Цитаты в теме «безумие», стр. 22
Не отпускай меня, пожалуйста,
Держи — насколько хватит сил.
Не дай отчаянной усталости
Об избавление попросить
Я так люблю тебя. И мучаю.
И страшно мучаюсь сама
Но ты же знаешь — мы везучие,
Нам на двоих одна тюрьма,
Одна сума, одно безумие,
Один до дыр затёртый Чиж.
И мы б давно от боли умерли,
Себя пытаясь разлучить,
Но мы воюем, держим, держимся,
Хватаем прошлое рукой,
Воспоминания о нежности
Сплетаем с яростной тоской,
И ждём, как дара, малой малости —
Уменья друг без друга жить.
Не отпускай меня, пожалуйста,
Насколько хватит сил — держи.
Придумаем?
Давай мы с тобой придумаем,
Что будет, когда мы встретимся:
Не «если» — мне в это верится,
Меж разумом и безумием.
Вот кисть, акварель — раскрашивай!
Портреты? Пейзажи? Графика?
Мы вне сетевого траффика
Я рада тебе? — Не спрашивай!
Улыбка. Пока несмелая
Да, я ведь трусиха та ещё!
Твой запах — родной и тающий
Твой вкус (Боже, что я делаю?!)
Отпустишь? Ну да, наверное.
Забавное ощущение
Я, чтоб побороть смущение,
Смеюсь — это средство верное!
Краснею «Цветочек Аленький»
Нет что-то не получается.
История чем кончается?
Придумывай сам, не маленький!
Я - умственный, конечно, инвалид,
Черты безумия во мне преобладают.
Как ни корми, душа моя болит,
Когда другие жизни голодают.
И, кружкой кофе начиная день
В мирах, где качка ритма — как в вагоне,
Я вижу мной ограбленную тень,
Чья кружка кофе греет мне ладони.
И утешает только перевод
С испанского, из дивного поэта,
Который сам — такой же идиот
И шлёт привет, с того взирая света,
И, олуху небесного царя,
Ему я кофе наливаю кружку,
И пузырём в окне моём заря,
Опилки снега, ветер гонит стружку,
И строки начинаются на И,
Чья ткань соединительная дышит,
Как жабры архаической любви
На глубине, где нас никто не слышит.
Знаешь, а это, по сути, совсем
И не страшно —
Безумие тоже со временем
Входит в привычку
Только вначале неловко с
Душой нараспашку
Но ты вытираешь ненужные
Грани, кавычки
Знаешь, а если подумать, то
Это прекрасно —
Знать, что твоё сумасшествие
Дарит улыбки
Мир одинаков, но мы его
Видим по-разному
Кто-то цветным, ну,
А кто-то бесцветным и зыбким.
Знаешь, а ведь сумасшедшим
Быть всё-таки проще —
Смотришь на жизнь, как на
Новую книжку-раскраску
И любишь открыто,
по-детски, «без заморочек»,
Веря, так искренне веря в
Хорошие сказки.
Дал кому-то мечту о хлебе,
А кого-то – легко возвысил
Он капризен, живущий в небе
Генератор случайных чисел.
В нас впиваются зло и жутко,
Как пилы роковые зубья,
Несварения его желудка
И припадки его безумия.
А когда у него – порядок,
Сон – глубок, и не жмут ботинки,
Нам и хлеб наш бывает сладок
И везёт на товарном рынке.
И кому-то выходит пряник,
А кому-то выходит клизма
Но избранник ты, не избранник -
Все под знаменем фатализма.
Индивидуумы, народы -
Все подвластны его капризу
Лишь одни только бутерброды
Так и падают: маслом книзу.
Моё безумие — портрет без рамки
I у моего безумия — глаза из тёмного серебра,
Скверный характер и ласковые слова.
Если вижу я сны лоскутные до утра, —
Значит, он их со скуки за ночь нарисовал
Мы гуляем по звёздам и крышам, рука в руке;
Голод его до лунного света — неутолим.
У моего безумия — ветер на поводке;
Он ходит с ним, и тот танцует в земной пыли
И, куда бы я ни вела колею свою, —
В синем смальтовом небе, в холодной талой воде
Я безошибочно взгляды его узнаю,
Но никогда — почему-то, — среди людей.
И у него много вредных привычек — дарить цветы
Незнакомкам на улице, прятать в ладонь рассвет,
Безнадёжно запутывать волосы и следы,
Пить абсент с моей душой вечерами сред.
А я до сих пор не умею ему помочь,
А если он смотрит — то без жалости, без стыда;
А у него такая улыбка, что хочется то ли — прочь,
То ли — остаться с ним навсегда.
Всю жизнь и может не одну,
Воюя с липким, в бисер страхом,
Илюзий, грез — кровавой плахой —
Коплю я впрок свою Вину
Вибраций чувственных ряды
В оправе ханжеских кастраций
Отвратней правды папараций
В аналах не своей беды
Когда же «вольная», когда
В глубинах тайных подсознания
Свершится полное слияние
Меня со мной Не подведу!
