Цитаты в теме «примет», стр. 63
Одиночество
.
«Пора замаливать грехи
С душой в ладу, себе угоден,
живу один, пишу стихи,
до непристойности свободен.
Свершая свой удел земной,
лишь мне присущий чту порядок,
и одиночество со мной,
как верный пес, шагает рядом.
.
В какой ни выряди наряд,
среди житейского лукавства
оно — пока еще не яд,
оно — пока еще лекарство.
Его приму на склоне дня,
покамест близкие далече,
и одиночество меня
еще не мучает, а лечит.
.
Но за горами ли пора,
где ты у старости в фаворе
и бег проворного пера
уже совсем не так проворен.
Там надвигается гроза,
там смерть такие шутит шутки,
там одиночества глаза
фосфоресцируют так жутко
.
О чем я, Господи, о чем!
Ничем пока не омраченный,
ведь я еще не так учен,
как тот заморский кот ученый.
Ему что бред, что явь, что сон!
Уже не счесть, какое лето
он одинок. И только он ответить может — плохо ль это?
.
Пора замаливать грехи »
.
Вадим Егоров, бард, 1984г.
Этот город продымлен, продуман и пройден
До глубинных слоев, до больных диафрагм.
Он лежит отработанной кучей породы,
Выедая по крошке меня до нутра.
Этот город заводов, больниц, подворотен,
И церквей, где по праздникам преет народ,
И несчастных калек - даже черт не берет их,
И красавиц, которых кто хочет - берет.
Здесь не родина Блоков, Мане и Кустуриц,
Здесь рождаются те, кто не лучше зверей.
Я в карманы сую откровения улиц,
И в прическу - заколки ночных фонарей.
Этот город - топор для цветущей черешни,
Не противишься - примешь и дар, и удар.
Не родился хирург - виртуоз и насмешник,
Чтоб из ткани сумел удалить капилляр.
По касательной черным-черна, как уголь изнутри, ты собственной бедой себя измучила.
Ты жалуешься мне. Ты говоришь: «вот дал же бог в мужья такое чучело!»
Тебе его объятия — инцест — всё видится отец в его характере.
Ты в этом вся, от грима на лице, до стойкой неготовности стать матерью. болеть, мечтать укрыться за спиной, а получив, плевать в неё насмешливо, при этом называть себя женой. Да сколько же чертей в тебе намешано?
Он лишь кусает губы до крови, в глазах увидев жалость откровенную, но терпит. он зовёт тебя ma vie. он точно знает — ты его вселенная. Ты c ним в любовь вступаешь, словно в бой, пытаясь доказать, что стоишь многого. А он готов принять тебя любой. Лишь повторяет тихо: «богу — богово» и варит кофе, стоя у плиты, и греет для тебя дыханьем тапочки. Наотмашь любит он тебя, а ты его предпочитаешь — по остаточной. Ты жалуешься мне, а возле глаз морщинок сеть ложится тёплой патиной. Ну, что ты всё о нём? давай о нас. Я бережно умею. По касательной.
Купец, пропутешествовав немало,
Купил в заморском царстве две пиалы.
За ту, что темно-синею была,
Торговка сотню золотых взяла,
А за пиалу голубого цвета
Взяла всего лишь медную монету.
Пиалу дорогую наш купец
В шелк завернул и поместил в ларец,
Грошовую же грубо и беспечно
Без церемоний сунул в сак заплечный —
Он из нее в дороге ел и пил,
Покуда ненароком не разбил,
Не испытав в душе о том печали.
Когда ж к родному берегу причалил,
Пиалу драгоценную свою
Послал в подарок самому царю
И принят при дворе был очень мило.
Не знал он, что торговка пошутила —
Пиалы обе, несмотря на цвет,
Ценою были в пятьдесят монет.
На сто людей едва ль один найдется,
Кто ценит то, что даром достается.
Увы, но для глупцов всегда важней
Не вещь сама, а ценники на ней.
Еще вчера от брызг шампанского
Меняли цвет твои глаза,
И жизнь казалась «мега сказкаю»
Еще вчера, еще вчера
И кто б сказал, как можно запросто
Не отрекаясь — потерять,
Когда душа-зараза мается,
А гордость не дает принять,
Что задыхаешься от ревности,
Но просыпаешься с другой,
С той, что охотно на потребности
Умеет выгнуться дугой.
Ну вот и все. Прошло, как не было.
Я проклинаю этот снег,
Под ним, с очередною стервою,
Сейчас смеешься громче всех
И жизнь как будто не закончилась,
По крайней мере, у тебя
А снег старается не очень -
То в аренду душу сдать всё зря.
Уходя, зацепился за сердце.
Оно лопнуло и разошлось по шву
Было больно, но почему-то я до сих пор живу
И, как оказалось, по-настоящему, наяву,
Хотя очень не хочется в это верить.
Обернулся, попал навылет.
Пошатнулась, но до сих пор стою,
Как оловянный солдатик — всегда в строю,
И не имеет значения, что на самом краю.
