Цитаты в теме «мир», стр. 398
Каждую ночь она засыпает одна. И лежа в кровати, обняв тонкой рукой подушку, она смотрит в окно, за которым падают листья на мокрый асфальт. Они падают бесшумно, но она слышит каждый удар листа о землю. Может быть, это удары её собственного сердца. И листопад превращается в странные, страшные часы, отчитывающее её время, её дыхание, и тьма за окном всё плотнее, и мир всё меньше, он становится крошечным, сжимаясь до размеров зрачка, он становится тесным, душным, а её сердце в нём — огромным, разрывая пространство, достигая мечтами самых дальних миров, оно стучит всё быстрее, всё более жадно глотает чужое тепло, всё отчаяннее ищет кого-то на тонущих в свете фонарей улицах городов, на тёмных тропинках забытых богом лесов, в гулкой пустоте степей и на томных влажных пляжах А вокруг всё быстрее падают листья, падают стены, падают звёзды, падает небо
Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Сейчас нам не нужно иных ласк, нам не нужно слов. Пусть мир тревожно заглядывает сквозь запотевшие от раскалившегося дыханья окна, пусть музыка заслоняет собой реальность, впитывая твой голос, мою нежность, наши души Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Маршруты новых звезд разбегаются по коже, отражаются в твоих глазах. И ты читаешь во мне, в звенящем молчании: я. люблю. тебя. сейчас. Сейчас, здесь не существует иного. И закрыв глаза, я всматриваюсь, вчувствываюсь в этот маленький мир, созданный случайным актом одной любви. Яблоки на полу, красный как жизнь виноград, прозрачные шторы на ветру, заблудившееся солнце, игра теней в сигаретном дыме, тающее на столе мороженое, тающий в воздухе смех Танец ангелов в земной пыли. Как мало порой нам нужно, чтобы навек остаться. Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди
Мы из тех, кто теплому дому предпочел перекрестья путей. Мы привычно называем кроватью верхнюю полку купе, мы курим на корточках в холодных тамбурах, мы молимся богу путешествий и играем на гитаре проводницам, жрицам храма поездов. И точно зная, что человека в дороге убаюкивает стук колес, мы его уже не слышим. Для нас не существует мира за окном, лишь отблески дня и пятна ночи, наши шаги стали плавными, мы не теряем равновесия когда под ногами выгибается мир, мы не стремимся к конечной цели, потому что ее нет Есть дорога и чай в стакане, есть полустанки и случайные попутчики судьбы, есть дикая бродячая душа, не знающая потерь, но чувствующая, как проросли в нее шпалы. Для нас легко слово «прощай» и тяжела любовь. И так привычна тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно пахнет травой, ветром и звездами, и так естественно сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. В нас не живет покой, друг мой, он осыпается хлебными крошками в крики голодных птиц.
Наверное, чувствуя упругость, гибкость, силу и мягкость воды, обнимающей тебя, растворяющей привычные рамки, всепроникающей, гасящей звуки, запахи, создающей новые грани смысла, проще всего почувствовать своё единство с этим миром. Себя — его частью, а его — свои продолжением. И тонкая грань между вами на секунду стирается. Нужно только успеть, не открывая глаз, не стремясь испуганным животным к глотку воздуха, не вспоминая всё, что ты знал, всё, во что верил, успеть заглянуть за открывающуюся тебе черту.
Никто бы не назвал жизнь Эллен легкой или счастливой, но легкой жизни она и не ждала, а если на её долю не выпало счастья, то таков, казалось ей, женский удел. Мир принадлежал мужчинам, и она принимала его таким. Собственность принадлежала мужчине, а женщине — обязанность ею управлять. Честь прослыть рачительным хозяином доставалась мужчине, а женщине полагалось преклоняться перед его умом. Мужчина ревел, как бык, если загонял себе под ноготь занозу, а женщина, рожая, должна была глушить в груди стоны, дабы не потревожить покоя мужа. Мужчины были не сдержанны на язык и нередко пьяны. Женщины пропускали мимо ушей грубые слова и не позволяли себе укоров, укладывая мужа в постель. Мужчина, не стесняясь в выражениях, могли изливать на жен свое недовольство, женщинам полагалось быть терпеливыми, добрыми, снисходительными.
