Цитаты в теме «земля», стр. 126
Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес,
Оттого что лес - моя колыбель, и могила - лес,
Оттого что я на земле стою - лишь одной ногой,
Оттого что я тебе спою - как никто другой.
Я тебя отвоюю у всех времен, у всех ночей,
У всех золотых знамен, у всех мечей,
Я ключи закину и псов прогоню с крыльца -
Оттого что в земной ночи я вернее пса.
Я тебя отвоюю у всех других - у той, одной,
Ты не будешь ничей жених, я - ничьей женой,
И в последнем споре возьму тебя - замолчи! -
У того, с которым Иаков стоял в ночи.
Но пока тебе не скрещу на груди персты -
О проклятие! - у тебя остаешься - ты:
Два крыла твои, нацеленные в эфир, -
Оттого что мир - твоя колыбель, и могила - мир!
Нам душу каждый день терзают бури:
Нас красота прельщает, враг грозит,
И настигает мщенье грозных фурий,
И грешник, и невежда нам дерзит.
Как родину любить, жену и брата?
Учи меня, как к честной цели плыть!
Не к корысти, не к зависти, не к блату,
А - к Богу устремлениями прослыть.
Была ли Пенелопа непорочна
И знала ли, когда придет Улисс?-
Скажи о целомудрии мне точно,
Какое в нем есть благо, поделись.
О музыке. Ты учишь, словно классик,
Как голоса свести в мажорный хор
Но, как найти в душе своей согласие?
Как не ронять в превратностях укор?
Геометр учит, как измерить земли -
Пусть скажет: для чего нужна земля?
Неужто пальцы нам даны затем лишь,
Чтоб скупости добычу исчислять.
Какая польза знать, как делят поле,
Коль с братом поделиться я не мог?
Все то, чему детей мы учим в школе,
Не развивает душу только мозг.
Ты не хозяин здесь, а поселенец:
Пришел — уйдешь, как писано в судьбе,
И позже, через сотню поколений,
Немногие припомнят о тебе.
Ты только живи...Здравствуй, любимый.
Письмо твоё тонет в грусти.
Сорок сезонов разве река? Ручейки
Это на время сожмёт, а потом отпустит,
С прикосновением чьей-то чужой руки.
Ты не сердись и на письма не жди ответа,
Каждое слово твоё обнажает боль.
Я стала верить знакам судьбы и приметам,
Вот и вчера, как назло, уронила соль.
К ссоре, должно быть, да только делить нам что же?
Только любовь? Поделили ее давно.
Но ожидание чего-то болит и гложет.
Тут еще дождь бесконечный в моё окно.
Сколько осталось не сказанных слов, и строчек
Наших стихов, не написанных о любви.
Я и сейчас, как тогда, грешу многоточием
Там, где должно быть: «Только меня позови!»
Поздно уже. Не вернуть не позвать пустое
Да и другие нынче у нас визави.
Мне без тебя на земле не найти покоя.
Ты только живи, ты слышишь, родной, живи!
Любимый мой, в стране моей зима
Бесснежная, лишь лёд сковал дороги.
Вот оттепель наметилась едва,
Но в зимнем солнце не нашла подмоги.
А в сумерках глаза чужих домов
Под цвет яичного желтка Уютны.
Но на земле таких нет адресов,
Где вместе мы, легки и безрассудны.
Прости мне грусть привычную мою,
И что пишу тебе такие письма.
Ни разу не отмерив, раскрою
В них фразы на слова, лишая смысла.
Я знаю, что поймёшь меня и так.
Ты всё прочтёшь, как надо, между строчек —
Невнятных чувств, и мыслей кавардак,
И недосказанностей многоточие
Любимый, расскажи мне, как живут
Другие люди и в стране весенней,
Сады под нежным солнышком цветут,
Все в белоснежно-розоватой пене.
