Цитаты в теме «женщина», стр. 370
Женщины способны жить мгновениями, но ни одна из них не способна ими удовлетвориться. Женщины всегда претендуют на большее, хоть и редко говорят об этом. Я не говорю о материальных ценностях. Все, что касается любви, женщина стремится приукрасить, опоэтизировать, запечатлеть понадежнее, где можно – удлинить, где можно – растянуть. «Только бы моя любовь оказалась настолько же весома, как само это слово! » – один из под замочных тезисов. Есть и другие, много много женских страхов и опасений на пороге самого главного в жизни чувства.
Считается, что женщины, как правило, очень спокойны, но женщины чувствуют точно так же и точно то же, что и мужчины, применение своих способностей и поле для деятельности им необходимы не менее, чем их братьям. Они страдают от навязанных им слишком жестких ограничений, от абсолютной застойности жизни совершенно так же, как страдали бы на их месте мужчины. И какая узость со стороны этих привилегированных счастливцев утверждать, будто женщинам положено ограничиваться приготовлением пудингов, штопкой чулок, игрой на фортепьяно и вышиванием кошелечков. Какое недомыслие осуждать их или смеяться над ними, если они стремятся делать более того, узнавать более того, чем обычай предписывает их полу.
Ты не только творение Бога,
Не земли порождение ты,-
Созидает тебя мужчина
Из душевной своей красоты.
Для тебя поэты, о женщина,
Дорогой соткали наряд,
Золотые нити метафор
На одежде твоей горят.
Живописцы твой облик
Женский обессмертили на холсте
В небывалом еще величие,
В удивительной чистоте.
Сколько всяческих благовоний,
Красок в дар тебе принесли,
Сколько жемчуга из пучины,
Сколько золота из земли.
Сколько нежных цветов оборвано
Для тебя в весенние дни,
Сколько истреблено букашек,
Чтоб окрасить твои ступни.
В этих сари и покрывалах,
Свой застенчивый пряча взгляд,
Сразу ты не доступней стала
И таинственнее стократ.
По-иному в огне желаний
Засияли твои черты.
Существо ты — наполовину,
Полу воображение ты.
Пока живешь, никаких приключений не бывает. Меняются декорации, люди приходят и уходят — вот и все. Никогда никакого начала. Дни прибавляются друг к другу без всякого смысла, бесконечно и однообразно. Время от времени подбиваешь частичный итог, говоришь себе: вот уже три года я путешествую, три года как я в Бувиле. И конца тоже нет — женщину, друга или город не бросают одним махом. И потом все похоже — будь то Шанхай, Москва или Алжир, через полтора десятка лет все они на одно лицо. Иногда — редко — вникаешь вдруг в свое положение: замечаешь, что тебя заарканила баба, что ты влип в грязную историю. Но это короткий миг. А потом все опять идет по-прежнему, и ты снова складываешь часы и дни. Понедельник, вторник, среда. Апрель, май, июнь. 1924, 1925, 1926.
Это называется жить.
Из воды выходила женщина,
Удивленно глазами кося.
Выходила свободно, торжественно,
Молодая и сильная вся.
Я глядел на летящие линии
Рядом громко играли в «козла»,
Но тяжелая белая лилия
Из волос ее черных росла.
Шум и смех пораженной компанийки:
«Ишь ты, лилия — чудеса!» —
А на синем ее купальнике
Бились алые паруса.
Шла она, белозубая, смуглая,
Желтым берегом наискосок,
Только слышались капли смутные
С загорелого тела — в песок.
Будет в жизни хорошее, скверное,
Будут годы дробиться, мельчась,
Но и нынче я знаю наверное,
Ч увижу я в смертный мой час.
Будет много святого и вещего,
Много радости и беды,
Но увижу я эту женщину,
Выходящую из воды.
Мужчины женщинам не отдаются
А их, как водку, судорожно пьют,
И если, прости Господи, упьются,
То под руку горячую их бьют.