Равновесие как-то не принято мерить.
Попрощался. и оглушил словами.
Онемела, не двигаясь ни на шаг —
Кто тебе разрешил так ранить,
Словно самый заклятый враг?
В другой раз забирай с собою и память.
Мне тут с ней не ужиться — дело мое табак.
Никогда не проводила реанимаций
А тут взяла себя в руки, и, кажется, все же смогла
И казалось бы — удачная операция! -
Наложены швы — даже нашлась игла.
Сердце почти как новое,
Не считая рубцов и шрамов
Вот только
Сплошная линия вместо кардиограммы.
Девочки, решила поделиться, ибо сама пережила это состояние покинутости, может кому поможет.
Вообще-то, вокруг тебя ходят семь потенциальных мужчин, готовых стать для тебя единственным и для кого ты можешь слать единственной.
- Семь? — сразу перестав плакать, подпрыгнула я.
- Конечно, так что убиваться так сильно не стоит. Просто мир приготовил для тебя другого мужчину. Я знаю, тебе трудно это принять. Так трудно поверить, что там, за поворотом, будет лучше, это все равно что сделать первый шаг по мосту, переброшенному через пропасть. Кажется, что это шаг не к освобождению, а к смерти. Но ты уже на середине моста, и у тебя дорога только вперед. Иди, моя девочка, и не оглядывайся. Если этот мужчина отверг твою любовь или выбрал другую, то радуйся, что судьба освобождает место для более достойного.
Приходит ночь и в доме снова тихо,
Один раз всхлипнув, замолчит душа
Беззвучный шёпот: «Где же мой amigo»,
Вокруг молчание — ты в комнате одна
Ушёл чужим, забрал с собою нежность,
Забрав твой сон — останется в тоске
Ты думала, что счастье длится вечность?
Не удержать его в одной руке
Зачем вторую рученьку разжала,
Зачем ждала в надежде журавлей?
Всё было, Было - ты не удержала,
Зачем ты плачешь над судьбой своей
Каким бы не был, ты его любила,
Прощала боль, обиды не тая
Всё, что прошло, забудь, как я забыла,
Прими как есть с ним жизнь, но не твоя.
— Я рассуждал так, — снова заговорил Овод. — Человек живет один как перст в целом мире и чувствует, что присутствие женщины скрасит его одиночество. Он встречает женщину, которая нравится ему и которой он тоже не противен Так почему же не принять с благодарностью то, что она может ему дать, зачем требовать и от нее и от себя большего? Я не вижу тут ничего дурного - лишь бы в таких отношениях все было по-честному, без обмана, без ненужных обид. Что же касается твоих связей с другими мужчинами до нашей встречи, то я об этом как-то не думал. Мне казалось, что наша дружба будет приятна нам обоим, а лишь только она станет в тягость, мы порвем друг с другом.
Дожди, ветра и все метели
Прошли, ушли и пролетели.
Я обнимаю воздух дня,
Приветствуй, утро, ты меня.
Пою, лечу, парю и плачу,
А это значит: я живу.
Не буду ждать судьбу-удачу,
Я в ней купаюсь и плыву.
Болезнь отступит, это точно!
На смену ночи день придет!
Слеза омоет, боль упрочит
И сталью сердце отольет,
И кто-то в спину - ну даёт!
Плевать на сплетни, пересуды,
Ты, одиночество, со мной.
Беру тебя с собой повсюду
И окунаюсь с головой.
Как было просто не бояться,
Как было сложно всё понять,
Принять себя, не разучиться улыбаться
И жить, творить, не стоит ждать!
Если б вы знали: как это бывает —
Сердце к другому навек прирастает,
Не оторвать, истекающих кровью,
Связаны намертво вечной любовью,
Скованы, спаяны, неразделимы,
Тихой молитвой сквозь годы хранимы,
Венчаны небом божественной песней,
Чтобы до тризны стучать только вместе.
Если б вы знали: как это бывает,
Как, ожидая, душа замирает,
Каждое слово приняв, как причастие,
С трепетом нежным храня свое счастье.
Если б вы знали: как это бывает,
Как вдруг разлука двоих убивает,
Как вмиг удары становятся тише,
Если друг друга два сердца не слышат.
Как задыхается рыба на суше,
Так и молчание долгое душит.
Видно, судьба меня благословила,
Чтобы тебя я вот так полюбила!
Я очень страшное поняла тут: вся жизнь равняется слову «жди». Ты ждешь, пока остывает латте, ты ждешь, пока не пройдут дожди, пока не выставят за экзамен, пока родители не придут, пока не выищешь ты глазами любимый абрис в седьмом ряду, пока мобильник не загорится таким, таким долгожданным «да». Неважно, сколько тебе — хоть тридцать, ты ждешь чего-то, кого — всегда. Я буду ждать твоего приезда так, как подарков не ждут уже, ты сам — подарок, ты сам — фиеста в несуществующем этаже. Я буду ждать тебя — может, годы, а может, правильнее — года? так, как у моря не ждут погоды, так, как с победой не ждут солдат. Секунда — день, а неделя — месяц, полковник ждет от тебя письма, прими, как данность, меня, не смейся — заожидаюсь тебя весьма. Неважно, с кем ты, неважно, где ты, кого целуешь по вечерам, ты будь, прошу, потеплей одетым и будь сегодня, как был вчера. Я жду тебя, как не ждет зарплату до денег ушлая молодежь! Я очень страшное поняла тут: ты точно так же меня не ждешь
Не предавай меня, не предавай,
Эти слова я буду помнить вечно.