Там одиночества и нелюбимых нет,
Там утром улыбалась я б, проснувшись,
Увидела б в глазах твоих рассвет,
И замерла б, в плечо твое уткнувшись.
Ну, а пока ты пишешь мне ответ,
Представлю (чтоб уйти от мысли горькой),
Что в ту страну счастливую билет
Положишь мне под новогодней ёлкой.
Я тебя не люблю— «Я не люблю тебя» — сердце убито словом Слоги — всего лишь шесть — а будто сошла лавина. И под тяжелым льдом — наша с тобой основа мертвою тишиной душу мою оглушила.
— «Я не люблю тебя» — стало темно от боли Прежде такой большой — мир умещаю в ладошку. Рана болит и жжёт, если присыпать солью. Только и эта боль — рядом с другой — понарошку.
— «Я не люблю тебя» Нет ничего страшнее Так же, любимый мой, вслух приговор произносят. Твёрдо и равнодушно прошлого не жалея, будто траву сухую, в зиму ненужную косят.
— «Я не люблю тебя» С крыльев, что закрывали, прятали от невзгод, темнея, летели перья Осенью поздней листья (не удержать ветвями), падают так на землю осиротелой потерей
Время, верю, залечит старые наши раны Медленно, но бесследно лед с души моей стает. Слово «люблю» бальзамом омоет рубцы и шрамы Знаю, белые крылья на месте былых отрастают Просьба не отождествлять автора и литературную героиню. Стихи написаны давно.
Кто эта женщина с потухшими глазами? -
С тревогой я у зеркала спросила.
В ней что-то общее с осенними дождями,
В ней света нет стара и некрасива.
Я точно помню, здесь была совсем другая,-
Улыбкой теплой на весну похожа
Страницы памяти неспешно пролистаю,
Ищу её, и жизнь свою итожу.
Она по-прежнему во мне, но позабыла,
Что можно быть счастливой и беспечной.
Ей часто находить случалось силы,
Чтоб столкновений избежать на встречной.
Судьба, даруй ей ощущение полета,
Любимых глаз спасительную нежность,
Любимых рук тепло, уют, заботу
И веру в то, что существует верность.
И снова вслед ей смотрят восхищенно,
И вновь звенит земля под каблучками,
Сияет взгляд, весной и солнцем полон,
Стократно отражённый зеркалами!
Совсем немного и зима откинет полог,
Зажгутся огоньки на сотнях ёлок,
Прокладывая звездный путь к мечте,
Когда я буду думать о тебе.
И пусть заботы окружают стаей,
Моя любовь лишь для тебя вплетает
Слова свободно в строчки на листе,
Когда я буду думать о тебе.
Судьба, порою, к нам неумолима
Но я прошу: ты рядом будь, любимый
И протяни мне руку в темноте,
Когда я буду думать о тебе.
Шумит вечерний суматошный город,
Моторов рев, тревожный выкрик «скорой»
Но тишина наступит на Земле,
Когда я буду думать о тебе.
Посмотри мне в глаза, видишь бездну на дне?
Отражается мрак в потемневших зрачках
Пустота, только ветер несет по судьбе
От разрушенных замков песок, на губах
Застывает беззвучный отчаянный крик.
И багровая речка течет между скал,
Здесь без жизни земля — каждый стебель поник
Только камни летят за обвалом обвал
А ведь надо всего-то немного тепла,
И однажды расколет гроза небеса.
Под прозрачными струями серая мгла
Растворится. Невиданных птиц голоса
Зазвучат там повсюду, и солнце взойдет.
А в хрустальных ручьях лишь живая вода
Будет течь, охраняя мой мир от невзгод
И останутся в прошлом беда, холода
Ты порадуйся вместе со мною цветам,
Позабудь боль случайно оброненных фраз
Я с тобой разделю новый мир пополам
Что ты видишь, любимый, на дне моих глаз?
Когда частоколом меня окружают невзгоды,
То солнца не вижу, мне всё предвещает грозу.