Мужская нежность выглядит как слабость?
Отдаться — как по-рабски шею гнуть?
Играя в силу, любят хапать, лапать,
Грабастать даже душу, словно грудь.
Успел и я за жизнь по истаскаться,
Но я, наверно, женщинам сестра,
И так люблю к ним просто приласкаться,
И гладить их во сне или со сна.
Во всех грехах я ласковостью каюсь,
А женщинам грехи со мной сойдут,
И мои пальцы, нежно спотыкаясь,
По позвонкам и родинкам бредут.
Поднимут меня женщины из мёртвых,
На свете никому не из меня,
Когда в лицо моё бесстрашно смотрят
И просят чуда жизни из меня.
Спасён я ими, когда было туго,
И бережно привык не без причин
Выслушивать, как тайная подруга,
Их горькие обиды на мужчин.
Мужчин, чтобы других мужчин мочили,
Не сотворили ни Господь, ни Русь.
Как женщина, сокрытая в мужчине,
Я женщине любимой отдаюсь.
Рождественские каникулы
Удивительно, какие разные чувства вызывает в разных людях одна и та же музыка.
Сколько бы мы это ни отрицали, но в глубине души мы знаем: все, что с нами случилось, мы заслужили.
Отдых, покой, тишина, одиночество. Похоже, такую роскошь могут себе позволить только очень богатые, а ведь это ничего не стоит. Странно, что так трудно этого достичь.
Влияние — ним женщина дорожит даже больше, чем любовью мужчины к ней, независимо от того, идет ли речь о сыне, о муже, о любовнике или о ком-то еще.
Нет ничего на свете коварней женской лести: потребность в этой лести так в нас велика, что можно стать ее рабом.
Когда человека нет рядом, его идеализируешь, на расстоянии чувство обостряется, это верно, а увидишь его снова — и удивляешься, что ты в нем находил.
Глупость человечества такова, что им можно управлять словами.
Люди беспредельно загадочны. Одно несомненно, ты ни о ком ничего не знаешь.
Мы разорвали связи между родителем и ребёнком, между мужчиной и женщиной, между одним гоем и другим. Никто уже не доверяет ни жене, ни ребёнку, ни другу. А скоро и жен и друзей не будет. Новорождённых мы заберем у матери, как забираем яйца из-под несушки. Половое влечение вытравим. Размножение станет ежегодной формальностью, как возобновление продовольственной карточки. Оргазм мы сведем на нет. Наши неврологи уже ищут средства. Не будет иной верности, кроме верности иудаизму. Не будет иного, смеха, кроме победного смеха над поверженным лучшим гоем. Не будет искусства, литературы, науки. Когда мы станем всесильными, мы обойдемся без науки. Не будет различия между уродливым и прекрасным. Исчезнет любознательность, жизнь не будет искать себе применения. С разнообразием удовольствий мы покончим. Всегда, каждый миг, будет пронзительная радость победы, наслаждение оттого, что наступил на беспомощного гоя.
Я СИЛЬНАЯ ЖЕНЩИНА...
Я сильная женщина, слабая до нельзя,
Способная вынести все, но реву над книжкой
И каждому в жизни своя выпадает стезя,
А мне вот досталась тропа непролазная слишком
И я спотыкаясь, царапаю башмаки,
О сучья кустов обрываю подолы платья,
Порой, чтоб подняться — твоей не хватает руки,
Порой, чтоб дышать — мне твоих не хватает объятьев
Я мудрая женщина! Глупая в мелочах,
В таких мелочах, что сущность меняют глобально,
Весь наш диалог построен на тихих речах,
Построен надежно и очень фундаментально!
Я страстная женщина. Нежная, как атлас,
Касаюсь губами твоей обнаженной кожи,
Пусть наша стезя не всецело зависит от нас,
Но выбрать конечную цель мы же все-таки можем
Я грешная женщина. Праведная чуть-чуть
Молюсь перед сном и у сердца ношу распятие,
Когда упаду я, пожалуйста, рядом будь,
Чтоб жить на земле, мне нужны лишь твои объятья!