Груз всех моих бескрылых грез
Цыганским табором по свету
Пущу и пусть смущают лету
Ты чувствуешь протест мой, мозг!
Почувствуй и пусти меня
В гармонию босого поля,
Не выжить мне в паркетном стойле,
Тебе пол царства, мне — коня!
И дали, дали ширь да гладь
Безумие — сродни всезнанию
И пусть подстреленною ланью
Падения мне не избежать
Но мир во мне и я в миру
На саксофоне выдаст соло
Мукой обычного помола
Иначе в муках я умру.
Мне запомнится таяние снега
Этой горькой и ранней весной,
Пьяный ветер, хлеставший с разбега
По лицу ледяною крупой,
Беспокойная близость природы,
Разорвавшей свой белый покров,
И косматые шумные воды
Под железом угрюмых мостов.
Что вы значили, что предвещали,
Фонари под холодным дождем,
И на город какие печали
Вы наслали в безумие своем,
И какою тревогою ранен,
И обидой какой уязвлен
Из-за ваших огней горожанин,
И о чем сокрушается он?
А быть может, он вместе со мною
Исполняется той же тоски
И следит за свинцовой волною,
Под мостом обходящей быки?
И его, как меня, обманули
Вам подвластные тайные сны,
Чтобы легче нам было в июле
Отказаться от черной весны.
Стоишь за плечом белокрылый, влюблённый ангел,
И время стоит, прислонившись как я, спиною
Огнём полыхнуло в груди наслаждение - факел
И сердце в тисках этой нежности сладко ноет
Касаешься мягко губами, почти неслышно,
Не кожей, душой ощущаю, как льётся выдох,
Любое движение, слово, здесь будет лишним —
Ты снова касаешься глубже, чем можно видеть
Ты снова собой вытесняешь весь мир из сердца,
Волшебным «Моя!» воздвигая надёжно стены,
Пьянящим «Люблю!» извлекая из пульса скерцо,
Горячим «Хочу!» прорываясь в тугие вены
Ты снова срываешь все мысли, дела, одежды
Единственным взглядом в глаза, как любовь глубоким
Во мне остаётся безумие, страсть и нежность,
И музыка счастья, которая вспыхнет в строки.
ИзменаЕсли женщина, уходит от мужчины,
Она не станет при тебе рыдать.
Звонить тебе не станет без причины,
Хотя частенько будет вспоминать.
И встретившись с другим мужчиной,
С тобою попытается сравнить.
Ты будешь львом пред ним, иль жалкой псиной,
Измену же твою, ей не простить.
Как не услышишь слов ее: «Скучаю»
Хотя и вправду, иногда будет скучать.
И на подушке слезы оставляя,
Не зная, как прожить ей без тебя.
Жить с белого листа ей предстоит,
Возможно средь ошибок не разумных.
Ее об этом, не тебе судить,
Ты станешь, прошлое ее безумие.
Скучна история, итог же этой темы,
Быть может, не затронет глубину.
Не тот мужчина, что живет изменой,
А тот кто сможет осчастливить лишь одну.
Подари мне любовную страсть,
О такой, чтобы мог лишь мечтать.
Насыти меня нежностью всласть,
Чтоб одною тобою дышать.
Пальцы будут по телу скользить,
Губы нежно кусать и ласкать!
Чтоб друг в друге себя растворить,
И желание не удержать.
Разожгу твоей плоти я пыл
Стоны станут звучать в унисон.
Страсти пламенем, чтоб не остыл,
Погружу, словно в сказочный сон.
Всю себя ты отдашь без остатка,
До утра — до безумья, до боли
Ты почувствуешь, как это сладко
Покориться мне, моей воле.
И тела станут нам непослушны,
Стоном вырвутся чувства наружу.
Словно в небо взлетят наши души,
И никто, нам будет не нужен.
Я узнала тебя, это ты приходил прошлым днём,
Целовал нежно каплями, влагой стекал по губам,
Лез за ворот и там щекотал шаловливым дождём,
По груди, по ключицам, сползая, стремился к стопам.
Прижимался бесстыже прохладой волнующих ласк,
Облепив на ложбинках промокшее платьице вдрызг,
Так, что будто нагая стояла пред тысячей глаз,
Устремлённых на тело в мурашках и искорках брызг.
А потом сквозь дрожащую кожу потоками игл
Проникал обжигая, сводил постепенно с ума,
И струящимся бархатом влажно по бёдрам скользил,
Уводя за собою в нирвану, в молочный туман.
Я узнала тебя, это ты был блаженным дождём
Тем весенним, полнейшим безумия ласковым днём.
Тебе дарю я эту ночьХочу смотреть в глаза твои,
Знать, что ты мне одной подвластен.
Пусть водопад земной любви
Нас неземным одарит счастьем.
Хрип в голосе, одежду прочь
И волю дать животной страсти.
Тебе дарю я эту ночь,
И ты сойдешь с ума от счастья.
Звон тишины, мерцанье свеч,
Дрожанье рук и трепет тела,
Несмелое касанье плеч-
Я никого так не хотела!