Ты только обо мне не забывай,
Об этом по прошу тебя сердечно.
Приди ко мне ты тихо незаметно,
И тихим ветром в траву упади.
В душе твоей так будет многоцветно,
Я верю счастье где-то впереди.
Тебя возьму с собою я в полет,
Где будем над землею мы парить.
Быть может нам однажды повезет,
Друг друга людям свойственно любить.
Давай рассветы будем мы встречать,
А утром слушать птичье ликование.
Мечтать с тобою до утра не спать,
Смотреть на небо в звездное мерцание.
Давай откинем прочь свои сомнения,
Возьмемся за руки и к радуге пойдем.
Поможет время нам принять решения,
И в отношениях понимание найдем.
Быть может сможешь однажды ты понять,
Что никогда тебя я не предам.
Да ты должна про это просто знать,
Нельзя разрушать собственный же храм.
ПРОЧТУ МОЛИТВУ О ДУШЕЯ взор свой к небу подниму,
Прочту молитву о душе
Прости, что часто не пойму,
Как устоять на вираже
Благослови меня, Господь,
И мою душу укрепи
Ты защити мою любовь,
Надежду, веру сохрани
Я взор свой к небу подниму,
Прочту молитву о душе
Небес участие приму,
В своей бесхитростной судьбе
Благослови меня, Господь,
И всех, кто дорог в жизни мне
Чтоб мы сумели побороть,
Соблазнов тягу, к темноте
Я взор свой к небу подниму,
Прочту молитву о душе
Пусть в тот момент, когда умру,
Я не забуду о Тебе
Благослови меня, Господь,
И свою милость, Ты, сверши
Пошли святой небесный дождь,
Для очищения души
Ты должен мне три тысячи ночей,
Три тысячи блаженных пробуждений,
Десятки ссор, неистовых речей
И ровно столько страстных примирений.
Ты должен хор пропущенных звонков,
А принятых — плюс минус бесконечность
Жесток лимит на выплату долгов
С поправкой на земную быстротечность.
Ты должен уйму разных мелочей,
Таких как «с добрым утром », «будешь кофе»,
И сотни не расплавленных свечей,
И «я люблю» на выдохе и вдохе
А я должна еще успеть в ответ
Тебя счастливым сделать до заката,
Не потому, что клином белый свет,
А потому, что мне других не надо.
Повесишь бусы, сделаешь свой вдох,
На выдохе летит стихотворенье,
И в жизнь внесешь святой переполох,
Что вызывает слезы умиленья.
Накрасишь губы, строки на листах,
Огнем стихов охвачена бумага,
Как будто хор живет в твоих устах,
Глаза блестят, в них радость и отвага.
О, женщина, поющая стихи,
О, женщина сжигающая время,
Бог за стихи простит твои грехи,
Но водрузит на плечи слова бремя.
И ты взлетишь, расправив два крыла,
Подобно птице, к звездам и планетам,
И станешь в нем как облако бела,
Приняв судьбу быть ангелом-поэтом.
Держись, моя девочка. Это начало пути.
Конец неизвестен. И это, наверное, благо.
Ты правда желаешь его полюбить и спасти?
Бумага все стерпит. Но сердце твое — не бумага.
Учись, моя девочка. Медленно-медленно ждать.
Тот путь не тебе, понимаешь сама, предназначен.
Твое назначение — молиться, считая года,
Надеясь на встречу и кротко желая удачи.
Люби, моя девочка. Как ты умеешь любить.
Прими эту боль как лекарство от тяжкой болезни.
И, может, однажды сумеешь его исцелить
От пагубной страсти к призывно распахнутой бездне.
Ещё в XVII веке нашей эры писал великий Ларошфуко: «Каждый человек, кем бы он ни был, старается напустить на себя такой вид и надеть такую личину, чтобы его приняли за того, кем он хочет казаться; поэтому можно сказать, что общество состоит из одних только личин»
Ну, а если вы всё же хотите заполучить в общении с вами «открытого» человечка — общайтесь с ним так что бы он снял маску.
Маска, которую человек одевает на себя, сделана из материала мягкого и растапливается теплом вашим теплом. Теплом вашего отношения к этому человеку.
Но если вы «вспугнёте» его — он наденет маску обратно.
Если человек встретил вас в маске — её можно «растопить».
Но, если он надел её уже «в вашем присутствии», то снять её будет почти невозможно
Андрей Максимов «Не молчи».
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Примет» — 1 430 шт.