Нужно твердо решить что дальше,
Обрубить за один раз!
Но давай обойдемся без фальши,
И дешевых, банальных фраз.
«Кофе-тайм», два часа, лето
Я в коротком и без каблуков,
Что же выпить? Покрепче Ристретто
Капучино для слабаков!
Смотришь ты на меня с интересом,
Я не знаю с чего начать
Нет! Я выпью пожалуй эспрессо,
А то снова не буду спать
Ты конечно прекрасный мужчина,
Мне с тобою всегда легко
Принесите мне капучино!
Ой, постойте! Там молоко
Расставаться нам слишком рано,
Мы корнями срослись на века.
Принесите мне американо,
Я же сильная без молока
Но каким-то безумным потопом,
Захлестнет глубина твоих глаз,
Мне латте с карамельным сиропом,
Ведь для женщин латте как раз.
Вот и все! Разговор окончен!
Я люблю! Что еще сказать?
Мне молочный коктейль и пончик.
Что ж, до вечера! Буду в пять.
Я больше не мечтаю о тебе,
Ну, может, перед сном совсем немножко,
Гуляют кошки сами по себе,
Ну что же, получается, я — кошка!
Я больше не ищу с тобою встреч,
И не звоню без видимой причины,
Мужчина должен женщину беречь,
Выходит, ты не истинный мужчина!
Я больше не хочу с тобою быть,
Я на ошибках этих научилась,
У многих получается любить,
Выходит, что у нас не получилось!
Самокопание оставлю на потом,
И дам душе прийти в себя немножко,
Бродячим кошкам очень нужен дом,
Ну что же, получается, я — кошка!
Мы женщины до кончиков волос,
Мы женщины по сути и по духу!
Мы женщины, а значит не вопрос,
Мы сотворим слона из мелкой мухи!
Мы женщины, а значит, мы их тех,
Кто не горит в огне, в воде не тонет,
И коль на кон поставлен наш успех,
Мы остановим поезд, что нам кони
Мы женщины! Мужчинам не понять,
Как при ноге, размера тридцать восемь,
Мы купим туфли тридцать шесть и пять,
И свято верим, что потом разносим!
Мы можем родину продать за шоколад,
Но день и ночь мы «вроде» на диете
Мы плачем и смеемся невпопад,
Мы в сентябре уже грустим о лете,
Нас может иногда попутать бес,
На ровном месте мы устроим драму!
Но все-таки, мы чудо из чудес!
Мы дочери, подруги, сестры, мамы!
Мы женщины! Мы, как вина глоток,
Пьяным собой без видимой причины,
Мы женщины, и да хранит нас Бог,
Как не крути, он все-таки мужчина.
Я тебя ни о чем никогда не просила,
(В этом, видимо, сущность моей бескорыстной души).
А сегодня прошу: «Уходи! У меня нету силы!
Не тревожь меня больше, прошу, не звони, не пиши»
Я тебя отпустить до сих пор не готова,
(В этом, видимо, глупость моей безграничной любви),
Но поверь, отпущу, чтоб счастливой стать снова,
Не ищи со мной встреч и обратно к себе не зови.
Ты меня приручил, как бездомную кошку,
(В этом, видимо, сущность всех женщин, что ищут тепла).
Я с тобой расцвела, я с тобою ожила понемножку,
Я любила тебя, я и вправду тобою жила
Ты же лгал каждый день, каждым словом и фразой,
(Это почерк мужчин, что всегда предают своих жен).
Я наивной была, я тебя раскусила не сразу,
Но сейчас слишком зла, так что лучше не лезь на рожон!
Уходи, мне по жизни чужого не надо!
(В этом, видимо, честность моей заплутавшей души).