Эшли был из рода мечтателей — потомок людей, из поколения в поколение посвящавших свой досуг раздумьям, а не действиям, упивавшихся радужными грезами, не имевшими ничего общего с действительностью. Он жил, довольствуясь своим внутренним миром, ещё более прекрасным, на его взгляд, чем Джорджия, и лишь нехотя возвращался к реальной действительности. Взирая на людей, он не испытывал к ним ни влечения, ни антипатии. Взирая на жизнь, он не омрачался и не ликовал. Он принимал существующий миропорядок и своё место в нём как нечто данное, раз и навсегда установленное, пожимал плечами и возвращался в другой, лучший мир — к своим книгам и музыке.
Тихо шептала в ночи: — Мне с тобой хорошо
Только вот сказано было все в страстном порыве,
А рассветет, «не мое» и до боли чужой
Запах вчерашнего «счастья» какой то паршивый
И, задыхаясь, бегу от обманов своих,
Знаю, что кроме тебя, так никто не цепляет,
Эта случайная связь, как ногою под дых,
Душу отчаянной болью мне испепеляет
Трудно «свое» отыскать в этом мире большом,
Тот, кому жизнь посвятишь до последнего вздоха,
Много кому говорим — «Мне с тобой хорошо»,
Только вот любим мы тех, без кого очень плохо.
Полюби меня со всеми недостатками,
И пускай порою я безумно вредная,
Компенсирую я вред ночами сладкими,
Я в ночи такая вся великолепная
Полюби меня, когда я взрыв истерики,
Это временно, как шторм на море яростный,
И внутри бушуют черти и холерики,
Ведьмы пляшут, разъяренные, отвязные
Полюби меня, такую непонятную,
Женский мир понять, наверно, не получится,
Лишь бы только не пошел ты на попятную,
И сказал: — Ты больше не моя попутчица
Я люблю тебя душой своей огромною,
До безумия, до дрожи, с нежным трепетом,
Полюби меня за то, что очень добрая,
Приласкай не буду кошкой я свирепою.
Мне кажется я ангел, но в изгнании,
Меня зачем-то выгнали из рая,
Отправили на землю в наказание,
Насколько я успешно роль сыграю
Предстала в человеческом обличии,
Прочувствовать, как мир людской устроен,
Все чаще я встречаю безразличие,
Все чаще нету на душе покоя
И трудным подвергаюсь испытаниям,
Судьба не оставляет даже шанса,
Обречена на долгие скитания,
Обречена петь грустные романсы
В пути все чаще я встречаю недругов,
Они, с ехидной злостью, насмехаются,
И ранят больно душу мою нежную,
Но мало, кто из злобных догадается
Что обижать не нужно добрых ангелов,
У Бога мы, как дети, под защитою,
Мы в грешном мире лишь для созерцания,
Познать людскую сущность, ядовитую.
Сплошные испытания судьбы,
Камнями падают ко мне на плечи,
Сбивают с ног они меня, калечат,
А мне бы все плохое позабыть
Хочу построить среди леса дом,
Обнявшись у камина с тобой греться,
О, счастье! Так спокойно мое сердце,
Что мы с тобою навсегда вдвоем
Как мало нужно мне, чтоб обрести,
Спокойствие, любовь и наше счастье,
Ты просто обнимай меня почаще,
Ты просто понимай сумей простить
Нам только вместе все преодолеть,
Возможно в мире бренном и жестоком,
Жалей меня, когда мне очень плохо,
И добротой сумей меня согреть
А я построю среди леса дом,
И в нем мы будем жить и наши дети,
Что может быть прекраснее на свете,
Что мы с тобою навсегда вдвоем
Пусть Ваши мужчины читают вам это
Стихотворение вслух
И воплощают в действительность
С наступающим.
У него была заветная мечта,
Встретить девушку, красивей всех на свете,
А в душе ее - царила доброта,
И чудесные родились у них дети...
Он мечтал о нежной, преданной жене,
Чтоб умна была она и терпелива,
Только с ней хотелось быть наедине,
Быть мужчиной настоящим и счастливым...
Бог услышал его мысли и решил,
Наградить его мечтою сокровенной,
Он вселенную всю переворошил,
Свел его с одною необыкновенной...
Очень доброй, нежной, ангельской душой,
И велел ее беречь, любить, лелеять,
Нету больше в мире девушки такой,
Потеряешь... очень сильно пожалеешь...
Только жаль, что так устроен человек,
Если вдруг его мечта осуществилась,
Он теряет интерес....Сильнее всех,
Эта девушка зачем в него влюбилась?
И зачем мечтать о том, что никогда,
Сохранить ты в жизни все равно не сможешь,
Для тебя, возможно, просто ерунда,
А той девушке ты душу уничтожишь...