Слепа и глуха к возрожденью весенней природы,
И манит земля изумрудной травою внизу.
Вот, кажется, шаг за балкон — и навеки свободна,
Мне соль не насыплют в открытую рану тайком,
Не надо закатов, не надо мне больше восходов —
Устала ходить по осколкам судьбы босиком.
Особенно ночью, как снимки, сойдя с негатива,
Проявлены памятью прошлого, лица плывут.
Пытаюсь добраться до сути, увидеть мотивы
Когда-то любимых друзей, что потом предадут.
Но утро придет избавлением от мыслей свинцовых.
Я волю с рассудком зажму, по привычке, в кулак.
И снова поверить смогу в вечных истин основы.
Не ждите, «друзья»! Никогда я не сделаю шаг!
До тех пор, пока в силу законов общества и его нравов над человеком будет тяготеть проклятие, которое в эпоху расцвета цивилизации создаёт для него ад на земле и отягчает его судьбу, зависящую от бога, пагубными усилиями людей; до тех пор, пока не будут разрешены три основные проблемы нашего века: угнетение мужчины, принадлежащего к классу пролетариата, падение женщины по причине голода, увядание ребёнка вследствие мрака невежества; до тех пор, пока в некоторых слоях общества будет существовать застой; иными словами и беря шире — до тех пор, пока на земле не перестанут царить нужда и невежество, — книги, подобные этой, будут, пожалуй, небесполезны.
Вспомнил, какими мы были тогда, вернувшись с войны, — молодые и лишенные веры, как шахтеры из обвалившейся шахты. Мы хотели было воевать против всего, что определило наше прошлое, — против лжи и себялюбия, корысти и бессердечия; мы ожесточились и не доверяли никому, кроме ближайшего товарища, не верили ни во что, кроме таких никогда нас не обманывавших сил, как небо, табак, деревья, хлеб и земля; но что же из этого получилось?
Все рушилось, фальсифицировалось и забывалось. А тому, кто не умел забывать, оставались только бессилие, отчаяние, безразличие и водка. Прошло время великих человеческих мужественных мечтаний. Торжествовали дельцы. Продажность. Нищета.
Я вижу пятно стремительно тускнеющего неба, я вижу растущие вверх леса, я вижу мерно дышащий океан, хрупкий узор инея на оконном стекле, торжественный силуэт водопада, просвет молний, фары машин, высвечивающие одиноких потерянных прохожих, царственно медлительное движение ледников, разноцветные зонты на улицах, мёртвую птицу на земле, каплю росы на лепестке розы, ветер в твоих волосах И я соединяю всё в тугую вязь, в единый безусловный непререкаемый виток бытия, целостный, неделимый, который однажды я назову своей прожитой жизнью. В тот день, когда кто-то мне скажет, а я отчаянно, болезненно, безумно не захочу верить, что тот умирающий старик в постели — это я
Каждую ночь она засыпает одна. И лежа в кровати, обняв тонкой рукой подушку, она смотрит в окно, за которым падают листья на мокрый асфальт. Они падают бесшумно, но она слышит каждый удар листа о землю. Может быть, это удары её собственного сердца. И листопад превращается в странные, страшные часы, отчитывающее её время, её дыхание, и тьма за окном всё плотнее, и мир всё меньше, он становится крошечным, сжимаясь до размеров зрачка, он становится тесным, душным, а её сердце в нём — огромным, разрывая пространство, достигая мечтами самых дальних миров, оно стучит всё быстрее, всё более жадно глотает чужое тепло, всё отчаяннее ищет кого-то на тонущих в свете фонарей улицах городов, на тёмных тропинках забытых богом лесов, в гулкой пустоте степей и на томных влажных пляжах А вокруг всё быстрее падают листья, падают стены, падают звёзды, падает небо
Мы счастливые люди. У нас есть крыша над головой, на кухне еда, уютный свет монитора и доступ к интернету. Да, у каждого своя собственная боль, которую мы любим возвеличивать, доводя до ранга трагедии, но мы — счастливые люди. И мы пишем стихи. Стишки-мотыльки, неуклюжие создания с толстым брюшком опостылевших идей и недоразвитыми крыльями нового вдохновения, огромным числом облепившие стены храма сытой лиры. Мы не сражаемся за каждый глоток воздуха, жизни, земли и неба, пересохшей от боли глоткой сглатывая ком крика, нет, мы пьем чай, курим возле окна и рассуждаем о смысле бытия, цинично взвешиваем природу любви, лениво ковыряем теряющими чуткость пальцами аспекты своих слабеньких эмоций-мух, по привычке считая их слонами. Потому что своя рубашка всегда ближе к телу.