Пусть это долго в нас живёт
И в голове плывут мгновенья,
Как ты целуешь мой живот,
Как ты разводишь мне колени.
Безумие в глазах твоих.
В тебе до капли растворяясь,
Твоим желаниям любым
Беспрекословно подчиняюсь.
Не будет рук моих нежней,
Не будет поцелуев жарче.
Ты разбудил в душе моей
Огонь, которого нет ярче.
За это можно умереть,
Ведь небо нам послАло счастье
Вот так друг другом заболеть
Сгорать в огне любви и страсти
Как холодно душа обнажена
Тепло твое, увы, её не греет:
Что лист осенний в стужу леденеет -
Застыла и скукожилась она.
Как холодно ни горя, ни обид -
Лишь пустота, а ненасытный ветер
До пят пронзает, но на целом свете
Нет никого, кто просто защитит
От бездны одинокого безумия,
За прошлое не требуя отчета,
Не проклиная, не любя «кого-то»,
Не поминая его имя всуе
Как холодно. И спят календари -
Года застыли в тягостном молчанье
И ты молчи - не связывай печалью,
Позволь уйти. И двери отвори.
Как холодно - все выдуло насквозь.
Пустое сердце доброте не внемлет:
Не сеют в замороженную землю -
Не отогрелось. Значит – не сбылось. Как холодно.
Единица Безумия. И сейчас бы подняться, расправиться, отрезветь. Взять по курсу на юг, или просто идти направо. Перестань говорить, перестань на неё смотреть, музыкант под ребром, практикующий андеграунд, ожидающий права распеться и быть своим в окружении пестрой, плюющей под ноги стражи, перестань улыбаться им, смолкни, не говори, притворись что мы вышли /что мы не входили даже/ среди них нет своих — среди них существует лишь Единица Безумия в облике нежной Боли, от которой когда-нибудь что-то перегорит и не сможет закрыться крепче, сменить пароли и оставит тебя бесполезным простым ядром в терпкой мякоти плода, упавшего ей под ноги — тихой Боли, умело шагающей каблуком, этой нежной, не преодолимо желанной Боли.
Сделай визу к другим берегам, отступай волной, выдирай из струны за монеты чужие, песни в переходах метро. Ты услышишь, как стихнет Боль. И настанет тоска, убивающая нас на месте.
Лёгкий запах зелёных яблок и, немножечко,
Очень юной, открытой нежности,
Когда сладко сосёт под ложечкой
Ощущением небесной свежести.
Целоваться легко и восторженно
До безумия До опьянения
Сколько в жизни счастья положено?
Я боюсь, вдруг не хватит времени?
Юный ангел стрелял без промаха —
Я влюблён в неё банально — истинно.
От небес веет звёздным ворохом
И ванилью, легко и таинственно.
Мне щекочет ресницы нежность
И тепло твоего дыхания.
Опустелых улиц безбрежность
Порождаeт слова признания.
Будь смелей. Пей меня до донышка,
Как глинтвейн, стылым зимним вечером.
Я весь твой, моя милая Золушка —
Как ни жаль, но пока не встреченная
Одиноко нелепо без толка,
Башмачок, безделушка хрустальная,
На каминной пылится полке —
Моя сказка Нелепо-печальная.
Ты знаешь, как сходят с ума,
Утопая, в тоске, когда на изломе душа,
И ни капли надежды,
Когда над тобою смеются глупцы и невежды.
И боль разделить бы,
Но только неведомо с кем?
Что можешь ты знать
О бессонных безликих ночах,
Что между собой, до безумия,
Мучительно схожи,
Когда на коленях ты молишь:
«Дай силы мне, Боже!»
А в горло вцепился нежданно-негаданно страх.
Тебе не услышать, как сердце трепещет в груди
И бьется о ребра измученной раненной птицей.
Такое тебе и в кошмаре ночном не приснится.
И нет больше солнца, стеною дожди и дожди.
Ты в сытости жизни своей никогда не поймешь
Ни цену слезам, ни печальную горечь разлуки.
Ты к боли моей прикоснулся, но сразу же руки отдернул,
Как будто бы та — раскалившийся нож.
Не надо тебе ничего понимать,
Милый мой! Живи, как живешь,
Бог прощает любые обиды.
Слова не нужны.
Все банально, нелепо, избито.
Сгорело дотла
И осыпалось серой золой.
В течение долгой жизни случается стыдиться многих поступков и положений, без которых не проживешь.
Здоровая натура, обогащенная и обремененная опытом, уже не принимает так близко к сердцу то, что на свете существует безумие и злоба, которые не могут быть искоренены даже самыми ревностными усилиями. Напротив, здоровая натура на этом проверяет себя, она учится, ее восприятие становится только гибче.
Без декораций нет и действия; история теряет опору, когда исчезает соответствующая обстановка.
Человек добрых нравов может иметь ложные взгляды. Истина же порой исходит из уст злодея, который сам в нее не верит.
Одинаковые намерения у разных людей становятся разными.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Безумие» — 483 шт.
