Цитаты в теме «прекрасное», стр. 102
Я не могу не вспомнить редактора, организовавшего кампанию по сбору подписей в защиту политзаключённых в Праге. Он прекрасно понимал, что эта кампания заключённым не принесёт пользы. Его истинной целью было не освободить заключённых, а показать, что есть ещё люди, которые не испытывают страха. То, что он делал, был спектакль. Но у него не было иной возможности. У него не было выбора между поступком и театральным действом. У него был выбор: или разыграть спектакль, или бездействовать. Существуют ситуации, когда люди обречены разыгрывать спектакль. Их борьба с молчаливой силой (с молчаливой силой на другой стороне реки, с полицией, превращённой в молчаливые микрофоны в стене) есть борьба театральной труппы, которая отважилась сразиться с армией.
У нас странное понимание многих вещей. Если вера в Бога, то он живет на небе или в особенном месте, куда можно прийти и помолиться, хотя сами при этом думаем, что он создал все. Так если он создатель всего, так может он везде и во всем? Если любовь, то мы ее почему-то связываем с сексом. Хороший секс — люблю. Не хороший — не люблю, так может он хорошим и становится только потому, что любишь? Любовь ведь обладает уникальным свойством все улучшать, и с ее помощью все становится прекрасней. Любовь, она прежде всего в сердце, и даже говорим мы о ней, используя это слово. Так чего же ее ищем ниже пояса? Деньги — это вообще уникально. Так их хотим и так сильно при этом боимся разбогатеть, зажраться, стать сволочью оттого, что богат. Так может дело не в деньгах, а в человеке, имеющем богатство? Может, когда разбогатеешь, стоит больше делиться с миром, ведь он с тобой поделился, дав тебе эти дары. Смотри на мир глубже и с разных сторон — это поможет стать счастливее.
Не знаю - права ли,
Не знаю - честна ли,
Не помню начала,
Не вижу конца...
Я рада,что не было встреч под часами,
Что не целовались с тобой у крыльца.
Я рада, что было так немо и прямо,
Так просто и трудно,
Так нежно и зло,
Что осенью пахло
Тревожно и пряно,
Что дымное небо на склоны ползло.
Что сплетница сойка
До хрипу кричала,
На все побережье про нас раззвоня.
Что я ничего тебе не обещала
И ты ничего не просил у меня.
И это нисколько меня не печалит,-
Прекрасен той первой поры не уют...
Подарков не просят
И не обещают,
Подарки приносят
И отдают.
"Планета, которой нет"
1) Если любить, то принцессу, если ненавидеть, то целую цивилизацию!
2) Легче забыть, чем страдать, лучше жить настоящим, чем прошлым, у которого нет будущего.
3) Воспоминания — коварная вещь. Они могут дремать годами, но стоит их затронуть, и память принимается усердно подбрасывать то, что хотелось бы забыть.
4) Все мы в детстве верим в свою неординарность. Именно нам предназначены удивительные приключения и древние клады, прекрасные принцессы и страшные чудовища. Может, это и к лучшему, что мы так быстро забываем детские мечты. Иначе не все нашли бы в себе силы жить.
—Рассказывай, — приказал я, — Но только, прежде чем скажешь плохие новости, сообщи хорошие.
— Тогда мне придется промолчать.
— Нет, я ни в кого влюбляться не буду. От этого одни неприятности. Доказывать что-то, переживать
- Правильно, — сказал я, — Я тоже так думал в твоем возрасте. Обидно, что с годами мы глупеем и забываем свои гениальные решения.
Не ворошите прошлое напрасно,Не теребите прожитые дни:Всё то, что было страшным и прекрасным,Всё то, что потеряли и нашли.Не ворошите прошлое, не стоитПеребирать обиды прошлых лет,Никто на этом счастья не построитИ не прочтёт пророческий ответ.Не ворошите прошлое Пусть дремлетВулкан когда-то пламенных страстей,Пусть настоящему Ваш разум внемлет,Слагая главы новых повестей.Не ворошите прошлое, хоть сложноЗаставить сердце жить насущным днём,Ступайте смело в «завтра», и, возможно,Оно согреет Вас своим огнём.
Куда же попал я? О, Боже!
Блуждаю среди привидений.
