Цитаты в теме «лицо», стр. 49
Пора зимы царит который век,
В стране волшебной Снежной Королевы.
Там стелется ковром пушистый снег,
И вьюги звонкой слышатся напевы.
Она живет у ледяной скалы,
В величественном и хрустальном замке.
В нем серебром расписаны полы,
И окна блещут в изумрудных рамках.
Без устали бегущие года,
Над Королевой Снежною не властны.
Она вовеки будет молода,
И внешностью загадочной прекрасна.
На голове алмазный свод венца,
Сверкают инеем ее ресницы,
Белей снегов овал ее лица.
И взор в зеркальных блестках серебрится.
Но вместо сердца лишь осколок льда,
Едва ли стать ей преданной и нежной.
Ее любовь сковали холода,
Ей быть вовеки Королевой Снежной.
Она для чувств открыться бы смогла,
Когда б ее теплом души согрели.
Но нет надежды отыскать тепла,
Где веют леденящие метели.
Приказчик Никлес и управляющий экономией Пассер были большими приятелями. Каждый день они сидели в пивной «Тиск», где их считали такой неразлучной парочкой, что все проделки, которые происходили на селе, заранее приписывали приказчику Никлесу и управляющему Пассеру. Приказчик Никлес очень любил управляющего Пассера, но все-таки между ними пробегала иногда черная кошка. Часто лицо Никлеса принимало мрачное выражение, и он втайне возмущался. Оба они сидели в пивной «Тиск», вместе пили, а потом выкидывали какую-нибудь из своих веселых шуток, обычно состоявших в том, что ночью они ловили сельского стражника и бросали его куда-нибудь в канаву. Но всегда
после этого на селе говорили: «Вчера приказчик Никлес был пьян, как свинья, а господин управляющий был немного навеселе». В действительности же выпивали оба они одинаково
Однако глас народа звучал твердо: «Приказчик Никлес был пьян, как свинья, а господин управляющий немного навеселе».
Оглядываясь назад, мы можем определить тот момент времени, который оказался решающим и поменял ход нашей жизни, в которой мы безвозвратно выбрали свой новый путь. Этот крутой поворот может быть результатом тщательно обдуманного плана или же просто несчастного случая; после себя
мы оставляем либо счастье, либо разрушение, поворачиваясь лицом к другому счастью, или же к еще более страшной катастрофе; но пути назад нет. Это может быть момент в полном смысле слова — секундный поворот руля, обмен взглядами, брошенная фраза — или же это может быть долгий день, неделя, время года, в течение которого мучительно принимается решение - за это время сотни раз поворачивается руль вашей машины, накапливаются незначительные запланированные неприятности.
Пошлый романс
Наклоняясь к изголовью,
Обратись ко мне лицом.
Обменяемся любовью,
Перекинемся словцом.
Счастья маленький обрывок
Улетит, как пять минут.
У судьбы на мой загривок
Вечно сыщется хомут.
У меня судьба не злая,
Просто глупая, хоть плачь!
Все летит, куда не зная,
А я вслед за нею вскачь.
Без дороги, как умею,
По болотам хлюпаю.
А роптать никак не смею
На нее, на глупую.
И она, небось, не вправе
Обижаться на меня:
Я ведь ей служу, шалаве,
Лучше доброго коня.
Всю-то жизнь за ней, как мерин,
На веревочке хожу.
И покорен я, и верен, —
Мне бы плакать, а я ржу.
Не прошу награды лишней,
Не страшусь ни коих мук.
Мне бы только хвост подлиньше,
От махаться чтоб от мух.
Да сберечься б в волчьем поле
От клыков и от когтей,
Да овса бы чуть поболее,
Да по менее плетей.
Давай откроем чистую страницу!
Давай попробуем всё заново начать!
Сотрём из памяти отчаянные лица,
Чтоб вновь любовь и нежность повстречать.
Давай с тобой друг друга не узнаем,
Как будто не знакомы были мы!
И снова влюбимся, и снова за мечтаем,
И воскресим забытые черты!
Давай ты вновь расскажешь мне о счастье,
А я прочту тебе свои стихи!
Ты так легко возьмёшь моё запястье,
Проникнув в глубину моей души
А я вся покраснею, запылаю,
По-детски засмущаюсь, отвернусь.
Давай начнём уже в начале мая!
Я снова полюблю тебя, клянусь!
На небе вороны
На небе вороны, под небом монахи,
И я между ними, в расшитой рубахе.
Лежу на просторе, светла и пригожа.
И солнце взрослее, и ветер моложе.
Меня отпевали в громадине храма.
Была я невеста, Прекрасная Дама.
Душа моя рядом стояла и пела,
А люди, не веря, смотрели на тело.
Судьба и молитва менялись местами.
Молчал мой любимый, и крестное знамя
Лицо его светом едва освещало.
Простила ему, я ему все прощала.
Земля, задрожав от печального звона,
Смахнула две капли на лики иконы,
Что мирно покоилась между руками.
Ее целовало веселое пламя.
