Цитаты в теме «ветер», стр. 80
Когда надежды нет, закрутит гайки вьюга,
И в белой тишине идёшь, не чуя ног,
Не помня ни дорог, ни севера, ни юга.
Обида за тобой плетётся, как щенок.
Когда надежды нет, лютуют снег и ветер –
Неважно, что жара, неважно, что июль
На помощь не зовёшь, боясь, что не ответят,
Шатаешься, скользишь и валишься, как куль.
И кажется, уже полшага до тоннеля,
Где будет свет в конце, как люди говорят,
И огненным хвостом прошедшая неделя
Стирает все следы – не выбраться назад.
Глядишь сквозь пелену. Мороз ползёт по коже.
Когда надежды нет, одна печаль и злость,
Ты видишь вдруг: лицо, любимое до дрожи,
На голову твою откуда-то взялось.
И думаешь: «Раз так, теперь погибнуть нешто?»
Ждёт человек тебя и руки распростёр.
И думаешь: «Да ну, зачем она – надежда?
Достаточно вполне одной из трёх сестёр».
На нас так много компромата —
Стихи, свидетели и фото
Мы виноваты, виноваты.
А ветер, по шкале Бофорта,
Сегодня, видно, восьмибалльный,
Листом швыряется кленовым
И в потеплении глобальном,
Конечно, тоже мы виновны:
Ты говоришь, что я — как печка,
Я говорю, что не буржуйка
Но догорает, словно свечка,
В саду каштан, и это жутко.
Мы виноваты в том, что осень,
Что нет иных, а те далече,
Что год тяжёл и високосен,
А время ни черта не лечит.
Мы виноваты в том, что были
Со мной другой, с тобой другая,
Что мы сидим в автомобиле,
А где-то сани запрягает
Румяный ражий Санта-Клаус,
И в том, что, так или иначе,
Ты прячешь голову, как страус,
А я — с тобою рядом прячу
Виной проверены на прочность,
Давно устали от испуга,
Мы — птицы, страусы песочниц!
И мы не можем друг без друга.
Это декабрьское время, московское время.
Где-то на юге зимуют и чибис, и ремез.
Время для тыквы и туфелек, золушки, феи.
Время горячечных встреч, полутёмных кофеен,
Снов, забежавших вперёд, и цветов запоздалых.
Клара и Карл позабыли свой спор о кораллах.
Оттепель резко сменяется ветром и стужей.
Время, в которое ты мне особенно нужен.
Время из нор выходить, вылезать из траншеи,
Время разматывать шарф, защищающий шею.
Время, которое мы неосознанно тянем, —
Время пить кофе, касаясь друг друга локтями.
Выпал внезапно очень тяжёлый месяц:
время стучит, опять ничего не лечит.
Может, оно и лучше, что мы не вместе
и от проблем друг друга свободны плечи.
Холодно, голо. Снежные мухи. Морось.
Серое небо липнет снаружи к шторкам.
Ветер свободы, если он пьётся порознь,
плотный, противный, горький – почти касторка.
Я не считаю дни, не считаю ночи.
Просто листаю сутки – по пять, по десять.
Мы перейдём границу поодиночке,
каждый теперь лишь сам на себя надеясь.
Мы за чертой оставим тоску и нежность,
мы их пристрелим – пальцы уже на спуске.
Мы перейдём границу? Кошмар, конечно.
Но ничего. Мы как-нибудь по-пластунски.
Будем друг другу слать по привычке вести,
много поймём про жизнь и другие вещи.
Может, оно и лучше, что мы не вместе,
Мой перебежчик, бедный мой перебежчик.
Та ведь боль еще и болью не была,
Так сквозь сердце пролетевшая стрела,
Та стрела еще стрелою не была,
Так тупая, бесталанная игла,
Та игла еще иглою не была,
Так мифический дежурный клюв орла.
Жаль, что я от этой боли умерла.
Ведь потом, когда воскресла, путь нашла, —
Белый ветер мне шепнул из-за угла,
Снег, морозом раскаленный добела,
Волны сизого оконного стекла,
Корни темного дубового стола, —
Стали бить они во все колокола:
«Та ведь боль еще и болью не была,
Так любовь ножом по горлу провела».