Ну что за кошмарные рожи,
Какие-то бледные тени!
Дрожа и вихляясь от злости,
Смыкая глухое пространство,
Трясучие, мерзкие монстры
Кривляются, будто бы — в трансе.
Вот кто-то летучим курсивом
Сквозит по хрустальным зерцалам,
С тоской, на меня молчаливо
Взирает моими глазами.
В иные пределы до срока
Я будто попал. Предо мною
Зловещее вспыхнуло Око —
И мглой обожгло ледяною.
Подумать, что может быть хуже,
Оно ведь всерьез, а не в шутку-
Когда пожирающий ужас
Готов подобраться к рассудку.
Но все хорошо, все прекрасно,
Не жуткий кошмар, а потеха.
Смешно ведь — как может быть страшно,
Хоть это и Комната Смеха.
Мы разорвали связи между родителем и ребёнком, между мужчиной и женщиной, между одним гоем и другим. Никто уже не доверяет ни жене, ни ребёнку, ни другу. А скоро и жен и друзей не будет. Новорождённых мы заберем у матери, как забираем яйца из-под несушки. Половое влечение вытравим. Размножение станет ежегодной формальностью, как возобновление продовольственной карточки. Оргазм мы сведем на нет. Наши неврологи уже ищут средства. Не будет иной верности, кроме верности иудаизму. Не будет иного, смеха, кроме победного смеха над поверженным лучшим гоем. Не будет искусства, литературы, науки. Когда мы станем всесильными, мы обойдемся без науки. Не будет различия между уродливым и прекрасным. Исчезнет любознательность, жизнь не будет искать себе применения. С разнообразием удовольствий мы покончим. Всегда, каждый миг, будет пронзительная радость победы, наслаждение оттого, что наступил на беспомощного гоя.
Нужно твердо решить что дальше,
Обрубить за один раз!
Но давай обойдемся без фальши,
И дешевых, банальных фраз.
«Кофе-тайм», два часа, лето
Я в коротком и без каблуков,
Что же выпить? Покрепче Ристретто
Капучино для слабаков!
Смотришь ты на меня с интересом,
Я не знаю с чего начать
Нет! Я выпью пожалуй эспрессо,
А то снова не буду спать
Ты конечно прекрасный мужчина,
Мне с тобою всегда легко
Принесите мне капучино!
Ой, постойте! Там молоко
Расставаться нам слишком рано,
Мы корнями срослись на века.
Принесите мне американо,
Я же сильная без молока
Но каким-то безумным потопом,
Захлестнет глубина твоих глаз,
Мне латте с карамельным сиропом,
Ведь для женщин латте как раз.
Вот и все! Разговор окончен!
Я люблю! Что еще сказать?
Мне молочный коктейль и пончик.
Что ж, до вечера! Буду в пять.
Час пик! Четверг! И все домой спешат,
И город в плен захваченный маршрутками,
А я лежу с тобою не дыша,
Точней, дышу с большими промежутками
И хочется, чтоб вечер опоздал,
Чтоб светофоры замерли на «красном»,
Чтоб ты меня покрепче обнимал,
И говорил, что я всегда прекрасна.
Так хочется сбежать от суеты,
Укрывшись под двуспальным одеялом,
Мне в этой жизни нужен только ты,
И лишь тебя всегда мне слишком мало.
Лежим обнявшись мы к душе душа,
И, как коты, урчим голодными желудками,
А я живу с тобою не дыша,
Точней, дышу с большими промежутками.
Я — Первая буква в любом алфавите, первые слова в любом языке, первая мысль в любом мозгу и первая любовь любого сердца. В грамматике это местоимение первого лица единственного числа. Множественное число принято выражать местоимением «мы», но как может быть больше одного Я, наверное, ясно только премудрым филологам, но никак не автору этого несравненного словаря. Поэтическая идея о слиянии двух Я в одно прекрасна, но и её трудно понять разумом. Искреннее, непосредственное использование местоимения «я» отличает хорошего автора, плохой же еле выдавливает его из себя, напоминая при этом вора, который пытается скрыть покражу.