Я тебя прогнала! Я страдаю, но все же я рада!
Уходи! Не звони, не зови, не пиши!
Логики и неверы просят: «Покажи нам царство, покажи нам Бога, вот я трогаю камень, трогаю землю и тогда верю, что есть и земля, и камень, которые я потрогал». Но что мне до их просьб. Таинства, о которых я говорю, не так скудны, что их можно исчерпать логической формулой. Не могу я доставить невера на вершину горы и подарить ему радость открывшегося пейзажа, ведь он не его победа. Не могу помочь насладиться музыкой человеку, который ее не преодолел. Они пришли ко мне, желая получить все без усилий, другие так ищут женщину, которая вложит в них любовь. Но это не в моей власти.
А кроме того, хочешь каждый вечер появляться с женщиной в обществе и ложиться с ней в постель. Но тебе невдомек, что у нее тянет низ живота, потому что приблизились ее дни, что она никакая возвращается с работы, что она на очередной диете, уже привыкла к стакану зеленого чая с лимоном и обезжиренному йогурту, а не к обильному ужину, привыкла к вечернему сериалу по телевизору и спокойному сну без храпа в большой пустой кровати в спальне с открытым окном и со шкафом, где нет ни единой свободной полки, куда ты мог бы положить свои пижамы и белье.
Распаковали тебя, сынок, словно подарок из-под елки, немножко поиграли тобой и поставили в угол, потому что у них есть дела и поважнее. Они тебя любят, но любят тебя отсутствующего.
Что бы придумать с микрофончиками? Что, если бы мы их проглатывали и они воспроизводили бы бой наших сердец в мини-динамиках из карманов наших комбинезонов? Катишься вечером по улице на скейтборде и слышишь сердцебиение всех, а все слышат твое, по принципу гидролокатора. Одно непонятно: интересно, станут ли наши сердца биться синхронно, по типу того, как у женщин, которые живут вместе, месячные происходят синхронно, о чем я знаю, хотя, по правде, не хочу знать. Полный улет — и только в одном отделении больницы, где рожают детей, будет стоять звон, как от хрустальной люстры на моторной яхте, потому что дети не успеют сразу синхронизировать свое сердцебиение. А на финише нью-йоркского марафона будет грохотать, как на войне.
Не говори ты, не надо, -
Женщине правду, мой друг.
Ври и получишь в награду:
Пару доверчивых рук,
Пару доверчивых ножек,
Пару доверчивых глаз.
В общем, и кости, и кожу,
Всё обретёшь ты тот час.
Ври ей про вечное счастье.
Ври от зари до зари.
Ври убедительно, страстно,
Правдоподобно ей ври.
Семеро суток в неделю.
Где бы ты ни был, везде:
Ври ей в метро и в постели,
В радости ври и в беде.
В жизни всё странно и сложно
(Без пузыря не поймёшь)
Правда становится ложью,
Правдой становится ложь.
Ври ей, что вы с нею пара.
Ври ей, что любишь её.
Ври ей, и может быть завтра
Истиной станет враньё.
Посланник Аллаха, обращаясь к женщинам, сказал: "Разве не будет каждая из вас рада, когда забеременеет от мужа, и он будет ею доволен, тогда как ей за каждый день беременности будет записываться вознаграждение постящегося днем и выстаивающего молитву ночью на пути Аллаха. А когда у нее начнутся схватки, даже обитатели небес (ангелы) и земли не знают, что приготовил Аллах из сокровищниц в награду для нее. После родов же, за каждый глоток кормления из ее груди она получает награду. Когда ребенок плача не дает ей спать, ей записывается награда как за освобождение на пути Аллаха семидесяти здоровых рабов. Вы знаете каких женщин я имею в виду тех., которые живут в подчинении Аллаху, своим мужьям, тех которые забывают о совершенных делах".
(рассказал Хасан бин Суфьян, передал ат-Табари).
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Женщина» — 8 394 шт.
