что будет
P. S.
Весна, вокзал, заполненный перрон,
И милая кокетка — проводница:
«Вы ждали птиц? Ну что ж седьмой вагон!
Встречайте! Прямо с юга! Ваши птицы»
Боже, пошли во все семьи желанных детей,
Просто услышь все молитвы о маленьких крохах,
В мире так много достойных, надежных семей,
Но без детей им на свете живется так плохо.
Боже, дай шанс всем детишкам найти теплый дом,
Не позволяй ждать годами в холодных приютах,
Пусть они вырастут в ласке и станут потом,
Любящим папой и нежною мамой кому-то.
Боже, воздай же по мыслям и вере всем тем,
Кто терпеливо годами глотает таблетки,
Колет гормоны и ходит в больницу за тем,
Чтобы их жизнь наконец-то украсили детки.
Боже, прошу помоги, ведь они так хотят!
Не на земле, а в душе для тебя строят храмы!
Пусть у всех пар, что так жаждут, родится дитя!
Пусть у всех деток появятся папа и мама!
Как он там, интересно, живет?
Мой такой необычный мужчина
Проклинает опять гололед,
Забывает сменить резину.
По ночам его греет кто?
Что ему подают на ужин?
Весь ноябрь он в тонком пальто,
И, наверно, уже простужен
Как проводит свои вечера?
Не забыл ли поздравить дядю?
Вновь стирает свои свитера,
Как попало, на бирки не глядя
С кем он там, интересно, живет?
Для кого он живет на свете!
Проклинает опять гололед,
Ненавидит холодный ветер
Кем он там, без меня, любим?
(Верю я, что любим он, все же)
Кто теперь засыпает с ним?
Кто волнует и кто тревожит?
Как живет там моя любовь?
Кем он осенью этой дышит?
Я у неба спрошу вновь и вновь,
Я надеюсь, оно услышит.
В окно струится тусклый лунный свет,
И кошка вдруг притихла в старом кресле,
Тебя ждала я слишком много лет,
Встречая много «но» и много «если»,
Я думала, что мне не суждено,
Найти родную душу во вселенной,
Луна и солнце лили свет в окно,
Напоминая мне, что время тленно
И вечерами сидя в тишине,
Я жизнь свою на спицы наметала,
Вязала то, что не встречалось мне,
Вязала то, о чем давно мечтала,
А мысли все запутаны в клубок,
И перед сном спасает валерьянка,
Распутать сложно! Но Да видит Бог!
Сложнее все же вяжется изнанка
На ней всегда сбивается узор,
И шерсть скрипит на старых тонких спицах,
Играет жизнь сонаты в до минор,
И даже кошке по ночам не спится
Но лишь как только перестанешь ждать,
Любовь всегда является нежданно,
О Господи, какая благодать!
Понять, что жизнь проста, но многогранна!
Мелькнет в дверном проеме силуэт,
И петли как-то враз слетят со спицы,
Тебя ждала я слишком много лет,
Чтобы сейчас так искренне влюбиться.
Разлетелась на части луна,
Пыль на небе осела звездами,
Я не просто в тебя влюблена,
Я люблю! И люблю осознанно!
Сквозняком обнимая свечу,
Воздух пламя ее потушит,
Я не просто несвязно кричу,
Я стучусь в твое сердце и душу!
Город вновь зажигает огни,
И теплом обнимает за плечи,
Я считаю минуты и дни,
Что остались до нашей встречи!
Я не просто ищу ответ,
Я пытаюсь сама ответить!
Я потратила тысячи лет,
Чтоб тебя отыскать на свете.
Ты не любишь! Моя ль вина?
До конца мною жизнь не опознана
Я не просто в тебя влюблена!
Я люблю тебя очень осознанно!
Глубины сердца ведомы мне, и знаю: избавив вора от нищеты, я не избавлю его от желания воровать, и осуждаю беспокойство, толкающее вора на преступление. Он заблуждается, думая, что зарится на чужое золото. Золото светится, как звезда. Любовь, пусть даже не ведающая, что она — любовь, нуждается только в свете, но не в силах человеческих присвоить себе свет. Мерцание завораживает вора, и он совершает кражу за кражей, подобно безумцу, что ведро за ведром вычерпывает черную воду родника, чтобы схватить луну. Вор крадет и в мимолетное пламя оргий швыряет прах уворованного. И снова стоит в темноте за углом, бледный, словно перед свиданием, неподвижный из страха спугнуть, надеясь, что именно здесь он отыщет однажды то, что утолит его жажду.
Животному в мире плохо,
Оно не умеет думать,
А человек умеет,
И этим он горд безумно.
Он может себе представить,
Что птица он в синем небе,
Что он — буревестник смелый,
Подобный молнии чёрной.
Или может придумать,
Что рыба он в синем море,
Что он — золотая рыбка:
Загадывай, всё исполнит!
