Цитаты в теме «дверь», стр. 21
Мой дар иссяк, в мозгу свинец,
И докурилась трубка.
Желудок пуст. О мой творец!
Как вдохновение хрупко!
Перо скребет и на листе
Кроит стихи без чувства.
Где взять в сердечной пустоте
Священный жар исскуства?
Как высечь мерзнущей рукой
Стих из огня и света?
О Феб, ты враг стряпни такой,
Приди согрей поэта!
За дверью стирка. В сотый раз
Кухарка заворчала.
А я — меня зовет Пегас
К садам Эскуриала.
В Мадрид, мой конь!- И вот Мадрид.
О, смелых дум свобода!
Дворец Филипппа мне открыт,
Я спешился у входа.
Иду и вижу: там, вдали,
Моей мечты создание,
Спешит принцесса Эболи
На тайное свиданье.
Спешит в объятья принца пасть,
Блаженство предвкушая.
В ее глазах — восторг и страсть,
В его — печаль немая.
Уже триумф пьянит ее,
Уже он ей в угоду
О дьявол! Мокрое белье
Вдруг шлепается в воду!
И нет блистательного сна,
И скрыла тьма принцессу.
Мой бог! Пусть пишет сатана
Во время стирки пьесу!
Дорогие мои, это всё!
Отовсюду хула и глумленье!
Нас теперь только чудо спасёт,
Да хотим ли мы сами спасенья?
Где народ мой? Ау! Что со мной?
Я не вижу родимого люда.
Потому-то и правят страной
Подлецы, проходимцы, иуды.
Наши души пускают на слом.
Нам шипят, указу я на стойло.
И молчим, позабыв обо всём,
Всё меняя на горькое пойло.
И не чуя особых утрат,
Мы таскаем чужие обноски,
И в припадках заходимся в лад
Жеребцам и кобылам с подмостков.
Окропить бы Крещенской водой
Одержимых безудержной корчу.
Русь моя! Боль моя! Что с тобой?
Кто навёл эту тяжкую порчу?
Горе, горе над Русской Землей!
Разгулялись в открытую бесы.
Размелькались, под хохот и вой,
И рога, и копыта, и пейсы.
О, народ мой! Довольно дремать
Помолись перед Подвигом Богу.
Православная Родина-Мать!
Двери ада тебя не воз могут!
Эта осень тоже пройдет, не успеешь и глаз сомкнуть — город выдохнет туманный тягучий смог. По-хорошему надо брать себя в руки и просто гнуть, гнуть свою линию, а не складывать их в замок.
Ничего не жди. Рвись наружу "по швам" с петель, покупай билет на ближайший, учись летать, закрывай за собой все двери и оставляй кофе, чайник, постель без сожаления — остывать.
Ни о чем не жалей. Не оглядывайся, не множь печаль все, что было — не промах, а лишь урок не ищи виноватых и не руби с плеча даже у приговоров со временем истекает срок.
Ничего не проси. Не смотри с надеждой наверх — никого там нет если вокруг светло — это Ты излучаешь свет. Если Бог и живет, то лишь у Тебя внутри это не я — это Он с тобой говорит.
Я больше не буду писать тебе писем
И слать смс как спасительный sos,
Не хватит моих всех безудержных жизней,
Чтоб чувства в тебе разбудить ты зарос
Как в поле сорняк, прорастают сомненья,
И страхи как тени идут за спиной,
Ты мой не прирученный девственный гений,
Ты мой бесконечный, ты мой роковой
Я больше не буду. Наверно, сломалась
Как ножка у стула. Я падаю вниз
Но мне не нужна твоя нежная жалость
Я падать умею. Смогу и на бис
Я больше не буду, а знаешь, могло бы
Быть счастье зеленым как в поле трава,
И сочным таким, и таким вдохновленным,
Но ты не поверил в простые слова.
Я больше не буду стучать в твои двери,
И сон твой тревожить не в этом вся суть,
Я так привыкала — привыкла к потерям
Но больше не буду. Ты главное будь.
Лекарство
Заболела девочка. С постели
Не вставала. Глухо сердце билось.
Доктора помочь ей не умели,
Ни одно лекарство не годилось.
Дни и ночи в тяжких снах тянулись,
Полные тоски невыразимой.
Но однажды двери распахнулись,
И вошёл отец её любимый.
Шрам украсил лоб его высокий,
Потемнел ремень в пыли походов.
Девочка переждала все сроки,
Сердце истомили дни и годы.