В ту ночь мы сошли друг от друга с ума,
Светила нам только зловещая тьма,
Свое бормотали арыки,
И Азией пахли гвоздики.
И мы проходили сквозь город чужой,
Сквозь дымную песнь и полуночный зной,-
Одни под созвездием Змея,
Взглянуть друг на друга не смея.
То мог быть Стамбул или даже Багдад,
Но, увы! не Варшава, не Ленинград,
И горькое это несходство Душило,
Как воздух сиротства.
И чудилось: рядом шагают века,
И в бубен незримая била рука,
И звуки, как тайные знаки,
Пред нами кружились во мраке.
Мы были с тобою в таинственной мгле,
Как будто бы шли по ничейной земле,
Но месяц алмазной фелукой
Вдруг выплыл над встречей-разлукой
И если вернется та ночь и к тебе
В твоей для меня непонятной судьбе,
Ты знай, что приснилась кому-то
Священная эта минута.
1
Не недели, не месяцы - годы
Расставались. И вот наконец
Холодок настоящей свободы
И седой над висками венец.
Больше нет ни измен, ни предательств,
И до света не слушаешь ты,
Как струится поток доказательств
Несравненной моей правоты.
2
И, как всегда бывает в дни разрыва,
К нам постучался призрак первых дней,
И ворвалась серебряная ива
Седым великолепием ветвей.
Нам, исступленным, горьким и надменным,
Не смеющим глаза поднять с земли,
Запела птица голосом блаженным
О том, как мы друг друга берегли.
— Эльвира, я понимаю, что я чудовищно виноват, но выслушай меня, пожалуйста.
— Нет, Зимовский, сегодня ты меня выслушаешь. Раньше я считала, что ты ушлый и наглый. Там, где выгодно, там и пасёшься, ради бабок, ради секса.
— Эльвира
— Заткнись, пожалуйста. И вчера я поняла, что ты просто гниль. Ты высокомерный законченный циник, для которого все просто так, шелуха. И я была дурой, Боже мой, какая же я была дура. Но ты знаешь, Зимовский, я рада, я рада, потому что теперь на Земле по крайней мере есть хоть одна женщина, которая никогда, никогда больше не скажет тебе «ДА»!
Мне кажется я ангел, но в изгнании,
Меня зачем-то выгнали из рая,
Отправили на землю в наказание,
Насколько я успешно роль сыграю
Предстала в человеческом обличии,
Прочувствовать, как мир людской устроен,
Все чаще я встречаю безразличие,
Все чаще нету на душе покоя
И трудным подвергаюсь испытаниям,
Судьба не оставляет даже шанса,
Обречена на долгие скитания,
Обречена петь грустные романсы
В пути все чаще я встречаю недругов,
Они, с ехидной злостью, насмехаются,
И ранят больно душу мою нежную,
Но мало, кто из злобных догадается
Что обижать не нужно добрых ангелов,
У Бога мы, как дети, под защитою,
Мы в грешном мире лишь для созерцания,
Познать людскую сущность, ядовитую.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Земля» — 3 219 шт.