Я - умственный, конечно, инвалид,
Черты безумия во мне преобладают.
Как ни корми, душа моя болит,
Когда другие жизни голодают.
И, кружкой кофе начиная день
В мирах, где качка ритма — как в вагоне,
Я вижу мной ограбленную тень,
Чья кружка кофе греет мне ладони.
И утешает только перевод
С испанского, из дивного поэта,
Который сам — такой же идиот
И шлёт привет, с того взирая света,
И, олуху небесного царя,
Ему я кофе наливаю кружку,
И пузырём в окне моём заря,
Опилки снега, ветер гонит стружку,
И строки начинаются на И,
Чья ткань соединительная дышит,
Как жабры архаической любви
На глубине, где нас никто не слышит.
Мне снится сон.
Я стою на льдине
Синее-красное небо
Сливается с горизонтом.
И ресницы, покрыты инеем.
Холод похлеще декабрьских дней,
Тучи спрятали своего атамана.
Где я?
Носы гигантских кораблей,
Обнюхивают льды океана.
Вдруг, из воды вылезает оно!
Чудовище детских кошмаров.
Я знаю, нам всем когда-нибудь суждено,
Принять на себя удары.
Косится наглая рожа страха,
Вьется будто голодный гриф.
Вдруг, удар со всего размаха!
Темнота. Ветер стих
И что же значило это видение?
Страх перед грядущим?
Рваных мыслей бред?
Нет!
Мысль формируется в сравнениях,
А сон, это и есть ответ.
Летний вечер от пригорка
Малахитом стелет тень.
Земляникой сладкой -
Горькой на губах растаял день.
Я живу — в росе колени,
Удивляясь каждый час
Чудесам и откровениям,
В Государстве синих глаз.
В этом царстве — государстве,
Где погодится без бурь,
Мне прощается гусарство
И мальчишеская дурь.
Пусть я поданный, но все же,
Я весьма беспечный класс —
Притворяюсь я вельможей
В Государстве синих глаз.
Только, что тут притворяться —
Я, как на ладони весь.
Пропадай мое дворянство —
Спесь меняется на лесть.
Подольститься просто очень,
Ето делал я не раз —
Сверх доверчивые очи
В Государстве синих глаз.
А устроен я так странно —
Все скучаю по ветрам,
Неизведанные страны
Снятся по утрам.
А когда за сотни далей
Я шагаю, как сейчас,
Мои мысли улетают
В Государство синих глаз.
Вошел он в комнату ко мне
И сел к роялю.
И с гор потоками камней
Прелюд роняет.
Вот на басах зеленый тон
Проснулся в роще.
И стал пейзаж со всех сторон
Ясной и проще.
Кузнечиками быстрых нот
Под солнцем скачет.
В речной волне водоворот
Звенит и плачет.
И вот на княжеских балах
Летит под крышу.
И в золотых колоколах
Я песню слышу.
И как яблоню трясут
С веселым свистом.
Осенний сад шумит, как суд
Над пианистом.
Но поздно, поздно! Белый зал
Былой столицы
Аккорды, словно красный залп
По белым лицам.
И снова полудремный лес —
Ромашки, маки,
И звон косы и синь небес,
И лай собаки.
И темнота, и в темноте
Огонь от спички,
В далекой, черной тишине
Шум электрички.
От ветра занавески шелк
Заколыхался.
Он встал, закрыл рояль, ушел,
А я остался.
Приглашаю тебя на осень,
Как на черный и грустный танец,
Как на чай, когда время восемь,
Когда поздно что-либо править,
Когда дождь атакует стекла,
Когда небо висит вуалью
Приглашаю тебя на осень.
Не целую. Не обнимаю.
Когда выключат свет, и ветер,
В водосточной трубе играя,
Будет петь о зиме и смерти,
Ты скажи, что так не бывает.
Ты скажи, что любовь
Сильнее всех простуд
И холодных пальцев
И мы сядем у батареи,
Не способные вслух признаться,
Что у каждого боль сквозь ребра,
Что от счастья остались крохи.
Дай зажить. Помолчи. Не трогай.
Посидим, по глотаем вдохи.