Вмиг узнав черты лица родного,
Девочка устало улыбнулась
И, сказав «отец» — одно лишь слово,
Вся к нему навстречу потянулась.
В ту же ночь она покрылась потом,
Жар утих, прошло сердцебиение
Доктор бормотал тихонько что-то,
Долго удивляясь исцелению.
Что ж тут удивляться, доктор милый?
Помогает нашему здоровью
Лучшее лекарство дивной силы,
То, что называется любовью.
Меня посетила любовь
. Твердо стукнула в дверь один раз.
Но я настолько отвык от ее лица,
Что, открыв, не узнал.
И пускать не захотел. -
Да ладно, — сказала любовь. —
Я не задержусь. Посидим на кухне?
Сгорбилась на табурете.
Я предложил ей коньяк, чтобы согрелась. -
Не нужно, — отказалась.
Древняя как сама жизнь.
Уставшая от всего на свете.
Нервная. Я с ней был настороже. -
Правильно, — кивнула любовь. —
Я стерва. Я хотел, чтобы она ушла.
Под дождь и снег, под лед
И ветер — ей-то не привыкать!
А у меня в доме для нее нет места.
Даже положить переночевать негде. -
У тебя больное сердце, — заметила любовь. -
Только недавно обследование проходил.
Врачи сказали — все в порядке. -
А нагрузок опасаешься
И замолчали.
С ней было неуютно.
Зябко. Натянуто. Скучно.
И она прекрасно это понимала.
А все равно сидела.
Зачем ты пришла ко мне? -
Хотела спрятаться, —
Улыбнулась любовь.
— У тебя бы не подумали искать.»
Мои друзья! Они всегда со мной,
В огромной радости и в тяжком горе.
Помогут выбраться из слякоти любой,
И рядом с ними, по - колено море.
Разделят горе в самый трудный час,
Умножат счастье, радуясь, как дети.
Всё по плечу, становится для нас,
Когда мы вместе, на одной Планете.
Я благодарна всем моим друзьям,
За то, что стали для меня родными.
Окрепнуть помогли моим корням,
И в засуху ростки мои полили.
Я тоже помогала, чем могла,
Хотя для них хотелось сделать больше.
Летела к ним, когда у них беда,
И оставалась рядом с ними дольше.
Я радуюсь за них, как за себя,
Когда к ним счастье постучится в двери.
Такими и должны быть все друзья,
Ведь мы же Человеки, а не звери.
Я хочу от ненастья укрыться,
От беды без оглядки бежать,
Чтоб не рухнула раненной птицей,
И детей никому не отдать.
Не отдать их ни чёрту, ни Богу,
Пусть живут сколько жить суждено.
Дверь закрыть, если смерть у порога,
Шторы сдвинуть, коль смотрит в окно.
Как же я защитить их сумею,
Если мир переполненный злом?
Я от горя и страха немею,
И не знаю, что будет потом?!
Люди, милые, что ж вы творите?
Убиваете братьев своих...
Не гневите Христа, не гневите,
Пожалейте себя же самих.
За беспечность всегда отвечаем,
Смерть нас косит, ещё молодых.
Мы скорбим, если близких теряем,
Почему не щадим мы чужих?
А расплата за нашу беспечность,
И за нашу жестокость, придёт.
Лишь добро, пониманье, сердечность,
Этот мир от разрухи спасёт.
Не хочу! Не хочу! Не хочу и не буду!
Просто так! - Не хочу!
Не хочу,- не любя!
Мы с тобою, наверное, разные люди!
Для чего мы затеяли это - все?- Зря!
* * *
Я ждала, я ждала! Свято верила в чудо!
И вот «чудо» пришло! И стоит у дверей!
Только — нет! Не хочу! Не хочу и не буду!
Не смогу я простить,- тех, минувших потерь!.
Ты, — ревнив! Ну , конечно ревнив - безусловно!
Только мне, ведь ,- по правде, — на это плевать!
Не могу признавать, не каких я - условий.
И кто дал тебе, право, меня обвинять ?
Я любовью, твоею, хотела согреться,
Чтобы вместе , вдвоем — до конца,- навсегда!
А теперь я стою ! Словно " камень " у сердца!
Ну, за что? Ну, за, что? Ты, так , мучишь меня?
Не роняйте себя, если Вам изменили,
Если жгучий обман Вас хлестал по щекам
Не роняйте себя, если Вас опалили,
Клеветой, наговором по ногам и рукам
Не роняйте себя, если Вы оступились
И никто не успел Вам подставить плеча.