Я, например, никогда не жаловался, что меня не поздравили с днем рождения, позабыли эту знаменательную дату; знакомые удивлялись моей скромности и почти восхищались ею. Но истинная ее причина была скрыта от них: я хотел, чтобы обо мне позабыли. Хотел почувствовать себя обиженным и пожалеть себя. За несколько дней до пресловутой даты, которую я, конечно, прекрасно помнил, я уже был настороже, старался не допустить ничего такого, что могло бы напомнить о ней людям, на забывчивость которых я рассчитывал (я даже вознамерился однажды подделать календарь, висевший в коридоре). Доказав себе свое одиночество, я мог предаться сладостной, мужественной печали.
Быстро все превращается в человеке; не успеешь оглянуться, как уже вырос внутри страшный червь, самовластно обративший к себе все жизненные соки. И не раз не только широкая страсть, но ничтожная страстишка к чему-нибудь мелкому разрасталась в рожденном на лучшие подвиги, заставляла его по забывать великие и святые обязанности и в ничтожных побрякушках видеть великое и святое. Бесчисленны, как морские пески, человеческие страсти, и все не похожи одна на другую, и все они, низкие и прекрасные, вначале покорны человеку и потом уже становятся страшными властелинами его. «Мертвые души»
Один старик писал с меня Мадонну
По просьбе преподобного отца
Тот говорил: «Глаза твои бездонны.
Прекрасней нет ни тела, ни лица.
Ты рождена Нет — соткана из света,
Ведь сам Господь тебя благословил.
Печальный агнец в лапах злого ветра
Ты создана для жертвенной любви.
Ты ночью приходи ко мне молиться, —
Шептал он мне, — отдайся, наконец!
Я помогу тебе с Пути не сбиться»
— Побойтесь Бога, пресвятой отец!
Он побледнел. Сердито стиснул зубы.
Перекрестился. Сплюнул. Отошел.
А я смотрела с отвращением, грубо,
На то, как он набросил капюшон.
Художнику небрежно, как обычно,
Он приказал закончить мой портрет
А мне он бросил сухо и цинично:
«Таких как ты сжигают на костре!»
Говорили коллеги, болтали друзья —
В мире ходит одна небылица
Так однажды узнал замечательный я,
Что на свете есть синяя птица.
Птица счастья, свободы, прекрасных идей —
Креативная птаха, не спорю.
Только минус один — избегает людей
Вот такое пернатое горе.
Пили много: за мир, за любовь и за честь,
За знакомые добрые лица
В тот момент я подумал: «А все-таки, есть!
Есть на свете та самая птица!»
Голова как в тумане, но дух возмужал,
Помню, птаху смотрела, моргая.
Будто кто-то кричал мне: «Куда побежал!
Ты куда потащил попугая?!»
Долго ржали коллеги, смеялись друзья:
«Это ж надо так было напиться!»
И сидим на асфальте: простуженный я
И, практически, синяя птица.
.. когда нам случается оказаться в одиночестве, пусть и не по собственному выбору, только от нас зависит, как мы распорядимся этим неожиданным подарком судьбы. Закроем перед ним сердца и мысли, или поймем, что то враждебное существо, которым представляется нам одиночество, появилось в нашей жизни не случайно, а для чего-то. Философы считают, что оно является единственным доказательством нашего существования. Благодаря ему мы успокаиваем душу и питаем ее самым прекрасным, важным и лучшим, что есть в нас. Требовательностью к самим себе, стремлением стать лучше и совершеннее. А когда мы достигнем этого совершенства, мы станем неинтересны одиночеству, и оно уйдет искать того, кто не сможет скрыть в глазах страх перед ним. Ненадолго.
Когда они любили друг друга — то жадно и просто, то неспешно и изощренно, — всем существом Фандорина овладевало пронзительное, непередаваемое словами ощущение, что СМЕРТЬ ЕСТЬ. Он всегда, с раннего детства твердо знал, что жизнь тела невозможна без жизни души — этому учила вера, об этом было написано в множестве прекрасных книг. Но теперь, на двадцать третьем году от рождения, под падающей с неба луной, ему вдруг открылось, что верно и обратное: душа без тела тоже жить не станет. Не будет ни воскресения, ни ангелов, ни долгожданной встречи с Богом — будет нечто совсем другое, а, может, и вовсе ничего не будет, потому что души без тела не бывает, как без тьмы не бывает света, как не бывает хлопка одной ладонью.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Прекрасное» — 2 494 шт.
