Цитаты в теме «старое», стр. 107
Стоят у забора лошадка и мальчик...
Стоят у забора: лошадка и мальчик,
Собачка, котёнок и серенький зайчик,
Мишутка с лисёнком, два старых козла,
Волчище матёрый, петух, три осла,
Енот, бурундук и солидный бобёр,
Орёл, соколёнок, чумазый шахтёр,
Неясыть, ворона, какие то дяди,
За всем наблюдают две пьяные б**ди
А было всё это в студёную пору,
Пописить пришли и прилипли к забору.
В сплестнула руками соседская Светка —
К забору приписался старенький дедка.
P. S.
Коль, качелей не лизали
Дам, друзья, такой совет, —
Пися липнет лишь к металлу,
А к дощечкам, сцуко, — нет!
Случалось в жизни этой всякое,
Я жил с деньгами и без них.
И зол бывало, как собака я,
И глух к страданиям других.
Но, слава Богу, всё меняется,
Когда, конечно, хочешь сам.
Обиды старые прощаются
И улыбаешься врагам.
Хватило б дальше только твёрдости
Держаться, сколько хватит сил,
От самолюбия и гордости,
Когда бы, кто бы ни хвалил
Вот грязный бомж, грехом израненный,
Что надоел уж сам себе,
Не счастья ждёт здесь — Самарянина
В своей изломанной судьбе.
И я с гримасою брезгливости
Спешу скорей его пройти,
С привычной внутренней стыдливостью,
А дома: Господи, прости!
Нелепо как-то получается:
Врага простил, за столько лет,
А тут какой-то бомж валяется,
И до него мне дела нет.
Кошка чудесно поет у огня,
Лазит на дерево ловко,
Ловит и рвет, догоняя меня,
Пробку с продетой веревкой.
Все же с тобою мы делим досуг,
Бинки послушный и верный,
Бинки, мой старый, испытанный друг,
Правнук собаки пещерной.
Если, набрав из-под крана воды,
Лапы намочите кошке,
Чтобы потом обнаружить следы
Диких зверей на дорожке,--
Кошка, царапаясь, рвется из рук,
Фыркает, воет, мяучит.
Бинки --мой верный, испытанный друг,
Дружба ему не наскучит.
Вечером кошка, как ласковый зверь,
Трется о ваши колени.
Только вы ляжете, кошка за дверь
Мчится, считая ступени.
Кошка уходит на целую ночь.
Бинки мне верен и спящий:
Он под кроватью храпит во всю мочь,--
Значит он друг настоящий!
Я люблю Вас дорожной крупой,
Серым асфальтом, красными кирпичами
Воротника золотой тесьмой,
Тяжелыми крыльями за плечами
Черной лилией под лопаткой,
Старой ржавчиной на железе
Пропитанной спиртом ваткой,
Пальцами сцепленными на обрезе
Старым письмом, догоревшей тетрадью,
Чистыми светлыми прядями
Воды голубой прозрачной гладью
И на коленке ссадиной
Перегоревшим цоколем лампочки,
Недочитанным пастернаком
Теплым уютом домашних тапочек,
Запахом свежего лака
Брехучей собакой, прирученным волком,
Кошкой бездомной старой
Ненужной картиной, березовым соком,
Детём не до ласканным малым
Кружевом белым, заплаткой широкой,
Нитками сшитой куклой
Таким одиноким и старым
На боковым, ночами и целыми сутками
Нежной листвою, майской, пахучей,
Словами и междометиями
Люблю. Одиноко. Долго.
Без стука. Целыми марта столетиями.
Уже не сорок, и еще не пятьдесят,
Я наслаждаюсь "золотою серединой",
Мудрее и печальнее стал взгляд,
И щедро голову украсили седины...
Всё больше философии в словах,
И хочется не удали, а смысла,
Всё чаще прошлое ко мне приходит в снах,
И никуда мне от него не скрыться...
Всё чаще хочется жалеть чужих детей,
(Ну раз свои нужды в том не находят),
Как, чёрт возьми, хотелось сыновей,
Всё в соответствии своей мужской природе...
Всё чаще хочется на кладбищах молчать,
И говорить на свадьбах и на юбилеях...
Всё реже мне приходится встречать
Знакомых старых... Свет в конце аллеи
Мне навевает мыслей череду,
О том, что кто-нибудь меня понять захочет,
И я ступаю осторожно как по льду,
В мир возвращаясь, на границе ночи.
Уже не сорок, но еще не пятьдесят,
Я наслаждаюсь "золотою серединой",
Не устаю любить, жить, познавать,
Писать стихи и не срамить свои седины.
Пытливый странник тысячи дорог
В скитаниях дальних исходил смиренно.
И чтоб не ведать более тревог,
Он правду отыскать желал безмерно.
По звездам путь направив на Восток,
Превозмогая зной и скверный холод.