А я вот сейчас придумал,
Что я — обезьянка в клетке,
И строю прохожим рожи,
Они мне дают бананы.
Они в зоопарк приходят,
Чтобы спастись от скуки,
Чтобы забыть о думах,
Которые их тревожат.
Чтобы забыть о боли,
Чтобы забыть о смерти,
И вырваться, хоть на время,
Из клеток собственных мыслей.
А я не хочу на волю,
Свобода ведь тоже клетка,
Хотя и немного больше,
Но в ней намного страшнее.
Мне в клетке моей уютно,
Привычка — второе счастье,
А первого нет на свете,
Его придумали люди.
Сквозь солнца свет смотрю я на тебя
И радуюсь тому, что мы близки.
Ты словно танец радуги, огня,
Как сон, что своей страстью рвёт меня
На чувства, словно тряпку на куски!
И просыпаться мне не хочется совсем –
Я опьянен тобой назло всем, вопреки.
Я перепутал выходы от клем –
От сердца клем! И тысячи проблем
Врываются и рвут вновь на куски!
Так быть или не быть – вот в чем вопрос!
Как долго плыть мне по течению реки?
Как долго сердце выдержит тот кросс,
В который (cntrl, alt, delete и сброс!)
Ты отправляешь разрывая на куски!
Душой влечет к тебе и телом тоже
В мечтах - тебе я раб и господин!
Что сделать мне, чтоб мысли стали схожи?
Чтоб оказалась ты не только в ложе!
Итак, уже я лезу вон из кожи
Но, как и прежде я совсем один.
Очередной ступенью боль
Опять очередной ступенью боль.
Опять вдруг человек, мне ставший близким,
Боится, что порвёт ее любовь
Хотя, готова на любые риски
Готова мчать с ветрами ты на спор,
Готова на любое приключение.
Но мне за что же мне такой отпор?
Как будто я — простое увлечение,
Которое на сутки иль на миг
За что ты так чего я не постиг
Где мой прокол? В чем истина твоя?
Готов был душу вынуть, подарить
А ты «веслом» меня и ровно в два-три дня
Готова всё на свете позабыть!
Не понимаю в жизни не пойму!
За что ты так со мною, почему?
Да! Ты во всем всегда была права
Но в этот раз подумай! Соберись!
Когда тела сошлись, как жернова,
И души до корней переплелись.
Воспитатель должен обладать хорошим знанием света, знанием обычаев, нравов, причуд, плутней и недостатков своего времени, в особенности страны, в которой он живет. Он должен уметь показать их своему воспитаннику должен научить его разбираться в людях срывать маски, накладываемые на них профессией и притворством, различать то подлинное, что лежит в глубине под такой внешностью Он должен приучать своего воспитанника составлять себе, насколько это возможно, правильное суждение о людях на основании тех признаков, которые лучше всего показывают, что те представляют собой в действительности, и проникать своим взглядом в их внутреннее существо, которое часто обнаруживается в мелочах, в особенности когда эти люди находятся не в парадной обстановке и не начеку.
Если мне, например, до сих пор говорили: «возлюби», и я возлюблял, то что из того выходило? Выходило то, что я рвал кафтан пополам, делился с ближним, и оба мы оставались наполовину голы, по русской пословице: «Пойдешь за несколькими зайцами разом, и ни одного не достигнешь». Наука же говорит: возлюби, прежде всех, одного себя, ибо все на свете на личном интересе основано. Возлюбишь одного себя, то и дела свои обделаешь как следует, и кафтан твой останется цел. Экономическая же правда прибавляет, что чем более в обществе устроенных частных дел и, так сказать, целых кафтанов, тем более для него твердых оснований и тем более устраивается в нем и общее дело. Стало быть, приобретая единственно и исключительно себе, я именно тем самым приобретаю как бы и всем и веду к тому, чтобы ближний получил несколько более рваного кафтана и уже не от частных, единичных щедрот, а вследствие всеобщего преуспеяния.
"Камень - ножницы - бумага",
Фига с зернышками мака.
Слышишь, как смеются боги?
Небо стелется под ноги,
Из ладоней рвется ветер -
Мы за все своё в ответе!
Кто-то молится у храма,
Кто-то шепчет: "Хари Рама!"
Чья-то дверь... Твоя? Чужая?
Пламень сердца остужая,
Слышишь, как смеются звезды,
Забивая в крышку гвозди?
Золотой из рук червончик
Не возьмет от нас паромщик...
Не ищи в пути спасенья,
Наша жизнь - всего мгновенье,
Мы уйдем... Возможно, позже -
Лунный свет по белой коже...
Это финиш, не фиаско.
Жизнь проходит, как и сказка!
Я звезду засвечу тебе в угоду
Я звезду засвечу тебе в угоду,
Уйму холодный ветер и пургу,
Очаг нагрею к твоему приходу,
От холода тебя оберегу.
Мы сядем, мы придвинемся друг к другу,
Остерегаясь всяких громких слов,
Ярмо твоих печалей и недугов
Себе на шею я надеть готов.