Свеча догорела, упало кадило,
Земля, застонав, превращалась в могилу.
Я бросилась в небо за легкой синицей.
Теперь я на воле, я — белая птица.
Взлетев на прощанье, смеясь над родными,
Смеялась я, горя их не понимая.
Мы встретимся вскоре, но будем иными,
Есть вечная воля, зовет меня стая.
Своим воспитанникам посвящаю
В моём кабинете мальчонка, как ёжик.
Весь сжался в комочек живой.
Растерянный взгляд, боль душеньку гложет.
Покинул свой дом, когда-то родной.
Теперь детский дом.
- А где моя мама?
Зачем отказалась? Зачем предала?
Я так одинок. О, если б ты знала,
Как страшно! Назад бы меня забрала.
Чужие все лица и стены чужие.
Так много детей и все шумно галдят.
Я к маме хочу, там стены родные!
А здесь бесконечно звонки всё звенят и звенят.
За дверью гурьба мальцов любопытных.
Зову: " Заходите скорее ко мне.
Ваш новый товарищ Серёжа. Любите,
Знакомьтесь, он новый ваш брат в нашей семье».
Серёженька робко взглядом обводит
Мальчишек и, кажется мне,
В глазах сорванцов поддержку находит,
Расправились плечи, взгляд потеплел.
Проходит неделя. Серёжка смеётся,
Играет в футбол, читает стихи.
И радостно сердце мальчишечки бьётся.
А маме придётся Бога молить за грехи.
Обидеть женщину легко.
Пойди, попробуй, вымолить прощенья.
Лишь слабый духом ранит глубоко,
Потом глазами ищет снисхождения.
Обидеть женщину легко,
А ту, что любит, надо постараться.
Вы ей наотмашь грубость, а она в лицо,
Вам говорит: «Люблю» и хочет к Вам прижаться.
В Вас закипает жгучий интерес:
А сколько может вынести терзаний?
И просьбы, и мольбы, всё наотрез,
Вы отвергаете давясь её слезами
Обидеть женщину, какой пустяк.
Она оскорблена А Вам — то, легче?
И нет улыбки, и потухший взгляд,
И вот уж Ваше на разрыве сердце
Она вынесет всё Ну, душа по болит,
Вновь зажгутся глаза дивным светом.
Только, даже, если простит, -
Никогда не забудет об этом.
Я пытался уйти от любви,
Я брал острую бритву и правил себя,
Я укрылся в подвале,я резал
Кожаные ремни,стянувшие слабую грудь.
Твое имя давно стало другим,
Глаза навсегда потеряли свой цвет,
Пьяный врач мне сказал: тебя больше нет,
Пожарный выдал мне справку,
Что дом твой сгорел.
Я ломал стекло,как шоколад в руке,
Я резал эти пальцы за то,что они
Hе могут прикоснуться к тебе,
Я смотрел в эти лица
И не мог им простить
Того что,у них нет тебя и они могут жить.
Hо я хочу быть с тобой,
Я хочу быть с тобой,
Я так хочу быть с тобой,
Я хочу быть с тобой,
И я буду с тобой.
В комнате с белым потолком,
С правом на надежду.
В комнате с видом на огни,
С верою в любовь.
Я не люблю, когда без стука в двери
Мне в душу лезут, и трясут бельё.
Я не люблю, когда грядут потери,
Нарушив в миг спокойствие моё.
Я не люблю туманных обещаний,
И липких взглядов, влажных потных рук.
Я не люблю бесхитростных признаний,
И не люблю, когда в лицо мне лгут.
Я не люблю судачить, и злословить
За спинами друзей, и льстить в глаза.
И не люблю, когда без предисловий
Росой на землю падает слеза.
Я не люблю мороз и зиму тоже,
Осенний дождь сквозь тысячи преград.
И тех, кто сам желает лезть из кожи,
Теряя совесть в ожидании наград.
Я не люблю акул от нашей власти,
Пиар шоу тоже не люблю,
И не люблю, когда любовь без страсти,
но страсть без верности — я вовсе не терплю.
Он ушёл спокойно в тёплый дождь,
Чтобы больше не вернуться в этот дом.
Ты всю ночь одна чего-то ждёшь,
Плачь же, плачь о нём!
Всё пройдёт, но сколько стоит дождь,
Который смоет кровь, и кто оплатит счет?
Всё пройдёт, но сколько стоит дождь
И кто вернёт любовь, тем, кто ждёт?
Жизнь твоя, братишка, лишь табак,
Ночь — золото, а платят-то свинцом(?)
Он упал на мокрый тротуар,
Прямо в дождь лицом.
Всё пройдёт, но сколько стоит дождь,
Который смоет кровь и кто оплатит счёт?
Всё пройдёт, но сколько стоит дождь
И кто вернёт любовь, тем, кто ждёт?