Не роняйте себя, если Вы заблудились
И не светит в ночи ни звезда, ни свеча.
Не роняйте себя, если Вас позабыли,
Если Ваше тепло не смогли оценить.
Не роняйте себя, если Вас раздавили,
И, казалось, надежду порвали, как нить.
Не роняйте себя, если мало добились,
Если Ваша казна оказалась пуста.
Не роняйте себя, если двери закрылись,
И несносной покажется тяжесть креста
Не роняйте себя, если сердце разбили,
Если предали Вас не щадя, не любя.
Не роняйте себя, если Вас уронили.
Поднимите себя! Поднимите себя!
Что делаю? Пишу стихи.
На крыльях голубей бумажных.
В полёт оптравятся лишь раз
Пусть в высь тугую, вниз — не важно,
Летят обрывки рифм и фраз.
А я, плыву, меж берегов,
Дыша туманом сигаретным,
Я не ищу сейчас причин,
Не надо мне давать советы!
Что надо? Просто помолчи.
Смеятся? Плакать? Нет, не нужно!
Вернуть всё ? Врядли. Никогда!
А скоро снова вдруг весна,
Без спросу голову закружит,
А как же ты? Моя беда
Напьюсь. И кто меня осудит?
Я ждал, как только могут ждать,
Всегда открыты были двери,
Я так устал Тебя искать,
Но я надеялся и верил,
Хотел хоть раз поцеловать
И в маслянистой темноте,
Едва разбавленной свечою,
Проснусь я, рядом не с Тобою.
Проснусь, и крик сойдет на хрип,
А ты - останешься мечтою,
Коснувшись губ, всего на миг
Я отмолю тебя у всех богов:
Христа, Аллаха, Иеговы, Будды.
Пускай не будет у тебя врагов
И губ минует поцелуй Иуды
Я храмы всех религий обойду,
Поставлю свечи, вознесу молитвы,
Любую отвести смогу беду:
Пожары, бури, катастрофы, битвы
Я буду за тебя поклоны бить,
Держать посты и соблюдать субботу
Не знала я, что так могу любить,
Захлебываясь чувств водоворотом.
Я отмолю тебя у всех богов,
Хоть мы с тобой, возможно, в разных верим.
Да сбережет тебя моя любовь,
Перед которой ты стоишь, открывши двери.
Ты помнишь, Мама, как сквозь дождь и снег,
Несла тебе подснежники в ладошках,
Вбегала в комнату под наш веселый смех,
И всё вокруг счастливилось немножко?
Ты помнишь, Мама, как тебя ждала,
У двери замерев до самой ночи
И кофе стыл на краешке стола,
Тот самый первый неумелый дочкин?
Ты помнишь, Мама, бесконечность дней?
Как беды восходили по ступеням?
Ты помнишь разговоры в тишине
В слезах, на кухне, помнишь? — на коленях
Где промахнулась я? Что не до поняла?
И кем в душе подснежники примяты?
Так долго стыл на краешке стола
Тот горький кофе Только не пришла ты
И я стою, как прежде, у двери,
Хоть мне давно, давно уже за двадцать,
Но я все та же девочка внутри,
И мне все так же хочется смеяться
И мне все так же хочется любви,
Твоей, открытой, ласковой и мудрой
Прости мне, Мама, и благослови
Прости, что без тебя мне жить так трудно.
Как трудно верить, что ко мне вернешься ты. Спасенья!
Дождусь ли я, чтоб голос твой услышать вновь? Спасенья!
Ища тебя, идя к тебе, я одолеть смогла бы
И даль глухих степных дорог, и черствость душ. Спасенья!
Миры немые страшно так в мой сон тревожный рвутся,
И, просыпаясь, я кричу в отчаянье: «Спасенья!»
Никто мне в дверь не постучит, лишь ветер зорькой ранней,
И стоном горестным к тебе взываю я: «Спасенья!»
Когда ж ревнивица-война тебя ко мне отпустит,
Прекрасного, как мир, как свет и тень? Спасенья!
Иль терпеливою мне стать, и твердою, как камень,
Или корой дерев сухих, бесчувственных? Спасенья!
Нет сил у Хасеки взывать, и призывать, и плакать,
И ждать, отчаявшись, тебя, о, мой султан, — Спасенья!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Дверь» — 1 654 шт.
