Цитаты в теме «плен», стр. 8
Таково ремесло писателя: его жизнь — водоворот лжи. Приукрасить для него — что перекреститься на красный угол. Мы делаем это, чтоб доставить вам удовольствие. Мы делаем это, чтоб убежать от себя. Физическая жизнь писателя, как правило, статична, и, пытаясь вырваться из этого плена, мы вынуждены ежедневно выстраивать себя заново. Тем утром я столкнулся с необходимостью придумать мирную альтернативу вчерашнему кошмару, при том, что в писательском мире драма, боль, поражение поощряются как необходимые для искусства предпосылки: если дело было днем — выпишем ночь, была любовь — устроим ненависть, безмятежность заменим хаосом, из добродетели сделаем порок, из Господа — дьявола, из дочери — шлюху. За участие в этом процессе я был неумеренно обласкан, и ложь зачастую просачивалась из моей творческой жизни — замкнутой сферы сознания, подвешенной вне времени, где вымысел проецировался на пустой экран, — в осязаемую, живую часть меня.
Нет неба, нет солнца без тебя...
Нет неба, нет солнца без тебя.
Как поле зимой без снега, душа моя.
И где-то бродит вещий сон, мой сон.
Так тревожен он, беспокоен он.
Дай твоих мне родников
Речей испить до дна. Забери в объятья,
В плен твой жаркий — не сбегу.
Уберечь смогу, исполнить,
Все что было, все что помню.
Снова жизнь мою наполни.
Уберечь смогу — исполнить.
Нет неба, нет солнца без тебя.
Как брошенный пес на дороге, душа моя.
И снова бродит вещий сон, мой сон.
Так тревожен он, беспокоен он.
Дай надежд мне облаков седых над головой.
Только ветер мне доносит свыше голос твой.
Море, слышишь, брат мой вечный,
Ты забудь свою беспечность.
На волнах своих всесильных
Ты верни меня к любимой.
Нет неба, нет солнца без тебя.
Мы сняли куклу со штабной машины.
Спасая жизнь, ссылаясь на войну,
Три офицера — храбрые мужчины —
Ее в машине бросили одну.
Привязанная ниточкой за шею,
Она, бежать отчаявшись давно,
Смотрела на разбитые траншеи,
Дрожа в своем холодном кимоно.
Земли и бревен взорванные глыбы;
Кто не был мертв, тот был у нас в плену.
В тот день они и женщину могли бы,
Как эту куклу, бросить здесь одну
Когда я вспоминаю поражение,
Всю горечь их отчаянья и страх,
Я вижу не воронки в три сажени,
Не трупы на дымящихся кострах,-
Я вижу глаз ее косые щелки,
Пучок волос, затянутый узлом,
Я вижу куклу, на крученом шелке
Висящую за выбитым стеклом.
Милая, слышишь, я руки вздымаю —
Слышишь: шуршит даже и это подслушают, знаю:
В ночь одиночества кто-то не спит.
Милая, слышишь движенье страницы:
Это полеты нарушенных дум
Милая, слышишь, как никнут ресницы:
Мнится, и это — волнующий шум.
Шорох неясный, и робкий, и краткий
В сдавленной дали рождает волну,
В шелк тишины закрепит отпечатки,
Небо и землю ласкает в плену.
Вздох мой колышет звезду голубую,
Облаком легким всклубя;
Все ароматы в себя я в колдую,
Ангелов лунных я в небе волную;
Только одну я не чую — тебя.
А город промок и стоит пустой,
С глазами бездомных собак.
И ты — единственный, кто живой,
Кто делит здесь свет и мрак.
А город не помнит, что значит жить
Без ругани, пуль и драк.
А дом твой — стеклянные витражи,
Уютный большой чердак.
Я тоже, как город, смотрю в тебя,
Впервые попав впросак
И в плен твоих глаз цвета имбиря,
Смеющихся их атак
Весь город пропах тобой, стал един
В порывах ускорить шаг.
Шепчу «обернись», среди серых спин
Твоя — самый светлый знак.
Мой город уснул без тебя, небес
Вдохнув ярко-алый мак.
И я не смогла, не сумела без
Я просто не знала как.
