Цитаты

Цитаты в теме «господь», стр. 59

Нет, душа не убита. Всего лишь изранена.
Оттого и мечтается о небывалом:
Чтобы кто-то читал мне стихи Северянина
О Муаровом Платье и Сердце Усталом.

А в ответ я Ахматову Анну читала бы
(Не свои ж декламировать вслух сочинения),
И, наверно, стояли б мы вместе на палубе
Теплохода, который плывет по течению.

А потом оказалось бы – мы на «Титанике»
(Только вместо Ди Каприо мне б Мела Гибсона),
И народ уже мечется с криками в панике,
И мы тонем – в сценарии так и написано.

А вода в океане близка к замерзанию.
Матерится, забыв Северянина, Гибсон.
Так бесславно кончается наше свидание,
И уходят ко дну мои новые клипсы

Да, неплохо порой помечтать романтически .
Только где ж этот стих я теперь размещу?
В «одностишья» – велик. Ну, тогда в «иронических».
Господа, вы не против? Я тут погрущу?
Читается медленно, с легкими подвываниями.
Вырос в поле цветок и радовался: солнцу, свету, теплу, воздуху, дождю, жизни. А еще тому, что Бог создал его не крапивой или чертополохом, а таким, чтобы радовать человека. Рос он, рос и вдруг шел мимо мальчик и сорвал его.Просто так, не зная даже зачем. Скомкал и выбросил на дорогу. Больно стало цветку, горько. Мальчик ведь даже не знал, что ученые доказали, что растения, как и люди, могут чувствовать боль. Но больше всего цветку было обидно, что его просто так, без всякой пользы и смысла сорвали и лишили солнечного света, дневного тепла и ночной прохлады, дождей, воздуха, жизни Последнее о чем он подумал — что все-таки хорошо, что Господь не создал его крапивой. Ведь тогда мальчик непременно обжег бы себе руку. А он, познав, что такое боль, так не хотел, чтобы еще хоть кому-нибудь на земле было больно.
Пока ты там пытаешься вылезти ужиком вон из кожи,
Они пьют мохито, смеются над всякой дурью,
Вводят в экстаз своим счастьем случайных прохожих.
— Хватит одну за одной. — Да уж, тут закуришь

Пока ты здесь сменила стрижку, ориентиры,
Они съездили на Бали, «я хочу парео
Потому что на старом от моли такие дыры»
Пока ты тут медленно, тщательно прогорела,

Они уже знают кому и сколько класть в чай кусочков,
Они уже в курсе " а мой любимый вот тот, с Ди Каприо,
И купи мне пожалуйста тепленькие носочки, уже осень.»
А ты спасайся глазными каплями,

Принимай анальгин, изучай потолок и двери,
Пересматривай, перематывай, переслушивай.
Да, закуришь тут, если хочется очень верить
Только в лучшее, а они вот как раз и лучшие.

Привыкаешь ходить сутулая, пить остывшее,
Чтоб болело уже физически — так привычнее.
Чтобы встретить их: «Господи, это вот твоя бывшая!
Что-то хмурая нет, на фотках посимпатичнее.»
Вот, посмотри: будет все у тебя.
Побойся. Как бы тебе не повеситься от тоски.
Как прикрепить себя к правильному инвойсу,
Как не снимать кольцо со своей руки.

Вот, полюбуйся — это твоя программа:
Тачка, ребенок (дочка), сойти с ума упс,
Это вроде в твои не входило планы, только смотри:
Ты придумала так сама.

Утро, солярий, зал, диетолог, встреча,
Свежевыжатый барменом милым фреш
Господи, если б водки, то может легче?
Господи, ну пошли ураган мне, смерч

Чтобы снесло все крыши, и юной Элли
Я оказалась в выдуманной стране.
Господи, хоть на месяц, хоть на неделю,
Чтобы Тотошкой черным он был при мне

Вот посмотри на себя — улыбаясь (скалясь)
Ты демонстрируешь самый жизненный свой рефлекс:
Гладить его глазами, не прикасаясь,
И отрабатывать ночью с законным секс.

Вот посмотри — у тебя уже все, не бойся.
Выпей с собой за это — умерь свой пыл.
Он уже жив, хорошая, успокойся.
Он даже имя, слышишь, твое забыл.
Обрушился на меня, как кирпич — лови.
И я головой — не сердцем — все понимаю,
Но комкаю свои фразы, стою немая,
Не надо мне, Господи, этой большой любви

Не надо мне ночи с обрывками смс,
Не надо мне сигарет —
 И своих хватает, закрой меня,
Боже, чтоб он в меня не залез,

Прости и закрой —
 Я помню, что не святая.
Не надо меня зависимой сотворят
От челки его и запаха на запястьях

О Господи, я умею красиво врать,
И если попросишь —
 Могу написать о счастье,
Но только бы не его, только не его

Не надо, ну слышишь, Отче?
Совсем не надо.
Уж если решил не оставить меня живой,
Тогда покажи где тут выход и двери ада.

Я там отдышусь и спрячусь, и покурю,
Уверенная в невозможности отыскаться,
А с дьяволом, я давно уже говорю на равных —
 Какой мне смысл его бояться

Но только его — не надо,
Амур — на цепь!
Уволь меня, Господи,
После — хоть матом крой.

Но я уже вижу
На сердце своем прицел
Его я не выдержу,
Боже. Клянусь Тобой.
Не просыпайся, пожалуйста, не хочу
Я прижиматься к чужому его плечу.
Слушать: «ну что же ты девочка, не грусти
Выкинь синицу мертвую из горсти».

Сильная-гордая, смелая, хоть убей,
Только вот сердце — пойманный воробей,
Только себя латаешь ты из кусков,
Если услышишь запах его духов.

Не забывай, пожалуйста, не хочу
Впредь говорить о том, о чем я молчу.
Слышать: «забыть — не горе, а благодать»
Все они умные, только почем им знать?!

Сколько морщинок, ямочек на щеках,
Сколько тепла в любимых его руках,
Как обнимает крепко, целует робко,
Сколько жуков в его в черепной коробке.

Как в нашем доме лампочка не горит,
И как похож на ребенка, когда он спит.
Не забывай, пожалуйста, не могу
Чтоб оставался ты у меня в долгу.

Ежевечерне искореняю мысли,
Путаю даты, встречи, часы и числа.
Мне интересно, если бы я пришла,
Ты отказался бы от моего тепла?

Это чернее ночи, белее дня,
Только Господь не хочет понять меня.