Он брел упорно, не жалея ног,
И вдруг увидел старый старый город
Зашел усталый путник в древний храм,
Жрецу поведал о заветной цели.
И жрец ответил: «Коль желаешь дам
Тебе увидеть правду в самом деле.
Вот статуя укрыта полотном,
Оно спадет, представив правду сразу
Но главное, ты помни об одном,
От ужаса побереги свой разум.»
Отбросил полотно легчайший взмах,
И путник изумился, негодуя:-
Твой лик столь мерзок, что ввергает в страх!
Как людям о тебе сказать смогу я?
Я и не мог представить, вот дела
Что ты окажешься страшнее зверя.
Одну лишь фразу правда изрекла:
— А ты солги, и все тебе поверят.
Возвращаюсь в детство я на миг...Детский парк и старые качели,
Я решаюсь — и закрыв глаза, парю.
Как же быстро годы пролетели,
Уже внукам — Осторожно! Говорю.
А сейчас взлетая на качелях,
Возвращаюсь в детство я на миг.
И ушам своим сама не верю,
Слышу мамы — Осторожно! Крик.
Но разгон свой только начинаю,
И косички в стороны летят.
Ветерок мне платье поддувает,
И подружки весело глядят.
Кто-то высоко кидает мячик,
Он летит и попадает в нас.
И за ним, как белочки мы скачем,
Припускаясь в безмятежный пляс.
За оврагом белые березы,
Дарят нам прохладу и тенек.
Там все было - тайны, смех и слезы,
Это детства наш счастливый уголок.
Голова кружится, сердце скачет,
Вот уже тропинка в дом родной.
И кукушка там, на вишне плачет,
Зазывая нас бежать домой.
Но так не хочу, я возвращаться,
Только началась наша игра.
Дайте мне немного покачаться,
Детских лет, так коротка пора
Свеча.Сгорая плакала свеча,
О своей жизни сожалея
Пылать напрасно сгоряча,
Была не лучшая затея
Никто не думал уберечь,
Продлить счастливые мгновенья
Судьба истлевших, старых свеч,
Не вызывает сожаленья
Сгорая плакала свеча,
Роняя воском свои слезы
Старинные часы стуча,
К концу подводят ее грезы
Никто не думает продлить,
Миг угасающей надежды
Тихонько восковая нить,
Застынет на заре небрежно
Сгорая плакала свеча,
Считая каждую минуту
Остатком светлого луча,
Укутав комнату уютом
Никто не думает о ней,
Никто ее не пожалеет
Предназначение свечей,
Гореть — пока душа не тлеет
Когда мне хочется лечь на дно,
Закрыться на все замки,
Когда мне кажется, что темно,
И выжжены маяки,
Прогорклым маслом пропахла жизнь,
Как кухня в дурном чаду
Я больше, мам, не шепчу «Держись!».
Я просто встаю. Иду.
Какие, мама, к чертям, ножи?
Твой Андерсен, мама, стар.
Не так уж сложно себя сложить,
Гораздо труднее встать
С постели, темной, глубокой
Меня не буди пока.
Созрели знаки моей беды
И капают с потолка.
Я, мама, сильнее, чем я могу,
Я выбью стекло, прости.
Краду, желаю, кривляюсь,
Лгу — чтоб было, к чему идти.
Ползти, вцепившись в обрывки фраз,
Поводья в глухой степи
Ты спой мне мама, в последний раз -
«Спи, моя радость, усни».
Формула жизни
Это Воля:
Паруса переполнены ветром-упругим, солёным,
А тяжёлый, послушный штурвал-в хрупких женских руках.
Каждый шаг по земле обжигает клеймом раскалённым,
Каждый вздох сожаления-точно иней на юных висках.
Это Счастье:
Пригнувшись пониже к лошадиной запутанной гриве,
Догонять словно время, солнца алый застенчивый шар,
Принимать на скаку стрелы слов, обвинений, порывов-
Чтобы краски заката не затмили душевный пожар.
Это Боль:
Жить взахлёб, на едином, шальном и неровном, дыхании,
Каждый миг мироздания осязать, обретать, смаковать,
Каплей быть: от злобы — к восхищению и оправданию,
И по старым друзьям, как по первой любви, тосковать
— Ты помнишь, дружище, въетнамские кеды?
Коленную выпуклость детских колгот?
Настольный хоккей у блатного соседа?
Дай боже мне памяти, кой это год?
А помнишь те, вязанные рукавицы,
Да да на резинке от старых штанов,
Родителей наших счастливые лица
Гагарин, Харламов, Блохин, Моргунов
Ты помнишь-мы жвачку жевали неделю,
Ее в холодильник на ночь положив.
Ты помнишь"Орленок»? Вот это был велик!
Разбит он, до наших детей не дожив.
На школьном дворе помнишь лихость былую?
И первый с ночевкой, в палатках поход?
И помнишь, решались мы на поцелуи,
Дай боже мне памяти кой это год?