Я хочу для тебя танцевать
Танец страсти, на кончиках пальцев,
По тончайшему лезвию бритвы
Легкой бабочкой в небо взлетать.
Встрепенется от счастья душа,
Умоляя мгновенье - «Останься!...»
Невесомым касанием губ
Дай воскреснуть, чтоб вновь умирать!
На носочках, по краешку сна
Между раем и адом танцую,
Улетая в заоблачный плен -
Камнем падая в свет хрусталя.
Я хочу, чтобы ты навсегда
Меня в танце запомнил такую,
Чтоб от мысли одной обо мне
Из-под ног уходила земля.
Вздох-полет... вздох-падение... восторг!
Наслаждения натянуты струны,
И блаженства последний аккорд,
Как по скрипке умелым смычком.
Я хочу для тебя танцевать
Танец страсти на бархате лунном.
Я хочу для тебя умирать,
Сотни раз умоляя о том!
Слетаются из прошлого, как птицы,
Года, гнездясь под окнами души,
Забытые от времени страницы,
Листает память. Только не спеши,
Дай мне еще в друзей своих вглядеться,
Которых в эти дни со мною нет,
И в ту, кому оставил своё сердце,
В начале буйной молодости лет.
Наверняка, она уж не такая,
Под чарами я до сих пор в плену
Но встрепенулась дней забытых стая
И полетела в прошлого страну.
То улетят, то возвратятся снова
Года, как птицы по сезону дней,
Пусть сердце будет каждый раз готово
Пройти, как прежде, путь любви своей.
Мне снится какое-то море,
Какой-то чужой пароход,
И горе, какое-то горе
Мне тёмное сердце гнетёт.
Далёкие медные трубы
На палубе нижней слышны
Да скрежет, тяжёлый и грубый,
Запятнанной нефтью волны.
И если заплачет сирена
Среди расступившихся вод,
Из этого страшного плена
Никто никогда не уйдёт.
Покоя не знающий странник,
Кляну я чужой пароход,
Я знаю, что это «Титаник»
И что меня в плаванье ждёт.
Мне дико, что там, за кормою,
Вдали, за холодной волной,
Навеки покинутый мною,
Остался мой город родной.
Мне хочется сказать тебе о многом,
Что видится ясней издалека,
Где заграница тут же, за порогом,
А между нами времени река.
Осталось жить, с бессилием воюя,
Клубок эмоций в памяти храня,
Всем улыбаться, о тебе тоскуя,
Спасаясь ночью от пустого дня.
В плену у пресловутых обстоятельств,
Затворница среди вселенских благ,
Уставшая от мнительных приятельств,
Я чувствую, что в жизни всё не так.
А может нам не нужно расставаться,
Когда ещё так хочется любить,
Дарить тепло, от радости смеяться
И лишь с тобой о многом говорить.
Собрав все многоточия, подвожу я прошлому черту.
Невозможно, когда небо — в клочья,
И без сердца жить невмоготу.
От молила я себя у жизни, обойдя все замки из песка.
Отшумели грозовые ливни, улеглась безумная тоска.
Не обжитый мир позвал куда-то, словно свежий ветер перемен.
Я перед собою виновата: у любви не самый лучший плен.
Прожила от корки и до корки незабытое своё вчера,
И осадок ядовито-горький пеплом стал недавнего костра.
Отпускаю прошлое на волю.
Видно, наконец-то вышел срок,
И прощаясь с незавидной ролью, распускаю боли узелок.
Два тела сплелись в любовной игре,
Лаская и нежа друг друга.
Забыв обо всем, в жарком страсти костре,
В плену у порочного круга.
Тепло разливаясь от ищущих рук,
Сердца окунув сладкой негой.
И легкая дрожь, от касания губ,
Промчится приятно по телу.
И стоны, невольные тела движения,
Под ритм Любви, танец секса.
Тела наслаждая, и каждым мгновением,
Отрадой кружится над сердцем.
В свой мир унося, где лишь только вдвоем,
Скрепленные узою счастья.
Любовь своим пламенем, вечным огнем.
И страсть в, своих нежных объятьях.