Так хочется сегодня амнезией,
Взять и неизлечимо заболеть,
Чтоб легкость на душе и эйфория,
И ни о чем вовек не сожалеть
Не вспоминать твой образ обреченно,
Страдая от бессонницы ночной,
Смотреть на мир свой взглядом восхищенным,
Чтоб на душе затишье и покой
Из памяти пропали все обиды,
Исчезла черноокая хандра,
Закончилась нелегкая планида,
Мне жизнь сначала начинать пора
Я с чистого листа жить начинаю,
Чтобы душою мне не очерстветь,
Ах, кажется уже заболеваю,
Ошибок прошлых я не вспомню впредь.
Я любить тебя готова всей душою,
Я готова быть с тобою рядом вечно,
И в свой мир тебе я двери приоткрою,
Видишь путь на небе, звездный, яркий, млечный
Ты лети к нему, дорогу он укажет,
К одиночеству, что больно ранит, гложет,
Мы друг другу обо всем с тобой расскажем,
Лишь о прошлых бедах умолчим, быть может
Я любить тебя готова всей душою,
Лишь бы только знать, что это тебе надо,
Я такая, знаешь, сильная порою,
Расшибусь, но уничтожу все преграды
Восхити меня характером железным,
Добротою покори мое ты сердце,
Чтобы не был больше мир мой в красках серых,
Чтобы прошлое забыла и воскресла
Только разочароваться не хочу я,
Я итак избитая своей судьбою,
Прилетишь ко мне, я верю в это чудо,
Я любить тебя готова всей душою.
Её душа она всегда поет,
Улыбкой светит, верою сильна,
Лишь грустный взгляд, предатель, выдает,
Хлебнула в жизни горестей сполна
А ее сердце вечно влюбленно,
Наивно верит в светлую любовь,
Когда же, глупое, поймет оно,
Не строй иллюзий из красивых слов
И злость стремится больно уколоть,
Я, как принцесса с тем веретеном,
Жаль, добродушных жизнь вдвойне клюет,
Хочу порой уснуть я мертвым сном
И поцелуем пусть разбудит он,
И все мои наивные мечты,
Вмиг воплотятся Добрый мир кругом,
Навечно вместе только Я и Ты.
Мне пора бы научиться плыть,
По теченью а все чаще против,
Мысли прошлого не ворошить,
Ведь тех лет судьба мне не воротит
Мне пора бы научиться жить,
Без обид шальных и сожалений,
Чтоб не плакать по ночам навзрыд,
От извечной боли и сомнений
Мне пора бы научиться всё,
Отпускать, что от меня уходит,
И пускай мне жизнь произнесет:
— Мудрой будь ты при любом исходе
Мне пора бы полюбить себя
Вот тогда взгляну на мир по новой,
И моя изменится судьба,
И не будет бить меня сурово.
Мир завоевали Оптимисты!
Пессимисты — в роли зрителей
Наблюдают, как пройдем тернистый,
Сложный путь Растопим ледовитый
Океан Прогоним прочь уныние,
Думать о плохом нам запрещается,
Все проблемы в жизни разрешимые!
А Господь — Он нами восхищается!
Пусть удача, госпожа капризная,
По пятам за нами бегает,
И судьба одарит нас сюрпризами,
И не важно, черными иль белыми
Мы по жизни Счастье проповедуем,
А оно в окошко к нам стучится,
Взяли курс и четко ему следуем!
Браво нам! Все люди — Оптимисты!
Многообразие защитных конструкций в человеческом организме так же поразительно, как и в мире животных и насекомых. Вы обнаруживаете это сразу же, как только попытаетесь проникнуть в запретные зоны «эго». Самые трудные пациенты вовсе не те, что прикрываются панцирем из железа, стали, олова или цинка. И не те — хотя они оказывают мощное сопротивление, — что упакованы в каучуковую оболочку, укрепленную mirabile dictum вулканизированными пористыми стенками. Самые трудные — те, кого я бы назвал «косящими под Рыбу», — под каким знаком они ни родились бы, они стараются быть похожими на рожденных под знаком Рыбы. Этакое текучее, растворяющееся «эго» лежит себе спокойненько, как зародыш в материнской утробе, и кажется ничем не защищенным. Но там ничего не найдешь! Проколешь капсулу — ага! Вот я тебя и поймал наконец! А в руках всего лишь жалкий комочек слизи. Нет, эти натуры, по-моему, непостижимы. Они из сюрреалистической метапсихологии. У них нет хребта, они могут бесконечно распадаться.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Мир» — 9 702 шт.