Так если ты помнишь-вон душу на плаху!
Какая Европа, Америка б**?
"Несчастное детство" - иди-ка ты на х**!
Счастливей не будет уже у тебя!
— Прошлое непоправимо, и ненависть также ядовита для души, как сок цикуты для тела. Учивший прощать был мудр.
— Иное следует постигать в зрелости лишь потому, что только с годами человек привыкает жить, умеряя отчаяние.
— Мудрее признать, что нечто существует. Ибо существование чего-либо вероятнее несуществования: ведь жизнь сильнее смерти.
— У многих старых людей есть в сердце излишне молодое место. Оно, это место, соблазняет слабовольных на унизительные поступки, а у сильных рождает иронию, непонятную молодым.
— Честь и совесть короля общи с пастушескими по своей беззащитности: кто хочет, тот и наступит.Русь великая. Роман-хроника.
Я включаю телевизор, а там опять оно
Смотрит на меня, как ни в чем не бывало
Героиня спасла весь мир в одиночку
И ни капельки не устала
Резво скачут рекламные блоки,
На куски разделяя кино.
Все влюбленные вместе,
Все плохие подохли —
Вот оно, унылое говно (2)
Я включаю радио, а там опять оно
Поёт себе, как ни в чем не бывало,
На разный мотив, но всё, как одно,
Новые песни и старых не мало.
Вот печальная тема на грустный мотив,
Звонит слушатель из Нино,
Передаёт приветы для всех своих
И заказывает его — унылое говно (2)
Новый русский писатель, новый русский роман —
Огромные тиражи
Это русский Кен Кизи, это он написал
Русскую «Над пропастью во ржи»
Поведясь на рекламу, покупаю книжку,
Просто так, ни с того, ни с сего,
Открываю, листаю, читаю, понимаю —
Вот оно, унылое гавно (2)
Эту песню я выложил в сеть Интернет
И зашел посмотреть, как оно
В отзывах читаю первый коммент:
Хм......
Мне одуванчик ближе всех цветов.
За то, во-первых, что вполне подобен солнцу.
Как будто солнце четко отразилось
В бесчисленных осколочках зеркальных,
Разбросанных по ласковой траве
(Как только солнце скроется за лесом,
Хоть бы один остался одуванчик
Раскрытым и цветущим — никогда!).
Но это к слову. Вовсе не за это
Люблю я скромный маленький цветок,
За то его люблю, что вечно жмется к людям,
Что он растет у самого порога,
У старенькой завалинки, у прясла
И самый первый тянется к ручонкам
Смеющегося радостно ребенка,
Впервые увидавшего цветок.
Срывал я солнце голыми руками.
Легко сдувал пушистые головки.
И опускались легкие пушинки на землю,
Чтобы снова расцвести.
Мой старый, добрый друг,
Наивный одуванчик "Цветы"
Когда дневной утихнет гам, —
Присяду я к столу,
Чтоб первый раз своим врагам
Произнести хвалу!
Я славлю, славлю подлеца —
Лицо из мира тьмы,
За то, что, словно полюса,
Несовместимы мы!
Я циника благодарю,
Что пошлой быть не смею,
Что плачу, глядя на зарю,
Что от любви немею.
О как был нерасчётлив тот,
Кто затевал вражду!
Ведь я, как вечный антипод,
За счёт его расту!
И пусть мне в жизни краток срок
И всякое грозит:
И вероломство, словно рог,
Меня не раз пронзит,
И доверительнейший льстец
Совьёт мне сотни пут,
И вновь меня обманет лжец,
И обворует плут!
Как эта миссия стара
И дело их старо!
Но, не желая мне добра,
Они творят добро.
Недаром я давно дивлюсь
Той подоплёке всей.
И всё надёжней становлюсь в глазах своих друзей!
Как эта миссия стара и дело их старо!
Любовь собачья
Мой старый Джек влюбился вдруг,
Сражённый, влёт, стрелой амура.
Он в жизни знал немало сук,
Но эта жизнь перевернула
Не ест, теряя аппетит,
Томится, словно раб, в неволе
И пулей по двору летит,
Едва заслышит имя —
Лёля А Лёля — сука, — хороша,
Над светом глаз — «бровьми союзна»
Как есть — «дворянская душа»
А запах (По — собачьи — вкусный),
Бежит на зов, не чуя лап,
Слюна струёй течёт из пасти,
(Как видно, друг ещё не слаб
Познать шекспировские страсти)
Но на прогулке, как — то, раз
Рванулся пёс на запах флёра
И, тут заметил Лёлин «пас»
В траве с породистым Боксёром
Измену стойко перенёс,
Мой друг, как истинный мужчина:
Неделю жил, повесив нос
И сгорбив старческую спину,
Но скоро грянула зима,
Прикрыв мир снежным одеялом,
А Джек опять сошёл с ума,
Теперь от суки с кличкой — Лала.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Старое» — 2 321 шт.