Я в днях своих не вижу больше смысла,
В них нет тебя и некого винить
Бегут часы, тоска меняет числа,
Я как в бреду, мне следует забыть
Забыть твой плен и рук прикосновение,
Твой милый голос, нежные глаза
Ты рядом был так мало, на мгновенье,
Лишь горькой правдой на губах слеза
Я за тебя молю у Бога счастья,
Я для тебя отдам, что есть взамен
Лишь только б раз ещё к тебе прижаться,
И не бояться ветра перемен
Твой взгляд родной всегда, повсюду следом,
Я жду тебя, зову издалека
Холодной ночью, укрываясь пледом,
Шепчу от острой боли: «Не нужна».
Нет, нам с тобой не убежать,
Нам друг от друга не укрыться
Мне и в разлуке будет сниться
Твоя особенная стать.
Твоих волос густой обвал,
Где поселился запах тайный,
И взгляд внимательно печальный,
Когда тебя я целовал
Я буду помнить след руки,
Что надо мной прозрачной тенью
Скользнет, и время на мгновенье
Сольет дыхание в стихи.
И шелк распахнутых ресниц,
Которых я коснусь губами,
И будут биться между нами
Сердца, как в клетке крылья птиц.
Твоей груди упругий плен,
Тепло и зов атласной кожи
В разлуке будут сниться тоже,
И трепет сомкнутых колен
Нет, нам с тобой не убежать,
Не растерять любовь и нежность,
Нас сводит вместе неизбежность,
Которой смысла нет нам лгать.
Архангельская конница
Затмила небеса.
Бессонница, бессонница —
Хоть выколи глаза!
И я свою бессонницу,
Как лошадь в поводу,
По вымершему городу
Выгуливать веду.
Поверь, мне так не хочется
С тревогою в груди
Бродить с моей бессонницей
По Млечному пути.
Но что же тут поделаешь,
Когда не спится ей,
Бесплодной и бессмысленной
Бессоннице моей.
Кто-то где-то богу молится,
Кто-то где-то дрянью колется,
Кто-то где-то пьяный ломится
В чью-то дверь в ночи.
Только нам с моей бессонницей
Ничего уже не хочется,
В потолок уставим очи
И молчим.
Любовница постылая,
Бессонница моя,
Не муза белокрылая,
А так — галиматья.
Как в одиночной камере
В плену пустых ночей
Лежу в объятьях каменной
Бессонницы моей.
Кормлю ее таблетками,
Пою хмельным вином,
Но лишь ночами редкими
Я забываюсь сном.
И снится мне околица
Далекого села,
Где первая бессонница
В постель ко мне легла.
А ты слышал, как шлюхи зе-бестные
Мутируют в лучших жён?
Они выбирают самого из всех тех,
Кто был ими когда-то сражён.
Рожают ему сыновей,
Варят борщ и по праздникам бешбармак.
Они знают, как дома создать уют
И сделать удачным брак.
Они часто крахмалят скатерти,
Чистят ванну и моют пол.
Они делать умеют классный
Массаж и так же легко — укол.
Они будут оберегать и покой,
И сон, и уберегут от бед.
С утра, как всегда, черный кофе
В постель и самый крутой минет.
Их ноги всегда побриты,
Глаза накрашены, а голова чиста.
В них всё есть: покорность, нежность, величие,
Страсть есть и даже стать.
И ты сам не понял, как в плен попал —
Незнакомец, потом жених.
Присмотрись ты к своей повнимательнее.
Может, это одна из них.
А ты мне можешь сниться вечно?
В твоих глазах закат играет,
Рыжинки бликов на ресницах
И я уже не понимаю,
Как мне могли другие сниться?
Как мне смотреть, не улыбаясь,
Когда, с тобой столкнувшись взглядом,
Я как в пучину погружаюсь,
Отравленная сладким ядом
Твоих манящих губ их плена
Не избегаю я отныне.
Как будто бы в моей Вселенной
Теперь твое лишь только имя
И я шепчу его украдкой,
Как будто счастье в нем таится
Оно на вкус так терпко-сладко,
Оно летит, скользит, струится
Позволь твоих волос касаться,
Порыв почувствовать твой встречный
Я сплю? Не буду просыпаться
А ты мне можешь сниться вечно?
Пусть сон превратится в явь!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Плен» — 191 шт.
