Цитаты в теме «бог», стр. 103
Наверно, я сошла с ума!
Я за себя не отвечаю
Но точно знаю я сама —
Я по тебе до слез скучаю
Как бесконечен этот день,
А ночь его длинней стократно,
Гоню из сердца горя тень,
Но та, шипя, ползет обратно
Крадется тихо, будто вор,
Меня от сладкой дремы будит,
И шепчет, словно приговор:
«А он тебя совсем не любит!
Усвоить четко ты должна —
Что не жена, и не невеста!
Ему ты вовсе не нужна,
Ты для него пустое место!
Он далеко, в других краях,
А там найдутся и по-краше!
Ведь жизнь уже втоптала в прах
И стон любви, и счастье ваше!
Напрасно Бога не гневи,
Не льсти себя мечтой заветной,
С надрывом сердце не томи
Страданьем страсти безответной»
Но я угрозы не боюсь
И грубых слов не замечаю,
Я за любовь свою борюсь,
Я по тебе до слез скучаю.
Купила платье. Синее, как небо.
Его надену в день разлуки нашей.
Мой мир поблёк, давно он ярким не был,
И я его в небесный цвет раскрашу.
Я выйду в платье, как весна, сияя,
Мне будут вслед оглядываться люди.
Быть может, я кого-то удивляю
Быть может, кто-то мой настрой осудит
Ну что же — пусть. Но мне уже не больно.
Смеясь, я перепрыгиваю лужи.
Бессмысленности, серости — довольно!
Пусть синий цвет меня пьянит и кружит.
И я прохожим буду улыбаться,
Смотреть на небо, а не на дорогу.
Как ты давно хотел со мной расстаться.
Твоя мечта сбылась, и, слава богу!
Я - легкомысленна. Ты — хмур и озабочен.
Бурчишь мне вслед, что синий цвет некстати.
И про себя отметишь, между прочим,
Как всё-таки идёт мне это платье.
Вечер, который лишь для двоих
Вино в бокале, негромкий блюз
Твоя голова на коленях моих
И я потревожить тебя боюсь
Коснусь тихонько твоих волос —
Суровый воин, любовник, друг,
Мальчик, трогательный до слез —
Застыло время, замкнулся круг
Счастье, что волшебство весны,
Свело сегодня тебя со мной
Пусть боль, обиды и злые сны
Тебя не тревожат, любимый мой.
Мгновенья тают еще чуть-чуть —
Тебя в рассвет провожу, любя
Иди! Пусть будет счастливым путь,
Пусть боги вечно хранят тебя.
Не жемчужины - горошинки, не милы, не хороши,
Ходят лишенки да брошенки, просят медные гроши.
Получают - щедро, скупо ли? Не копайся - не жена.
Им сестрица - Дунька глупая, навсегда Лопухина.
Отцветут ромашки-лютики, в шею выгонят цари,
И в конце дорожки крутенькой - кабаки-монастыри.
Улетит душа безмужняя не голубкою - чижом.
Может, вспомнит про ненужную не сумевший да чужой?
Не сумевший да не сдюживший, не горюй - не суждено.
Дай же Бог тебе жемчужину, не ячменное зерно.
Откупился медным грошиком не сумевший да не муж.
Русь ведь тоже баба-брошенка, да и лишенка к тому ж.
В небе ангелы следят за порядком:
Молоком разводят лунное тесто,
Поливают межпланетные грядки,
Приколачивают звезды на место.
Звездам осенью - что яблокам падать,
Норовят попасть на мой подоконник.
Я на ангелов устрою засаду,
Чтобы людям было чуть поспокойней.
Прилетят собрать упавшие звезды -
Командира их накрою халатом.
По возможности зловеще и грозно
Прочитаю остальным ультиматум:
Отпущу, когда вы руку Дантеса
Подтолкнете, чтобы выстрелил криво,
И когда, еще и молод и весел,
Захлебнется Гитлер пенистым пивом,
И когда щенок соседской девчонки
Увернется от "Ниссана"-красавца...
Хлопнет Бог сердитый сверху легонько,
Разожмутся отвердевшие пальцы.
Главный ангел - голубком да на воздух,
Остальные растворятся во мраке:
Чистить, мыть и приколачивать звезды.