Я тихо встану над твоей постелью,
Чтоб не мешать тебе, прикрою свет,
Твоею стану песней колыбельной,
Заклятьем ото всех невзгод и бед.
И ты поверишь:
На земле метельной
Ни зла людского, ни печали нет.
Один старик писал с меня Мадонну
По просьбе преподобного отца
Тот говорил: «Глаза твои бездонны.
Прекрасней нет ни тела, ни лица.
Ты рождена Нет — соткана из света,
Ведь сам Господь тебя благословил.
Печальный агнец в лапах злого ветра
Ты создана для жертвенной любви.
Ты ночью приходи ко мне молиться, —
Шептал он мне, — отдайся, наконец!
Я помогу тебе с Пути не сбиться»
— Побойтесь Бога, пресвятой отец!
Он побледнел. Сердито стиснул зубы.
Перекрестился. Сплюнул. Отошел.
А я смотрела с отвращением, грубо,
На то, как он набросил капюшон.
Художнику небрежно, как обычно,
Он приказал закончить мой портрет
А мне он бросил сухо и цинично:
«Таких как ты сжигают на костре!»
Говорили коллеги, болтали друзья —
В мире ходит одна небылица
Так однажды узнал замечательный я,
Что на свете есть синяя птица.
Птица счастья, свободы, прекрасных идей —
Креативная птаха, не спорю.
Только минус один — избегает людей
Вот такое пернатое горе.
Пили много: за мир, за любовь и за честь,
За знакомые добрые лица
В тот момент я подумал: «А все-таки, есть!
Есть на свете та самая птица!»
Голова как в тумане, но дух возмужал,
Помню, птаху смотрела, моргая.
Будто кто-то кричал мне: «Куда побежал!
Ты куда потащил попугая?!»
Долго ржали коллеги, смеялись друзья:
«Это ж надо так было напиться!»
И сидим на асфальте: простуженный я
И, практически, синяя птица.
— Мама, скажи — это ангел? Но серые крылья
Разве у ангелов крылья не белые, мама?
— Может, родной мой, они припорошены пылью?
— Мама, он смотрит с тоской на оконную раму
— Спи, дорогой мой, он ангел далекой дороги.
В крыльях немного песка от полуночной трассы.
Спи, мой хороший, давай мы укутаем ноги
Бежевым пледом с конями различных окрасок.
— Мама, скажи мне, а ангелов кто-нибудь метит?
Мой серый ангел со шрамом на тонких запястьях
Я бы спросил у него, но а вдруг не ответит?
— Видно, поранился там, где искал тебе счастье.
Страшно заснуть, ведь проснуться намного страшнее.
В доме сегодня от ангелов слишком тревожно.
Так непривычно-далек шелест крыл в тишине и
— Можно чуть-чуть полежать?
— Ну, конечно же, можно.
Ангел вздохнул, отряхнул свои серые крылья.
Вышел в окно, как иные выходят за смертью.
Может быть, правда, они припорошены пылью?
Может быть, правда, случается чудо на свете?
Колыбельная
Ты засыпай, сладких снов в Лабиринтах, малышка.
Я буду принцем чуть-чуть некрасивым, но верным.
Ты засыпай, сладких снов в Лабиринтах, малышка.
Я буду принцем чуть-чуть некрасивым, но верным.
Небо сегодня похоже на алую вспышку.
Алую словно твои надсеченные нервы.
Ты засыпай, тихих снов это все поправимо.
Я хорошо забинтую, так, чтобы не замечала.
Дышишь ты дышишь во сне едва уловимо.
Будем считать, что тебе, наконец, полегчало.
Жизнь — это миг, начиняющий свет перламутром.
Ты засыпай Знаешь, это не так уж хреново.
Я посижу здесь. Мы снова увидимся. Утром.
Все для того, чтобы завтра спасти тебя снова.
Общество использует фальшивую и извращённую логику, чтобы подмять под себя и перевоспитать людей, поведение которых не соответствует его стандартам. Предположим, что я знаю все «за» и «против», знаю, что меня ожидает низкая продолжительность жизни, нахожусь при этом в здравом уме и рассудке и т. д. и т. п., и всё же сознательно продолжаю употреблять героин? Они мне этого просто не позволят; ведь то, что я отверг жизнь, предложенную ими, они воспринимают как намёк на то, что сами сделали неверный выбор. Выбери нас. Выбери жизнь. Выбери ипотечные платежи и стиральные машины, выбери новые автомобили, выбери сидение на софе, уставившись в экран, на котором показывают отупляющие для сознания и вредные для души игровые шоу, выбери бездумно засовываемую в рот псевдопищу. Выбери смерть в собственной постели по уши в дерьме и моче под присмотром ненавидящих тебя эгоистичных, бестолковых ублюдков, которых ты породил на свет. Выбери жизнь.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Свет» — 5 150 шт.