И уткнувшись в плечо твоё, взвою,
И словами закутаю раны.
Мне приснится солёное море
И цветущие в небе каштаны.
Ты погладишь тихонько волосы,
И мне станет чуть-чуть теплее.
Приглашаю тебя на осень.
Не целую. Не жду. Не верю.
Осторожно губами прочту твои линии на ладони, и дыханьем любви след оставлю я в твоем сердце, чтобы ты навсегда мою тихую нежность запомнил, и не смог никогда закрыть своей памяти дверцу. Г де бы ни был, будешь чувствовать меня рядом, буду ветром, волной, или птицею в поднебесье, незаметно касаясь, я буду ласкать тебя взглядом,ты узнаешь мой голос в любой из услышанных песен. Ты прочтешь мое имя во всех непрочитанных книгах,ты узнаешь меня в каждой мелкой цветущей травинке, вспоминать каждый день меня будешь ты в сердце молитвой, спрячусь в складках души твоей тайною невидимкой.
У меня от тебя мурашки
Холодок нежно так по спине
Я тебя представляю в рубашке
И с букетом ромашек в руке.
Лето, море, причал, волны плещутся,
Поёт песню вечерний прибой
А представь, мы могли и не встретиться,
Нас могло не случиться с тобой.
Я в тебе утопаю, как в омуте,
Я теряю сомненья и страх,
Мы с тобою закроемся в комнате,
За теряясь в словах и руках.
Мы с тобой, словно разные полюсы,
Притяжения не преодолеть,
Ветер нежность вплетает мне в волосы,
В синь очей не устанешь смотреть.
Мы губами к губам растворяемся
Грань стирая у дней и ночей,
Мы друг другом с тобою спасаемся
От других отболевших людей.
Любовь до боли, смерть моя живая,
Жду весточки — и дни подобны годам.
Забыв себя, стою под небосводом,
Забыть тебя пугаясь и желая.
Ветра и камни вечны. Мостовая
Бесчувственна к восходам и заходам:
И не пьянит луна морозным медом
Глубин души, где темень гробовая.
Но за тебя шел бой когтей и лилий,
Звериных смут и неги голубиной,
Я выстрадал тебя, и вскрыты жилы.
Так хоть бы письма бред мой утолили,
Или верни меня в мои глубины
К потемкам, беспросветным до могилы!
Зима. И вдруг - комар. Он объявился в доме.
Звенит себе, поет, как летнею порой.
Откуда ты, комар? Как уцелел в разгроме?
Ты жив ещё, комар? Ты истинный герой!
-
А на дворе метель. И ночь зимы ненастной.
В окне сплошная темь. В стекло гремят ветра.
А здесь поет комар - уже он безопасный.
И можно уважать упорство комара.
-
Он с лета присмотрел укромноме местечко.
И вот теперь гудит, как малый вертолет.
Слились в единый хор метель, и он, и печка.
Не бейте комара! Пускай себе поет!
-
А может быть, придут дни поздних сожалений,
И мы сообразим, что в равновесье сил -
Ветров и облаков, животных и растений -
Он жил совсем не зря и пользу приносил.
-
И будет славен он, зловредный сын болота,
И в Красной книге как редчайший зверь храним,
И будет на него запрещена охота,
И станет браконьер охотиться за ним.
-
Гудит, поет комар, ликует напоследок,
Он уцелел в щели и рассказал о том.
Не бейте комара хотя б за то, что редок.
А польза или вред узнаются потом.
Под утро
За окном полощется рассвет, серый,
Как застиранная тряпка.
Мир к утру похож на странный бред,
Сонный, неприветливый и зябкий.
Призрачно мерцает монитор.
Он, как я, устал от глупых строчек.
Долгий и бесплодный разговор
Кончился рядами многоточий.
Ночью тряхануло балла три,
Я рюмашкой подлечила нервы,
А потом курила до зари,
Глядя на светлеющее небо.
Просто осень, просто переждать,
Просто устаю от межсезонья.
Видимо, берут своё года
Выспался, небритый мой за соня?
Я впускаю в окна новый день,
Отключив измученный компьютер.
Ветер рвёт барашки на воде.
Значит, будет солнечное утро.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ветер» — 1 964 шт.
