Цитаты в теме «сын», стр. 9
Говорят, что Токунага Китидзаэмон постоянно жаловался: «Я стал таким старым, что сейчас, если бы началось сражение, я бы ничего не смог сделать.
Тем не менее я бы хотел умереть в бою, ворвавшись на коне в гущу врагов, быть сбитым с него и погибнуть. Было бы позором не сделать ничего более, кроме как умереть в собственной постели».
Говорят, что священник Гёдзаку услышал это, когда был еще прислужником у священника Ёмона, младшего сына Китидэаэмона.
— Мама! Мы кошку стерилизовали!
Думала, что меня хватит удар! Я в панике разыскиваю бедное животное, наконец, нахожу. Спит себе спокойно в детской, свесив хвост. Хватаю на руки — недовольно мявкнула: что, типа, нужно-то? Осмотрела я ее — никаких следов хирургических детских вмешательств не обнаружено.
— Ну, — говорю, — юные хирурги, что натворили с котёнком (правда, котенку уже скоро 6 лет и весит она под 10 кг), кого первого ремнем драть?
— Мы её стерилизовали! — старший сын показывает на ультрафиолетовую лампу под потолком.
Повезло кошке дважды: сначала в том, что у нас с детьми разные представления о стерилизации кошек, а потом — в том, что она спала, и глаза ультрафиолетом ей не обожгло.
Самый любимый мужчина на свете,
Нежно целую его перед сном,
Жизнь наполняет он солнечным светом,
Все мои мысли — только о нем
Искренне любит меня он, я знаю,
И между нами прочная нить,
Я от улыбки его, просто таю,
В крепких объятиях хочется жить
Голос звучит, как ручей серебристый,
Глазки сияют, как звезды в ночи,
И аромат молока и ириски,
И поцелуи его горячи
В сердце моем он живет в счастье вера,
А ведь вначале под сердцем лежал,
Что-то родное внутри меня грело,
Тихо мне ножкой в животик стучал
Самый любимый мужчина на свете,
Маленький сын, драгоценный, родной,
Нежной любовью его я согрета,
Он не предаст всегда рядом со мной.
Возможно ли, что бог, искупивший род человеческий смертью своего единственного сына, или, вернее, сам ставший человеком и умерший за людей, обрёк на ужас вечных мучений почти весь род человеческий, за который он умер? Подобная концепция чудовищна, омерзительна. Она делает из бога или воплощенную злость, и притом злость бесконечную, создавшую мыслящие существа, чтобы сделать их навеки несчастными, либо воплощённое бессилие и слабоумие, не сумевшее ни предугадать, ни предотвратить несчастья своих созданий
Заря окликает другую,
Дымится овсяная гладь
Я вспомнил тебя, дорогую,
Моя одряхлевшая мать.
Как прежде ходя на пригорок,
Костыль свой сжимая в руке,
Ты смотришь на лунный опорок,
Плывущий по сонной реке.
И думаешь горько, я знаю,
С тревогой и грустью большой,
Что сын твой по отчему краю
Совсем не болеет душой.
Потом ты идешь до погоста
И, в камень уставясь в упор,
Вздыхаешь так нежно и просто
За братьев моих и сестер.
Пускай мы росли ножевые,
А сестры росли, как май,
Ты все же глаза живые
Печально не подымай.
Довольно скорбеть! Довольно!
И время тебе подсмотреть,
Что яблоне тоже больно
Терять своих листьев медь.
Ведь радость бывает редко,
Как вешняя звень поутру,
И мне — чем сгнивать на ветках —
Уж лучше сгореть на ветру.
Загнанных лошадей пристреливают — расскажи это сыну, которого не было никогда. Расскажи, как в новой реке глубока вода, как легко предавать, если знаешь, что ты сильней. Найди женщину тише шепота и оставайся с ней. Загнанных лошадей пристреливают — за это стоит выпить крепкого, как огонь. В баре легко смеяться и в дым окунать ладонь, рассказывать, как она билась, и хлопать бармена по плечу. Крути барабан и считай патроны, а я тебе помолчу. Загнанных лошадей пристреливают, что поделать, таков закон. Попадется кобыла с норовом — держи ее под замком, в узде держи, коновязь придирчиво проверяй. Загонишь — пристрелишь, да что тебе повторять.
Так здорово выйти на солнцем согретую улицу и просто представить, что я в этом городе — первая, и в брызгах фонтана с тобой целоваться и жмуриться — от длинных ресниц и еще от чего-то, наверное И снова по парку, в обнимку и яблоко — поровну, и белки — смешные, воланчик забрался на дерево, я тоже полезу коленки ободраны здорово! Мне так интересно, я снова во что-то поверила Мы кольца не носим Пойдем и распишемся заново? А лучше еще промотаем — до взгляда случайного. Мы будем стесняться знакомиться с нашими мамами, я снова сбегу — на последнем трамвае — встречай меня! Уедем на море, в Латинском квартале укроемся и, сидя в саду, имя сыну придумаем славное Давай помечтаем, как все в нашей жизни устроится. Забудь о других, ты же знаешь, что мы — это главное. Мы рядом сто лет, и давно все привычки изучены. Любовь — это флюгер — на месте, но в разные стороны. Мы часто друг друга своей невозможностью мучили
Пойдем погуляем, на улице, правда, так здорово!
Я помню, до войны у нас в деревне
Мы старших почитали
А теперь усмешку может вызвать старец древний.
Старуху могут выставить за дверь.
Теперь всё по-другому — кто моложе
Да посильнее — тот авторитет.
Сын на отца уже прикрикнуть может,
Послать подальше, несмотря что сед.
И чья-то мать, когда-то просто мама,
Не знала, что дождётся чёрных дней,
И кулачки, что к сердцу прижимала,
Вдруг силу будут пробовать на ней.
А мы росли совсем в иной морали:
Когда я в детстве что-то натворил, —
Чужие люди уши мне надрали —
И батька их за то благодарил.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Сын» — 1 055 шт.