Сорок дней ходила душа неприкаянная, как Мария у гроба, и плакала. Всё искала Кого-то взглядом, всё повторяла про себя одно и тоже: унесли Господа моего и не знаю, где положили Его (Ин. 20, 13). Но прошло сорок дней, а затем прошёл и измождающий ужас Страстной седмицы. И на рассвете первого дня дано было узнать душе, что значат слова: возрадуется сердце ваше, и радости вашей никто не отнимет от вас (Ин. 16, 22).
И ещё не успели высохнуть одни слёзы, печальные, как радостью засветилось лицо, и потекли из глаз слёзы новые, радостные.
В ту ночь оглянулась душа вокруг и увидела, что ночь — светлее дня, потому что таких же радостных, как она, душ вокруг — множество.
Одна из самых страшных вещей на свете, кроме искалеченных животных и ненужных детей, – это увидеть мельком, проходя мимо зеркала, собственное лицо во время приступа любви. Растянутое, сырое, вздрагивающее, не годное ни улыбаться, ни жить. Нужно запретить законом такое лицо, обращенное к другому человеку. Потому что редко кому хватит мужества вынести это зрелище, спрятать голову на груди (свою на твоей или твою на своей, в зависимости от соотношения роста) и сказать: «Ничего, ничего, потерпи, это пройдёт».
Пройдитесь по улице нашего пригорода. Знаете, кого вы увидите? Мужчин с одним и тем же выражением на лице. И выражение это означает одно: вот черт, мои мечты никогда не исполнятся; мне никогда не избавиться от сплетников за спиной; у меня никогда не будет сына; больше никогда мне не обнять ее снова; я никогда не смогу ей рассказать о своих чувствах. Да, пригород полон мужчин, переставших надеяться. Конечно, порой, не слишком часто, попадается счастливый сукин сын, чьи мечты стали реальностью. Знаете, как таких распознать? С их лица никогда не сходит улыбка. А вы, вы тоже их ненавидите?
Как следует отвечать, если задают такой вопрос: «Что важно для человека с точки зрения цели и дисциплины?» Во-первых, скажем так: «Обрести такое состояние сознания, которое в данный момент чисто и ничем не замутнено». Как правило, люди выглядят подавленными. Когда у человека чистое и незамутненное сознание, у него жизнерадостное выражение лица. Когда человек занимается делами, им движет то, что исходит из его сердца. В отношении господина — это преданность; в отношении родителей — сыновнее почитание; в ратных делах — храбрость, и, кроме того, что-то, относящееся ко всему окружающему миру.
Раскрыть это в себе чрезвычайно трудно. Но и потом трудно поддерживать это состояние постоянно. Нет ничего вне мысля о текущем мгновении.
Проступок Хориэ Санэмона заключался в том, что он ограбил склад клана Набэсима в Эдо, забрав все хранившиеся там деньги, и скрылся в другой провинции. Его поймали, и он признался. Тогда был объявлен следующий приговор: «Поскольку это серьезное преступление, он будет замучен до смерти», и Накано Дайгаку назначили надзирать над приведением приговора в исполнение. Сначала Санэмону сожгли все волосы на теле и выдернули ногти. Затем ему перерезали сухожилия, просверлили отверстия в его теле
и подвергли различным другим пыткам. В течение всей казни он ни разу не поморщился, и даже лицо его не изменило цвета. В конце концов ему сломали хребет, сварили в соевом соусе, и его тело сложили пополам, перегнув назад.
Хирано Гонбэй был одним из Воинов Семи Копий, которые в битве при Сидзугадакэ атаковали противника и взяли высоту. Впоследствии его пригласили стать одним из хатамото господина Иэясу. Однажды, когда господин Хосокава принимал его у себя дома, он сказал о нем следующее: «Храбрость господина Гонбэя не является секретом в Японии. Поистине жаль, что такого храброго человека поставили на такую низкую должность, как та, которую вы сейчас занимаете. Если бы вы стали моим слугой, я бы отдал вам половину своих владений». Не дав никакого ответа, Гонбэй неожиданно поднялся с места, вышел на веранду, повернулся лицом к дому и помочился. Затем он сказал: «Если бы я был слугой господина, я бы никогда не смог здесь помочиться».
Ружейная пуля, ударив по воде, отскочит. Говорят, что, если пометить ее ножом или прикусить зубами, она пройдет сквозь воду. Кроме того, когда господин охотится, если пометить пулю каким-то знаком, это пригодится в случае несчастья.
Однажды, когда господину Овари, господину Ки и господину Мито было около десяти лет от роду, господин Иэясу находился с ними в саду и сбил большое осиное гнездо. Из гнезда вылетел огромный рой ос, и господин Овари и господин Ки испугались и убежали. Но господин Мито не убежал, а собрал по одной тех ос, что сели ему на лицо, и выбросил их.
В другой раз, когда господин Иэясу готовил на большой жаровне огромное количество каштанов, он пригласил мальчиков присоединиться к нему. Когда каштаны стали достаточно горячими, они сразу начали лопаться и выскакивать из жаровни. Двое из мальчиков испугались и убежали. Однако господин Мито совсем не испугался, собрал те, что выскочили, и бросил их обратно на жаровню.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Лицо» — 2 917 шт.