Что мне делать? Да, наверно, заплакать.
Нет возраста у Женщины Любимой
Она всегда светла и молода,
Средь серых дней безрадостного дыма
Сияет в небесах её звезда.
Нет возраста у Женщины, а значит,
Ей бег времён дано остановить
И только поцелуй Любви горячий
Нас свяжет с нею, словно Бога нить.
Нет возраста у Женщины и снова
Она девчонкой по судьбе бежит,
Тебя лаская взглядом или словом,
Спасая мир от боли и обид.
Нет возраста у Женщины, к тому же,
Она чуть-чуть моложе для того
Кто ей в судьбе её как воздух нужен
И в этом светлой жизни волшебство.
Нет возраста у Женщины, поверьте
Для Женщин время медленней течёт,
И молодость с рождения до смерти
Ей дарит чувств стремительный полёт.
Нет возраста у Женщины, быть может,
В том есть судьбы невольная печать,
И злобный рок в том, и подарок божий,
И тяжкий крест, и даже благодать
Нет возраста у Женщины Любимой,
Пока душой не старится она,
Пока средь боли и потерей дыма
Она кому-то как судьба нужна.
Стань для меня сильным,
Вводной строкой главной,
Песни, стихи, фильмы
Чтобы про нас, славный,
Чтобы насквозь светом
Тонкий пера росчерк,
Чтоб босиком в лето,
Чтобы не знать прочих —
Кто без ножа режет,
Кто для души душит
Мне бы дышать реже,
Знаки чертить тушью,
Тенью стоять рядом,
Сыпать круги солью
Стань мне огнем, ядом,
Слева родной болью,
В книге листом белым,
Чистым моим снегом,
Стань для меня смелым,
Чтобы в ладонь — небо,
Рифмой живой, острой,
Ролью моим пьесам,
Тонущий мой остров,
Ангелом стань, бесом,
Талой водой, влагой,
Горьким моим вдохом
Сделай меня слабой —
Стань для меня Богом.
А знаешь ли ты, что такое любовь —
Не похоть, не страсть, не животный инстинкт?
А именно то, что по воле богов
Кометой на голову сверху летит
И падает так, что потом не вздохнуть.
Когда на рассвете тепло влажных губ
По коже взволнованной делает путь
От кончиков пальцев к горящему лбу.
Когда понимаешь, что в каплях росы
Твоё отражение всюду стоит,
Твой вкус на щеке от прозрачной слезы,
Твой пульс на запястьях — его бьётся нить.
А знаешь ли ты, что такое любовь?
Сплетение душ под молитвы ветров,
Сумбурные сны и виденья с тобой
На кромке безумия, стыке миров.
Какого вкуса чувства наши —
И скорбь и лютая тоска?
И впрямь горька страданий чаша?
Любовь и впрямь, как мёд сладка?
Горчинка лёгкая в стакане
У грусти явственно слышна.
Живая соль на свежей ране,
Когда обида солона.
Среди страстей, среди борения
Я различить тот час берусь
И резко-кислый вкус презрения
И кисловатый скуки вкус.
Под вечер горькая услада,
И на просвет почти черно
Вино дождя и листопада,
Печали терпкое вино.
Но все оттенки бред и бренность,
И ничего не слышит рот,
Когда стоградусная ревность
Стаканом спирта оплеснёт.
Всё так. И пусть. И горечь тоже.
Приемлю мёд. Приемлю соль.
От одного меня, о Боже,
По милосердию уволь:
Когда ни вьюги и ни лета,
Когда ни ночи и ни дня,
Когда ни вкуса и ни цвета,
Когда ни льда и ни огня!
Ругается мама, опять недовольна:
Считает, что я одеваюсь фривольно,
И губы накрасила яркой помадой,
И юбку носить подлиннее бы надо.
На улице холодно — где моя шапка?
А вдруг заболею? Придётся несладко,
С мужчинами надо вести поскромнее
Согласна, родная, я буду умнее!
Ах, милая мама! Опять она учит!
Хотя у меня подрастают две внучки.
А я и не спорю Я с нею согласна!
Побыть снова в детстве — как это прекрасно!
Пока, слава Богу, живут наши мамы,
Мы всё ещё дочки с седыми висками.
Добродушен и ласков осенний пригрев,
Холодов ещё край не почат.
Лишь тускнеет усталая зелень дерев,
Глухо оземь орехи стучат.
Мы живём, упиваясь последним теплом,
Подбирая сухие плоды —
И приемлем душой переход, перелом,
В коем нет ощущения беды.
Мы живём, принимая дары октября,
И не ропщем. И нежно храним
Память лета, которое было не зря,
Как и всё, что приходит за ним.
Я не знаю, что есть неопознанный Бог,
Где он — в нас, или, может, вовне,
Лишь гляжу, как кружит отлетевший листок,
На плечо опускаясь, ко мне.
Упаси меня, Боже, от суетных дел,
Дай мне жить, ближним зла не творя,
Дай мне счастье шагнуть за последний предел
С ощущением: было не зря.
Что же касается разговоров о богохульстве, то это, в общем, конечно, ни на чем не основано и просто является на данный момент пока глупостью, которая для нас, живущих в светском государстве и подчиняющихся конституции, абсолютно ничего не обозначает. Дело в том, что мы все – ни вы, ни я, ни он — не обязаны знать, что является для определенной корпорации, для определенного кружка людей, объединенного религиозными пристрастиями, что является святым. Мы совершенно не обязаны разбираться в том, сколько у них богов, богинь, сколько у этих богинь рук. Мы не обязаны этого знать. И в связи с этой «необязаностью» мы не можем кощунствовать. По определению. Потому что для меня, для очень многих других людей нет никакой разницы между одним персонажем мифов — Иисусом — и Осирисом, например. И тот и другой — культурологические фигуры, которые вполне возможно критически осмысливать или иронически осмысливать. Как угодно!
И в некрасивости есть плюс
И в некрасивости есть плюс.
И я бы точно не хотела
Тащить по жизни ценный груз
Искусно слепленного тела.
Чтоб им, как вазой, дорожить,
Обернутой стерильной ватой.
И даже, право, и не жить,
А быть музейным экспонатом.
Сходить с ума (помилуй Бог!),
Морщинку как-то обнаружа,
Охотиться на кошелек,
Искать миллиардера-мужа
А мне важней, чем лоск и стать,
Искусство быть счастливой все же!
Чтоб одному на свете стать
И всех милей, и всех дороже.
Седая женщина с клюкой,
Согнув больную спину,
С худой протянутой рукой
Стоит у магазина.
В ладони мелочь, в сердце — стыд:
Дошла же до такого,
Она уж много лет не спит
Под неприютным кровом.
Когда Всевышний позовет,
Освободит от жизни?
Ей не пришлось, вот не везет,
Пожить при коммунизме!
О чем мечталось — не сбылось,
Хоть рук не покладала,
Работать много ей пришлось,
А нищенкою стала.
И похороны — вот беда-
Ей не осилить вовсе!
А жизнь — пустячная еда,
Все корочки да кости.
В ее сарае дряхлый гроб
Мечтает о могиле.
Чужие люди, дай-то Бог,
Ее б похоронили!
Восходя дорогой горной прямо к бездне голубой,
Не печалься, брат мой гордый, будет нам еще с тобой
И парча ковров ценнейших, и невиданный фарфор,
И красавиц августейших неожиданный фавор.
Не раздавит нас, ей-Богу, ни чужбина, ни нужда.
Будет нам всего помногу. А не будет — не беда.
И когда недуг сердечный вдруг сожмет тебя в горсти,
Не печалься, друг мой вечный, твой корабль уже в пути.
Не зазря ломал ты крылья, не напрасно ты страдал,
И бесился от бессилия, и от холода рыдал.
Потеряешь счет пожиткам предсказаниям вопреки.
Будет нам всего с избытком. А не будет — пустяки.
И покуда шепот струнный все зовет куда-то вдаль,
Дольше срока, принц мой юный, не продлится твой февраль.
Вспыхнет утро, грянут грозы, льды сойдут, снега сойдут,
И твои ночные слезы дневным садом прорастут.
Будь, что будет, знай, не медли, путь не близок, в добрый час.
Там посмотрим — будет, нет ли. Не печалься, будет с нас.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Бог» — 6 428 шт.
